AtomInfo.Ru


Интервью

Из ФЭИ на FR17
По итогам нашей работы мы пришли к заключению о том, что подойдёт как MOX-топливо, так и металлическое топливо. Окончательный выбор топлива - задача следующих этапов.
Второй доклад касался особенностей физики активной зоны реактора МБИР. Она небольших размеров, гибкая, с ней можно играть.
Как я уже упомянула, интерес ко всем презентациям по МБИР, а также и к самому реактору, у иностранных участников был колоссальный. В рамках конференции был организован отдельный семинар по МБИР, обсуждалось возможное сотрудничество, подписывались соглашения... Иными словами, работа кипела.
С гордостью скажу, что доклад о пуске БН-800 тоже был с моим соавторством. Моя работа в ФЭИ сейчас в основном связана с БН-800, в ФЭИ есть команда профессионалов, которая занимается научно- техническим сопровождением эксплуатации БН-600 и БН-800.

Уильям Мэгвуд: сделаем инновации доступными
В ближайшие годы инновации станут одним из основных направлений развития атомной отрасли. Мы работаем над несколькими проектами, один из них - это программа Nuclear Innovation 2050.
Задача программы NI2050 состоит в определении наиболее важных направлений развития атомных технологий, с помощью которых мы сможем достичь поставленных ориентиров по снижению выбросов парниковых газов до 2050 года.
Мы надеемся на заключение глобального соглашения, в котором было бы определено, какие приоритеты должны быть расставлены и какие барьеры мешают выходу технологий на рынки.
После этого мы будем работать совместно с другими странами над преодолением этих барьеров и над тем, чтобы как можно скорее сделать инновационные технологии доступными.
Работа с форумом Generation IV - это отдельная активность.

Юрий Набойщиков: с экспериментом совпали
Наш институт представил на конференции несколько докладов. Я соавтор доклада, посвящённого вопросам расчётно-экспериментального анализа пространственно-энергетического распределения нейтронов в боковом экране реактора БОР-60.
Распределение плотности потока нейтронов и спектра нейтронов очень важно знать для реакторов любого типа. Лучше всего, когда мы располагаем результатами измерений. Но проводить такого типа эксперименты сложно: они трудоёмки, отнимают много времени и занимают значительный облучательный объём в реакторе.
Поэтому нейтронно-физические характеристики реактора мы определяем расчётными методами и поверяем результаты расчёта по результатам исследований облучённых мониторов флюенса.
Относительно легко получить актуальные экспериментальные данные для активной зоны БОР-60.

Виктор Мурогов: ветераны об атоме
Нам было интересно поговорить о том, каково положение дел в атомной энергетике. Разговор был бурным, очень эмоциональным. Не всё высказанное бесспорно, но всё интересно.
Основу нашей атомной энергетики составляют легководные реакторы. Но что такое современные проекты ВВЭР, например, ВВЭР-ТОИ? Напомню слова Владимира Асмолова, сказанные вашему изданию. Это всего-навсего реактор с улучшенными свойствами безопасности. Ещё можно добавить, что это хорошо оцифрованный проект, но, пожалуй, и всё.
К сожалению, это технология старая, основанная на разработках 70-ых годов. Перспектива у водо-водяных реакторов при переходе к реакторным технологиям IV поколения единственная - закритические параметры.
Обычная, неатомная энергетика давно освоила закритические параметры и выигрывает у нас по к.п.д. Поэтому для нас выпускают особые турбины, особое тепловое оборудование.

Александр Тузов: НИОКР для быстрых ещё долго будут востребованы
Сначала нужно определиться, о какой именно технологии мы говорим. Если это технология быстрых натриевых аппаратов, то для них был пройден огромный путь, и он не мог не закончиться разработкой проекта, готового к тиражированию в промышленных масштабах.
Проблема в том, что к этой работающей реакторной технологии - надёжной, безопасной, хорошо освоенной, с понятными техническими решениями - мы за несколько десятилетий так и не смогли добавить реальный замкнутый топливный цикл: есть только зачатки его инфраструктуры. Также у нас слабое понимание экономики ЗЯТЦ. Расчётными моделями мы располагаем, но конкретных технических решений пока нет.
Работы предстоит много, и сделать её, безусловно, надо. Я убеждён, что энергетическая безопасность человечества определяется именно наличием реакторных технологий, работающих в замкнутом топливном цикле.

ВАНТ из ФЭИ - теперь в списке ВАК
Наш журнал постепенно набирает обороты. Если на момент вашей предыдущей публикации у нас был договор только с российским индексом научного цитирования (РИНЦ), то в феврале этого года мы вошли ещё и в международный каталог периодических изданий Ульрих.
Думаю, что для отраслевых молодых специалистов - да и не только для них! - наиболее интересной новостью станет включение нашего журнала в перечень научных изданий ВАК. Произошло это событие 29 мая 2017 года, то есть, совсем недавно.
Даже не знаю, стоит ли пояснять, что это значит. Но на всякий случай скажу - отныне статьи, публикуемые в нашем издании, могут быть засчитаны любым диссертационным советом. Естественно, речь идёт, в первую очередь, о наших технических специальностях, о диссертациях на степени кандидатов и докторов технических и физико-математических наук.

Алессандро Алемберти: интерес к свинцу растёт
Господин Алемберти, мы прослушали Ваш доклад, посвящённый работам, ведущимся по свинцовым реакторам по программе Generation IV. Складывается впечатление, что интерес к свинцу и другим тяжёлометаллическим теплоносителям возрастает.
Да, у меня такое же мнение. Появился ряд новых проектов, в том числе, вне рамок форума Generation IV.
Вы упомянули о новом европейском проекте GEMMA, который должен стартовать в июне 2017 года.
GEMMA - это европейский проект, посвящённый разработке материалов для реакторных технологий IV поколения. Он не ограничивается одной только свинцовой технологией. В его рамках будут также вестись работы по материалам для натриевой и гелиевой технологий.
Какие именно материалы Вы имеете в виду?
Нас интересует сталь 15-15 Ti.

Владимир Асмолов: мы должны быть готовы
Такова наша жизнь сегодня. Вопрос, которым мы задаёмся – сколько времени атомная энергетика сможет просуществовать в её нынешнем виде? Или какую максимальную мощность атомного парка мы сможем поддерживать?
Для атомной генерации, которую обеспечивает Россия (наши собственные блоки и зарубежные блоки, которые мы снабжаем топливом), оценки таковы – известных запасов урана, которыми мы располагаем, хватит на 150 ГВт.
Казалось бы, это неплохой вариант. Но встаёт следующий вопрос – какую цену придётся за него заплатить? Далее есть глобальная проблема ОЯТ и РАО. Они накапливаются, а у эксплуатирующей организации растут расходы на обращение с ними. Поэтому есть запрос на быстрые реакторы и на замыкание ЯТЦ.
По быстрым реакторам мы располагаем натриевой технологией.

Вячеслав Першуков: мы не отказываем партнёрам
Первый день работы, говорить можно пока только о статистических данных. С этой точки зрения, конференция является более представительной, чем предыдущая (FR13 в Париже). Приехало больше участников, подано больше докладов.
Вы можете видеть в Екатеринбурге специалистов из всех основных ядерных стран - Китая, Индии, Франции, Японии, США, многих других. Иностранных участников примерно две трети от общего числа заявившихся.
В первый день конференции прошло подписание соглашения с центром V4G4. Насколько такие соглашения важны для будущего международного центра исследований на базе МБИР?
Я не хочу сказать, что это критично, но мы не отказываем партнёрам, которые хотели использовать такую уникальную возможность - заранее анонсировать свой интерес...

Владимир Кривенцев: FR17 проходит удачно
Сегодня только первый день работы, о результатах говорить рано. Но стартовала конференция, на мой взгляд, удачно.
По сравнению с предыдущей конференцией, прошедшей в Париже в 2013 году, стало больше участников - предварительно зарегистрировалось порядка 700 человек.
У нас есть 468 статей. Планируется примерно 250 докладов, остальные статьи будут представлены в виде постерных сообщений. Публикация трудов конференции планируется позже.
Представленные на конференции доклады покрывают весь спектр работ, ведущихся в мире по быстрой тематике. Они разделены на восемь секций, в каких-то больше докладов, в каких-то меньше, но все они пользуются популярностью у участников.
Конференции FR сравнивают с Олимпийскими играми - и по их значению для атомной отрасли всего мира, и по их периодичности.

Янош Гадо: топливо - важная проблема
Французские специалисты концентрируются сейчас на ASTRID, на натрии. Естественно, по натриевым технологиям накоплен большой опыт. Но, с другой стороны, в реакторах с газовым охлаждением может быть достигнута высокая температура, и это тоже интересно.
Ваша группа, работающая над быстрым газовым реактором, существует уже несколько лет. Институты и организации из каких стран в неё входят?
Венгрия, Чехия, Словакия, Польша и Франция.
Есть предположения, где такой реактор может быть построен?
Если он будет построен, то в Словакии, а именно, на площадке АЭС Богунице.
На какой стадии находится проект?
Conceptual design, концептуальный проект. Есть сложности и проблемы. Французы сделали первый вариант проекта 10-15 лет назад.

Андрей Каплиенко: мы представляем наше послепослезавтра
Конечно же, в первую очередь мы представляем здесь наше послепослезавтра, как сказал генеральный директор госкорпорации Алексей Лихачёв - а именно, реактор БРЕСТ.
На нашем стенде вы можете видеть наши разработки в рамках проектов термоядерного реактора ITER и исследовательского реактора на быстрых нейтронах МБИР.
Кроме того, все участники мероприятия могут ознакомиться с нашими предложениями по атомным станциям малой мощности, в том числе и в передвижном варианте.
У НИКИЭТ есть разные варианты малых атомных станций. Что именно вы сегодня предлагаете?
Действительно, это так. Мы прорабатываем разные варианты технологий. Есть газовый энергоблок, есть водяной энергоблок... Всё зависит от желания заказчика.

Станислав Георгиев: блоки надо строить
Да, можно так сказать. Мы проводим её на протяжении более 15 лет, первая конференция состоялась в 2001 году.
Цель конференции всегда была одной и той же - доказать, что ядерной энергетике есть место в энергетическом балансе Болгарии. В этом году выступающие делали акцент на то, что нам пора начинать строить новые блоки.
Мы довольны тем, что на конференции присутствовали официальные представители таких организаций, как министерство энергетики, болгарский энергетический холдинг (БЭХ), АЭС Козлодуй, а также депутаты парламента и представитель нашего президента.
Важно, что, так или иначе, но они согласились с нами. Конечно, политики говорят на своём языке, но, тем не менее, их слова на конференции можно понимать так, что Болгария хочет продолжить строительство новых атомных мощностей. Думаю, что наша конференция достигла своей цели.

Иван Генов: строить блоки в Болгарии нужно
В Варне проходит международная атомная конференция, организованная болгарским атомным форумом Bulatom.
Одна из главных тем пленарной сессии - обсуждение возможности строительства новых атомных энергоблоков.
Свои взгляды на эту проблему изложили заместитель председателя комиссии по энергетике парламента Болгарии Валентин Николов и его коллега по комиссии Иван Генов.
На вопросы корреспондентов электронного издания AtomInfo.Ru ответил Иван Генов.
Господин Генов, мы слушали Ваше выступление на конференции. Так каково же Ваше мнение - можно строить в Болгарии новые атомные мощности?
Моё мнение - новые атомные мощности в Болгарии нельзя не строить! Иначе болгарская энергетика погибнет.

Валентин Николов: строить блоки в Болгарии можно
Господин Николов, мы слушали Ваше выступление на конференции. Так каково же Ваше мнение - можно строить в Болгарии новые атомные мощности?
Я думаю, что это возможно, но нужно иметь бизнес-план для новых блоков - в частности, понять, откуда придёт финансирование строительства. Это главный вопрос.
Разговор о новых блоках в Болгарии идёт очень давно. Когда всё-таки будет принято окончательное решение?
Думаю, что окончательное решение пояыится где-то через год.
Где лучше строить новые блоки - в Козлодуе или Белене?
На мой взгляд, в Козлодуе.
А почему?

Сергей Цочев: регуляторы и вывод
В Варне проходит международная атомная конференция, организованная болгарским атомным форумом Bulatom.
На вопросы корреспондентов электронного издания AtomInfo.Ru ответил принимающий участие в конференции Сергей ЦОЧЕВ, ранее руководивший агентством ядерного регулирования (АЯР) Болгарии.
Господин Цочев, каково Ваше впечатление о конференции?
Конференция эта ежегодная. Откровенно говоря, я затрудняюсь подсчитать, какая она для меня по счёту. Может быть, десятая.
Приятно встречаться с коллегами, разговаривать, обсуждать последние новости нашей отрасли... Сам я намерен завтра участвовать в работе секции, посвящённой обращению с РАО и выводу из эксплуатации. ..

Лочезар Костов: АЯР отмечает юбилей
Да, три дня назад нам исполнилось 60 лет. Если быть точным, то 4 июня 1957 года в Болгарии был создан Комитет по мирному использованию атомной энергии.
Перед комитетом была поставлена задача заниматься всеми вопросами, касающимися мирного использования атомной энергии.
Приоритетом первоначально были исследования в атомной области и подтверждение их мирного характера, а вопросы регулирования были не так важны.
Но болгарская ядерная программа развивалась. В 1961 году был пущен и сдан в эксплуатацию исследовательский реактор ИРТ-2000. Потом был основан институт исследований по ядерной энергетике в структуре болгарской Академии наук, а в 1974 году состоялся пуск первого блока АЭС Козлодуй.
По мере развития ядерной программы становилось понятно...

ГЕПОГЛОС - остановить кровь
Дело в том, что, хотя проблема остановки крупных кровотечений стоит очень остро, в настоящий момент на российском рынке не существует простого в применении, эффективного и при этом не запрещающе-дорогого гемостатического средства.
Доступный ассортимент представлен дорогими импортными препаратами (Celox), либо отечественными, которые или повторяют устаревшие зарубежные аналоги (Гемостоп), , или сложны для применения (коллагеновые губки и т.п.).
Мы поставили себе задачу создать достаточно простое в применении, высокоэффективное и недорогое гемостатическое средство, которое можно применять в том случае, если традиционные методы не применимы или не дают эффекта.
Результат наших научных и экспериментальных изысканий - ГЕПОГЛОС, который, в итоге, получился лучше и эффективней...

Роман Здебор: контракты для Шкоды ЙС
Так и есть, мы стараемся не пропускать конференции в ОКБ ГИДРОПРЕСС. И в этот раз у нас тоже будет доклад, я выступлю с ним в первый день работы. Доклад посвящён разработкам нашего предприятия для реакторов ВВЭР.
За последние два года у ШКОДА ЙС увеличилась выручка. Нам удалось подписать хорошие контракты.
В частности, это контракт на поставку контейнеров для ОЯТ для АЭС Темелин. Мы участвовали в тендере против германской компании GNS. У нас есть опыт сотрудничества с этой компанией, но на этот раз мы оказались соперниками и выиграли.
Для АЭС Темелин мы предложили нашу новую разработку, контейнер Шкода-1000. После этого мы подписали контракт и на поставку контейнеров для хранения облучённого топлива АЭС Дукованы.
Мы продолжаем работы по завершению строительства и подготовке к пуску третьего и четвёртого блоков АЭС Моховце.

Людмил Неделчев: конференция - хороший вариант для обмена опытом
Да, и я считаю, что эта конференция - очень хороший вариант для обмена опытом по эксплуатации и другим вопросам технологии ВВЭР-1000.
Здесь присутствуют представители организаций, которые имеют такие блоки. Как вы знаете, у нас на АЭС Козлодуй также есть два блока с реакторами ВВЭР-1000 - это пятый и шестой блоки нашей станции.
Я встретил на конференции знакомых коллег, с которыми мы совместно работали - из Курчатовского института, ОКБ ГИДРОПРЕСС и других организаций. Обмен мнениями был очень полезен.
Мой доклад на конференции на конференции назывался Ресурс реактора типа ВВЭР-1000 по критерию холодная хрупкость металла корпуса реактора.
Как вы знаете, у нас в Болгарии сейчас выполняется масштабная программа по продлению сроков эксплуатации пятого и шестого блоков АЭС Козлодуй.

Игорь Щекин: конференцию оцениваем по результатам
Акцент на реалии работы с зарубежными заказчиками я сделал намеренно. Если вы обратите внимание, то в названии доклада есть слово вызовы. А с вызовами мы как раз и сталкиваемся в практике работы для заказчиков из-за рубежа.
Перед нами постоянно ставят неожиданные и неординарные вопросы, вытекающие из требований зарубежных заказчиков. Имею в виду те требования, которые отсутствуют в России, у наших заказчиков и нашего атомнадзора.
Соответственно, такие вопросы не имеют готовых решений в референтных проектах. И это вызовы для нас. Вызовы, с которыми мы обязательно должны справляться.
Что же касается работы с российским заказчиком, концерном Росэнергоатом... Передо мной на конференции выступал Александр Шутиков...

Иржи Ждярек: готовимся к эксперименту
Господин Ждярек, свой доклад на конференции Вы посвятили теме внутрикорпусного удержания (IVR) расплава в реакторе ВВЭР-1000. Правильно ли мы поняли, что ваш институт готовится к полномасштабному эксперименту?
Да, действительно, мы будем делать полномасштабный тест с точки зрения высоты и моделирования части реактора, но в нашем эксперименте ширина канала будет принята только 150 мм.
Эта ширнна совпадает с шириной, выбранной в экспериментах Westinghouse для AP-1000, а также с шириной из китайских экспериментов для их реакторов большой мощности CAP-1400.
Как вы планируете использовать материалы в эксперименте?
Мы будем охлаждать сталь корпуса и не будем охлаждать медь...
Поставки узлов для модели мы ожидаем до конца августа 2017 года. Далее мы приступим к сборке модели.

Сергей Сорокин: МНТК-2017 стартовала
Что хотелось бы сказать о конференции, открывшейся сегодня в в ОКБ ГИДРОПРЕСС? Это мероприятие юбилейное, наша конференция по безопасности АЭС с ВВЭР уже десятая по счёту.
Традиционно мы проводим её раз в два года и уверены, что подобная практика сохранится и в будущем.
В начавшейся конференции принимают участие наши коллеги из 14 стран. В Подольске представлены 18 зарубежных и 57 российских организаций. Общее число участников - более 240 человек.
Особенно хотелось бы отметить, что в этот раз к нашим традиционным шести секциям добавилась седьмая, связанная с вопросами использования CFD-кодов.
В этой сфере наше предприятие имеет определённые успехи. С учётом востребованности CFD-технологий мы решили сделать на конференции посвящённую им отдельную секцию.

Вячеслав Галушков: на месте мы не стоим
Не люблю громкие слова, но в этом случае без них не обойтись. Для института работа над документацией по МБИРу оказалась техническим и производственным вызовом.
В марте 2016 года нас предупредили, что, возможно, нам придётся подключиться к этой работе, потому что по различным причинам предыдущий генпроектировщик от продолжения работ отказался. А уже в апреле с нами заключили договор со сроком исполнения в июле.
От нас требовалось откорректировать проектную документацию, разобраться в более чем двухстах НИОКР, выполненных по этому проекту, и при этом не остановить стройку и начать выпуск рабочей документации.
В нашем институте был выполнен колоссальный труд. Потребовалась мобилизация всех филиалов. К счастью, у нас уже была перестроена вся система управления. В частности, в институте было создано единое информационное пространство.

Вадим Беркович: процесс идёт своим чередом
Да, так и есть. На третьем блоке прошли гидроиспытания с циркуляционной промывкой. Далее у них началась первая ревизия, уточняются вопросы по теплоизоляции, ставятся приводы СУЗ.
На этих блоках всё идёт по плану. Может быть, про них не так много говорят, но зато на них много делается.
Не так давно я был на Тяньване в командировке и имел возможность оценить текущее состояние. Могу сказать, что график выполняется с опережением. К началу ГИ и ЦП (гидроиспытаний и циркпромывки) опережение достигало полутора месяцев, сейчас запас немного уменьшился, но процесс идёт своим чередом.
Я бы отметил, что, по сравнению с первой очередью (блоки №№1/2), существенно выросла роль китайских специалистов. На второй очереди они намного больше делают сами...
...Нет, операции по вводу блоков в эксплуатацию.

Юрий Драгунов: мы сохранили школу Доллежаля
В первую очередь, экспериментальные. Мы создали у себя (и это было наше принципиальное решение) стенд для испытаний на свинце.
На нём уже испытан полномасштабный макет топливной сборки. Посмотрели, как идёт формирование окисной плёнки, другие важные моменты. Конструкторы, которые пишут инструкции по эксплуатации, должны понимать, как работать со свинцовым теплоносителем.
Следующий узел, который требуется испытать - ГЦН. Главный циркуляционный насос относится к уникальным изделиям, и он в обязательном порядке должен быть отработан на стенде. Как минимум один натурный насос обязан быть испытан. То есть, потребуется создать стенд для испытаний и полномасштабный ГЦН.
То же самое верно и для парогенератора. На моделях мы его уже проверяли. Но для парогенератора особенно важную проблему составляет вибрация, поэтому необходимо создать стенд.

Андрей Говердовский: ФЭИ - это наука
Научные конференции - неотъемлемая часть жизни научного коллектива. Мы остаёмся государственным научным центром, мы не производственное объединение и не завод, хотя и выпускаем высокотехнологичную продукцию, но наше производство всё-таки не масштабное.
Основное для нас - это наука, а учёные должны общаться друг с другом. Общаться не только внутри своего коллектива, но и приглашать коллег из других институтов и стран.
Поэтому мы проводим конференции. Крупнейшие из них и проходящие регулярно - Теплофизика и Нейтроника, объединённые в последнее время в один большой форум.
Дух наших конференций остаётся неизменным. Это прекрасное место для обсуждения существующих проблем, причём проблем обшероссийского характера. Наука не может развиваться в рамках одного института или одной отрасли.

В Обнинске о Фукусиме
Университетам отводится очень важная роль в этих работах. Преимущество университетов заключается в том, что в них сосредоточены специалисты в различных областях науки и техники.
Работы по выводу АЭС Фукусима Дайичи нередко требуют новых идей. Университеты выдвигают новые идеи и разрабатывают новые технологии. С этой точки зрения, сотрудничество университетского сообщества и тех организаций, которые заняты работами по выводу, имеет большое значение.
Мы регулярно проводим совместные семинары, в ходе которых обсуждаем насущные проблемы на Фукусиме и идеи, которые могут способствовать их решению.
Вы имеете в виду совместные семинары с компанией TEPCO?
С ними и с другими представителями атомной отрасли Японии.

Алексей Подлесных: от Нововоронежа до Прорыва
Пожалуйста. Вопрос с падением самолёта в нём решён изящно.
Подходить к вопросу о самолёте можно по-разному. Можно поставить везде стены из железобетона толщиной 10 метров, но такой блок не будет иметь никакой экономической конкурентоспособности.
А можно вспомнить, что у станции есть площадь, и у самолёта есть конечная площадь, и как бы самолёт ни упал, всю площадь станции он не накроет, и использовать с толком этот факт при компоновке генплана.
Мне довелось работать с Юккой Лааксоненом, и он рассказывал, что тяньваньский блок мог быть построен в Финляндии. Компания Fortum была заинтересована в том, чтобы построить новый блок с ВВЭР. К сожалению, правительственного разрешения они не получили, но совместные наработки остались и были успешно использованы на Тяньване.
Думаю, что проект АЭС-91 даже в наши дни пригоден для продажи.

Дмитрий Клинов: планируем сделать Нейтронику международной
Если мы останемся в своей тематике, то, кроме французов и китайцев, вряд ли кто к нам приедет. Индийцы предпочитают держаться замкнуто, а больше в мире никто серьёзно быстрым направлением не занимается. Я имею в виду - серьёзно, с конкретными планами по выходу на практическое применение.
Во Франции конференций, аналогичных Нейтронике, не проводится, они участвуют только в мероприятиях МАГАТЭ. Если наше сотрудничество с Францией будет продолжено, то будет реально сделать с ними совместную конференцию. Но пока это только задумки, без какой-либо конкретики.
У французов есть что-то интересное, чем они готовы поделиться с нами?
Есть. У них есть код APOLLO, у них свои европейские константы, стенд Masurca и множество выполненных на нём экспериментов. Сделано их было столько, что обрабатывать хватит надолго.

Георгий Тошинский: жидкотопливный интерес
Носителем делящегося вещества. В растворном реакторе носителем выступает вода - иными словами, в нём используется водный раствор солей урана и/или плутония. А в жидкосолевых реакторах носителем делящихся или сырьевых материалов являются расплавы различных солей.
Были ещё и проекты расплавных реакторов, в которых использовалась смесь расплавов жидкого металла и топлива. В Лос-Аламосе был в 60-ые годы очень интересный проект LAMPRE с топливом в виде расплава плутония и железа в висмуте.
На самом деле, если быть точными, то все подобные проекты нужно называть жидкотопливные (ЖТР). Именно это и есть их общая черта...
Известный недостаток ЖСР - высокие температуры плавления солей. Они выше, чем у свинца. Следовательно, эксплуатация жидкосолевых реакторов будет очень сложной задачей.

Николай Стопневич: о высоте по-новому
Хочу обратить внимание на принципиальный и, я бы сказал, философский аспект. Мы не собираемся давать работнику разыгрывать вероятность собственной ошибки всякий раз, когда он крепит карабин своего стропа. Теорию вероятностей никто не отменял. Если работник десятки раз разыгрывает вероятность ошибки, то в один несчастливый для него день он всё-таки её допустит.
В стационарном инженерном решении всё продумано и подсчитано заранее. Все нагрузки сняты, бегунок можно вынуть только в предусмотренных для этого секциях, в неправильное положение его не поставишь. От работника требуется один раз застегнуться, после чего он может полностью сконцентрироваться на своих прямых обязанностях, а не на том, куда нужно закрепиться на следующем шаге.
Стратегия компании Honeywell заключается в следующем. Мы переманиваем работника на свою сторону.

Евгений Шувалов: своеобразный рынок СИЗ
Экономить на СИЗах не имеет смысла, потому что любой выигрыш будет перекрыт убытками от возросшего травматизма.
Самое интересное - расходы на СИЗы в относительном выражении не просто малы, а микроскопичны. Они составляют на предприятии от 0,7% до 1,5% от затрат. У меня в практике были почти анекдотические случаи - например, когда преуспевающая компания упрекала меня - каска за 350 рублей для нас дорого!
Билет на поездку в метро в Москве стоит 50 рублей (а с 1 января и того больше, 55 рублей). То есть, каска стоит семь (а теперь даже меньше) поездок на метро, но она три года будет сохранять жизнь работнику и в жару, и в холод!
Замечу при этом, что чашка кофе в бизнес-центре, в котором расположен офис этой компании, стоит 250 рублей. К стоимости кофе у компании претензий нет, а к стоимости каски - есть. Удивительно!

Геннадий Носенко: с индийцами отношения великолепные
Полицейские на пляже нас охраняли и одновременно наблюдали за купающимися российскими девушками и ребятами, причём девчонки старались подгадать к тому же времени, когда плавать идут россиянки - их очень интересовали российские купальники.
Когда на пляже появлялась старшая по званию офицер, девушки проявляли интерес скрытно - сделают в нашу сторону пять-шесть шагов, но близко не подходят. Ну а в отсутствие старшей они перебирались на нашу сторону пляжа.
Очень любили, чтобы с ними фотографировались. Единственное, предупреждали - когда они в полицейской форме, к ним не прикасаться. Не положено!
Наши отношения с простыми индийцами проиллюстрирую конкретным примером.

Евгений Селезнёв: ГЕФЕСТ по-новому
Действительно, перед нами была поставлена задача обеспечить реактор БН-800 эксплуатационным кодом - кодом для сопровождения его эксплуатации. Началась работа, может быть, позже, чем следовало, но в итоге мы задачу решили. Причём в работах участвовали представители нескольких организаций.
Прежде чем рассказывать дальше, давайте вспомним, как обеспечивается эксплуатация другого нашего быстрого натриевого реактора БН-600.
На реакторе БН-600 успешно используется в качестве эксплуатационного кода комплекс ГЕФЕСТ. С его помощью выполняются расчёты нейтронной физики, теплогидравлики, а также расчёты всех параметров, по которым установлены ограничения.
ГЕФЕСТ был поставлен на БН-600 давно, почти 30 лет назад. Он неоднократно переаттестовывался под разные модификации активной зоны, а также постоянно развивается.

Михаил Зизин: подождём - увидим
Какие Алгол или Фортран? Коды, машинные коды. Меня научили с ними работать, и я написал свою программу. Успешно защитил диплом, в качестве приложения к которому была добавлена программа на машине М-20.
М-20 делить и умножать умела?
Всё, что нужно, она умела. В своей программе я брал интеграл. Но перед тем, как исполнять программу, я тот же вариант просчитывал на арифмометре Феликс.
После университета жизнь меня забросила в Сибирское отделение Академии наук, откуда я через четыре месяца сбежал в ФЭИ, где работали мои друзья. В обнинском институте как раз получили М-20, а я на ней уже умел работать!
Одну из первых своих программ в ФЭИ я написал по алгоритму Михаила Федотовича Троянова.

Сергей Суров: Нейтроника стартовала
Учредителями конференции являются ГК Росатом и АО ГНЦ РФ - ФЭИ. Она проходит при поддержке Российского фонда фундаментальных исследований и АО Наука и инновация.
На конференцию заявлено порядка 90 докладов, разбитых на восемь секций. С удовольствием хочу отметить, что докладов много. Для сравнения, в прошлом году их было около 60. Поэтому для работы участников мы задействуем не только большой конференц-зал, как обычно, но и малый зал.
Отраслевые организации по традиции проявляют к Нейтронике большой интерес. В этом году можно видеть участников примерно из десяти организаций - ОКБМ имени И.И.Африкантова, ОКБ ГИДРОПРЕСС, Курчатовский институт, ИБРАЭ и другие. В общей сложности, от них к нам приедут до 50 человек.

Александр Тузов: от НИИ к НПО
Я постоянно обращаюсь к тезису о том, что мы должны двигаться в сторону производства продукции высоких переделов.
С этой точки зрения, по производству топлива у нас расклад, близкий к оптимальному - в ОТТ мы выпускаем практически готовый к употреблению продукт.
Можно было поступить по-другому - например, собирать у нас твэлы и отправлять их на заводы Топливной компании ТВЭЛ. Но институт изначально позиционировал себя как участок, где реально сделать всё от начала до конца.
Если быть точным, то часть топлива для первой загрузки БН-800 была сделана из комплектующих, поставленных с Маяка. Но и в этом случае НИИАР отвечал за последний передел, и это правильный подход.
Говоря об изотопах, надо отметить, что конечный передел у них - не генераторы или что-то подобное, а радиофармпрепараты.

Владимир Кривенцев: FR17 - Олимпиада для быстрых
Организатором представительной конференции FR17 является МАГАТЭ. Хочу воспользоваться моментом и поблагодарить правительство Российской Федерации в лице ГК Росатом за согласие принять конференцию и за предоставление возможности посещения участниками мероприятия Белоярской АЭС и нового российского быстрого реактора БН-800.
Конференция станет третьей по счёту. В 2009 году первая такая конференция состоялась в Киото (Япония), в 2013 году её принял Париж, теперь настала очередь России.
Конференции FR - крупнейшие события в мире быстрых реакторов. И по значению, и по периодичности их можно сравнивать с Олимпийскими играми.
Подготовка к FR17 идёт полным ходом. В организационном плане это сложное мероприятие, требующее больших усилий.

В преддверии Нейтроники
Как мы уже говорили, первые Нейтроники делали упор, в основном, на математические методы. Анатолий Макарович подсказывает - процентов 30-40 докладов были на эту тему. Проходили семинары на территории ФЭИ.
Далее стали появляться новые задачи, и наша аудитория расширилась. Добавились вопросы защиты, но тоже с математической точки зрения - именно тогда к семинарам присоединился ИПМ.
Следующим шагом мы ввели константную составляющую, а потом расширили на тематику обработки экспериментальных данных. Тем самым мы замкнули полный цикл нейтронно-физических задач реакторной физики.
Слабость компьютеров требовалось восполнять искусством математиков и программистов. Мы сталкивались с двумя основными проблемами - ограничениями по памяти и времени расчётов.

Борис Габараев: МНТК НИКИЭТ важны для отрасли
Конференции, подобные нашей, позволяют сделать выводы о приоритетных направлениях работ в атомной отрасли.
Сразу могу сказать, что одним из таких направлений является разработка реакторов на быстрых нейтронах со свинцовым или натриевым теплоносителями.
Судя по количеству докладов по свинцу, именно этому направлению отдаётся предпочтение в исследованиях. Делаем вывод - перспективы свинцовых реакторов рассматриваются как положительные.
Второе приоритетное направление - атомные станции малой мощности, которые, как прогнозируется, будут востребованы в мире.
Непрекращающейся сферой деятельности является разработка интегральных кодов. Совершенствуются старые коды, разрабатываются новые.
Естественно, к проекту ИТЭР есть постоянный интерес.

Вадим Беркович: головные блоки
На сегодняшний день, шестой энергоблок Нововоронежской АЭС работает в сети. Он вышел на уровень мощности 75%, и идёт планомерное освоение этого уровня мощности.
Проходит работа организованно, но медленно, потому что осуществляется полный набор пусконаладочных испытаний. Причём испытания на 75% достаточно весомы с точки зрения качания энергоблока.
В чём отличия испытаний на Нововоронеже-6 от, допустим, таких же испытаний на ростовских блоках?
Мощность нововоронежского блока больше на 20%, чем мощность блоков- тысячников, поэтому испытания на нём более сложные. Например, динамические испытания более весомы с точки зрения нагрузки.
Состав систем у В-392М отличается от того, что мы имели в 320-ом проекте. Он похожий, но всё-таки другой. Соответственно, отличаются и технологические цепочки при испытаниях.

Георгий Тошинский: теплофизика и безопасность связаны
Наша конференция Теплофизика проходит уже в 41-ый раз. На протяжении многих лет она привлекает специалистов из организаций и предприятий, связанных с работами по обоснованию безопасности.
На конференции будут представлены самые новые разработки, расчётные коды, описание и результаты экспериментов, которые позволят нам обосновывать безопасность атомной энергетики.
В ФЭИ, как вы знаете, были сделаны структурные изменения - теплофизическое отделение называется теперь Отделение теплофизики и безопасности. Это правильно, так как теплофизика и безопасность связаны между собой неразрывно.
Научная школа теплофизики ФЭИ известна как в России, так и за рубежом. У нас установлены тесные контакты со многими организациями, ведутся совместные работы с иностранными коллегами.

Александр Пименов: лиха беда начало
У подводного размещения много положительных факторов. Для нашего института это вообще привычное капсулированное размещение реакторной установки, мы к нему привыкли и воспринимаем как известную для нас сферу деятельности.
Подводное размещение обеспечивает безопасность, а также необслуживаемость установок. Оно позволяет использовать разветвлённую систему управления - с одного плавучего или наземного пульта можно будет управлять несколькими подводными станциями.
Есть также выигрыш по местам размещения. Для России подводные АСММ будут полезны при освоении шельфа, где мы сможем максимально приблизить источник энергии к потребителю, обеспечивая при этом на должном уровне безопасность.
Плавучая станция с реакторами КЛТ, как известно, у нас уже строится, у неё есть свои задачи.

Александр Бычков: атом для мира и развития
Да, это страны, являющиеся законодателями мод в атомной отрасли.
Что даёт участие в этой группе? В её рамках представители стран в МАГАТЭ общаются между собой, запрашивают департамент атомной энергии о текущих и планируемых событиях и деятельности, и группа взяла на себя подготовку проектов тех частей резолюции генконференции, которые касаются атомной энергетики.
Можем похвалиться - в этом году у нас прекрасный результат. Во время рассмотрения наших вариантов резолюций в комитете полного состава не было задано ни одного вопроса. Все страны с нашими проектом были согласны.
Этот результат доказывает, что наша группа отлично знает, что нужно сделать для того, чтобы агентство правильно выполняло свои функции. Также мы прекрасно понимаем, как следует учитывать мнения тех стран- членов МАГАТЭ, кто не согласен с развитием атомной энергетики.

Николай Груша: ветераны не чувствуют себя лишними
Я участвовал в этих мероприятиях как представитель МСВАЭП от Республики Беларусь. Мой стаж работы в ядерной энергетике исчисляется с 1969 года, так что давно являюсь ветераном.
На наших мероприятиях в МАГАТЭ собрались люди из разных стран - возрастные, уважаемые, прошедшие большой путь в отрасли. Многие из нас сегодня пенсионеры, не работающие на предприятиях. Тем не менее, наш громадный опыт можно и нужно использовать на общее благо.
Есть такое понятие - сохранение ядерных знаний. Ветераны, приехавшие в МАГАТЭ, как раз и являются носителями этих знаний.
Одна из задач ветеранской организации - способствовать укреплению безопасности атомных станций. Опыт, который мы набрали, должен быть задокументирован для использования следующими поколениями атомщиков. В том числе, и опыт негативный, связанный с происшествиями - для того, чтобы не повторять наших ошибок.

Сергей Цочев: надо учиться каждый день
Я принимал участие в мероприятиях, которые проводятся ветеранской организацией, а также побывал на научном форуме и посмотрел на работу болгарской делегации на сессии.
Какую роль могут сыграть ветераны атомной отрасли?
Встреча, подобная той, что была организована на этой сессии, для меня первая. Моё личное мнение - опытные люди могут быть полезны для отрасли своими опытом и знаниями. Надо искать наилучшую форму для такого сотрудничества, чтобы все были счастливы.
С нашей стороны, мы хотели бы помогать отрасли, но, как я уже сказал, нужно найти для этого верный путь.
Вы регулятор.
Бывший регулятор.
Бывших регуляторов не бывает. Как Вы думаете, в каком состоянии сегодня находится система ядерного регулирования в мире?

Андре Мэссо: сотрудничество важно для всех атомщиков
Очень важно сотрудничество не только между ветеранами, но между всеми работниками атомной отрасли.
Атомная отрасль - это человеческая отрасль, в первую очередь. Это верно как с точки зрения опыта и квалификации, так и с точки зрения безопасности. И поэтому сотрудничество для атомщиков чрезвычайно важно.
Я был президентом всемирного совета трудящихся ядерной промышленности (World Council of Nuclear Workers), объединяющего атомщиков со всех концов света. Ваша страна, Россия, также принимает в нём участие. Поэтому я знаю, насколько сотрудничество важно для всех нас.
Атомная отрасль состоит из трёх важнейших составных частей - компаний, правительств и работников. Поэтому все работники не просто должны, но даже обязаны сотрудничать друг с другом.

В Триесте о быстрых
Более точно, это школа-семинар. Она проходила в Триесте (Италия) и была организована совместно МАГАТЭ и международным центром теоретической физики (ICTP) имени Абдуса Салама.
Обучение на школе-семинаре было посвящено, в первую очередь, быстрым реакторам. Лекторы рассказывали, например, о том, какие типы быстрых реакторов существуют, по каким направлениям ведутся работы в мире.
Участников было много и, что приятно, из многих государств - то есть, интерес к быстрой тематике в мире сохраняется и даже растёт.
Были представители от тех стран, где атомная энергетика пока отсутствует или находится в начале пути. Естественно, были участники и из государств с солидным багажом по быстрым реакторам - например, Россия и Индия.
Среди тех лекторов, чьи выступления оказались особенно полезными для меня, могу выделить Кристиана Латжи из Кадараша (Франция). Он прочитал очень интересный курс по теплогидравлике натрия.

Дмитрий Клинов: БФС перевооружается
Поставка первых партий мононитрида урана и плутония состоялась. В будущем материалов будет достаточно, чтобы загрузить работой с перспективными видами топлива сразу оба стенда.
Теперь о капитальном строительстве. Работы, которые относятся к зданиям и сооружениям, идут полным ходом и выполняются согласно план-графику. Соответственно, мы уверены в их завершении в установленные сроки.
Особая статья - замена аппаратуры СУЗ. Она уже приобретена и поставлена в институт. Предполагаем приступить к её монтажу в следующем месяце, далее - ввод в эксплуатацию и контрольный пуск, который всё покажет.
Полностью заменены системы САЗ СЦР и радиационного контроля. Заменены спецканализация, вентиляция, в том числе спецвентиляция, пожарная сигнализация.

Наталья Айрапетова: в ИАТЭ горячая пора
Набор в стройотряды проходит на добровольной основе?
Как в старые времена, добровольно. Более того, они ещё и деньги зарабатывают, что также немаловажно.
Куда в этом году был больше всего конкурс?
В Китай. Безусловно, в Китай. Также ребятам очень нравится ездить в Белоруссию, потому что их там очень хорошо принимает белорусский союз молодёжи, замечательные места, культурная программа.
Большой интерес у студентов вызывает и Нововоронеж, потому что все хотят познакомиться поближе с проектом АЭС-2006. На Курской станции замещения работы только разворачиваются, но и она будет построена с участием наших студентов.
И отдельно хочу упомянуть, что в этом году мы впервые отправляем отряд на ПО Маяк. Надеемся, что для наших студентов это будет очень полезный опыт.

Владимир Асмолов: не нужно никуда спешить
Если смотреть в будущее, то без атомной энергетики с замкнутым топливным циклом мы не проживём. С таким тезисом согласятся многие, если не все. Но когда оно наступит? Во многом это зависит от нас самих, от нашей готовности начать это будущее.
В докладе на Атомэкспо я говорил о том, что очень важно соблюдать принцип стадийности, нельзя пропускать ни одной стадии любого нового проекта. Нельзя обещать перепрыгнуть реку в два прыжка в надежде на то, что посередине реки найдётся твёрдая опора. А вдруг не найдётся, что тогда?
Для меня ясно, что уже сейчас мы обязаны развивать элементы замкнутого топливного цикла. Мы сделали важный шаг, пустили БН-800. Пусть он уступает по эффективности реакторам ВВЭР, но на нём можно отрабатывать эти элементы, и соответствующая большая программа уже подготовлена.

Андрей Говердовский: вместе можно добиться большего
Насколько плотно развивается сотрудничество ФЭИ с МРНЦ?
О нашем совместном проекте по микроисточникам уже сказано много. Теперь мы готовим к запуску ещё два проекта - по иттрию и по радию-223. Это очень перспективные проекты, если они увенчаются успехом, то с их помощью удастся спасти многие тысячи человеческих жизней.
Врачи знают, что делать, как помочь пациенту, а мы знаем, с помощью чего они будут это делать. Так построено наше сотрудничество с МРНЦ.
Заключительный вопрос по текущему состоянию Тандетрона.
Ускоритель сдан в эксплуатацию и работает круглые сутки. На нём сейчас производится пристрелочное облучение большого количества различных материалов из полутора десятков российских организаций.
Если потенциальные заказчики будут довольны результатами, то далее мы ожидаем от них серьёзного финансирования.

Юрий Драгунов: интерес к нашим работам большой
Выставка интересная. Мы традиционно в ней участвуем. Наш павильон на выставке обновляется с каждым годом, мы стараемся продемонстрировать все основные направления наших работ.
Могу добавить, что интерес у гостей форума к нашим экспонатам большой.
Как вы можете видеть, в этом году мы представляем проект МБИР, по которому мы работаем совместно с ФЭИ и другими предприятиями Росатома. Наш институт выступает в качестве главного конструктора.
В каком состоянии сейчас проектная документация по МБИР?
Технический проект реакторной установки можно считать практически завершённым. Остались некоторые моменты, в том числе, связанные с топливом, по которым мы сейчас работаем.
По направлению исследовательских реакторов у нас буквально на днях произошло очень радостное событие.

Александр Тузов: стараемся держаться в графике
Стройка идёт. Закончили бетонирование фундаментных плит под основными блоками, сейчас возводятся стены реакторного здания.
В общем и целом, ситуация, как и на всякой стройке, напряжённая, но мы стараемся не выбиваться из графика.
Какое следующее ключевое событие на строительстве?
Ключевое событие на этот год, как бы это ни обыденно звучало - строгое выполнение подписанного графика сооружения. Основная задача - использование выделенных федеральных средств и исполнение строительных работ.
На круглом столе на Атомэкспо было вновь подтверждено, что Россия предлагает создать на базе МБИР международный центр.
Более того, предложение переходит в практическую фазу. Госкорпорация предпринимает сейчас действия по формированию необходимой юридической структуры.

Сергей Кушнарёв: Ядерное общество - объединительная сила
ЯОР - общероссийская общественная организация. Подобные организации действуют практически во всех странах, где работают над различными применениями ядерной энергии.
Ядерные общества могут быть общественными или неправительственными организациями. Чаще всего они объединяют в своих рядах физических лиц, чем отличаются от атомных форумов, куда входят компании и предприятия.
В нашей стране Ядерное общество было создано в 1989 году. Естественно, сначала это было ЯО СССР. Мы прошли через все те же трансформации, что и наше государство, и продолжаем сегодня существовать как ЯОР.
Сколько членов сегодня у Ядерного общества России?
В советский период у нас было до 3,5 тысяч человек. Далее был резкий провал в численности, но, в конце концов, мы вышли на показатель 2,5 тысячи.

Валерий Левченко: четверть столетия - это срок
Всё начиналось с БЭСМ и ЕС ЭВМ. Причём, как правило, приходилось задействовать сразу несколько машин. Думаю, что сегодня мало кто представляет себе, что это были за монстры. А управляющей машиной выступала ЭВМ серии СМ.
Для того, чтобы обеспечивать относительно разумные времена расчётов, приходилось идти на различные ухищрения.
Разрабатывались специализированные быстродействующие численные методы, много внимания уделялось такой области, как ускорение сходимости итерационных процессов. Но был и положительный момент - в результате, численные методы продвинулись далеко вперёд.
Но с развитием вычислительной техники нужда в развитии численных методов отпадает?
Это не так. Да, производительность компьютеров выросла. Но также выросли и наши аппетиты.

Алексей Слободчиков: РБМК - ресурс канального направления не исчерпан
То есть, с технической точки зрения будет возможным определённый заход за 45 лет. Однако это потребует серьезных дополнительных исследований и обоснований.
Наша задача, связанная с сопровождением эксплуатации и научно- технической поддержкой, заключается в том, чтобы обеспечить работу блоков с РБМК до ввода замещающих мощностей.
Сейчас в дорожной карте развития атомной энергетики России заложено, что блоки с РБМК проработают 45 лет, после чего эстафету подхватывают замещающие мощности.
Но для отдельных блоков с учётом истории эксплуатации, фактического состояния и прогнозирования поведения графитовой кладки можно говорить о том, что ответ на вопрос об их переходе за 45 лет не является однозначно отрицательным.

Борис Попов: работать на АЭС перспективно
Действительно, это непростой процесс. Трудно попасть в поставщики атомных станций. Для этого нужно обладать необходимым опытом и обеспечивать должный уровень качества продукции.
Как Вы считаете, есть ли шансы у белорусских предприятий продолжить участие в реализации атомных планов Росатома после завершения стройки в Островце?
Наша лаборатория занимается, в первую очередь, научным сопровождением строительства АЭС, поэтому я не хотел бы отвечать на ваш вопрос конкретно.
Но из общих соображений выскажу своё личное мнение - да, белорусские предприятия вполне способны на это. Республика Беларусь - индустриальная страна, имеющая развитые машиностроительные предприятия, строительный комплекс
и другие возможности.

Виктор Мурогов: на пути к методологии
Мы пришли к выводу, что нам также необходимо введение критериев и индикаторов для атомной энергетики, а именно, для экономики, экологии, безопасности, нераспространения. В этот список мы добавили инфраструктуру, то есть, готовность страны к развитию атомной энергетики и использованию ядерной технологии.
Как впоследствии оказалось, у каждого из критериев появилось от 20 до 40 и более индикаторов. В общей сложности, мы оперировали несколькими сотнями индикаторов, и ни одна технология не смогла продемонстрировать явное лидерство.
Быстрые реакторы - идеальны по практически неограниченной сырьевой базе и по безопасности (при использовании жидких металлов), но аутсайдеры по нераспространению и проигрывали в экономике. Высокотемпературный реактор прекрасен почти по всем показателям, но у него открытый топливный цикл.

Геннадий Пшакин: в Ираке мы ничего не нашли
На практике это выглядело так - как только мы подъезжали к воротам предприятия, они немедленно распахивались. Иракцы были готовы выполнить любое наше требование.
Это конец 2002 года и начало 2003 года. Видимо, они что-то уже чувствовали?
Да, настроения у них были не праздничные. Нам нередко задавали вопрос - будет Америка бомбить или не будет?
Для работы с UNMOVIC в Ираке был организован специальный комитет - естественно, под эгидой службы безопасности. Его работники ждали нас у выезда из гостиницы Парк-отель, где у нас был офис. Мы выходили и говорили им - следуйте за нами! И они ехали за нами на ту установку, которую мы собирались проверять.
То есть, иракские безопасники не знали, куда вы едете?
Там не дети работали.

Марина Кандалова: безопасность на уровне смысла
Сначала симптомно-ориентированный подход у нас был принят в штыки. Люди просто уходили с занятий. Они говорили, что это отучит оператора думать, что так нельзя. Но такие инструкции у нас применяются в ограниченном объёме, и в конце концов работники к ним привыкли.
Если развитие ситуации идёт не так, как написано в инструкции, то тогда необходимо включать взвешенный подход. Необходимо идентифицировать ситуацию и брать другую инструкцию.
И ещё. Если что-то идёт не так - остановись. Остановись, подумай, сделай и проверь. Принцип STAR (Stop, Think, Act, Review). Вот этот принцип нам подходит и очень хорошо прижился на наших станциях. Работники принцип STAR понимают и активно используют.
Японский подход. Остановись, подумай...
Да, но чем его наполнили на Фукусиме? Остановились, подумали, но не сделали.

Виктор Мурогов: как менялись приоритеты
Итак, что мы имели? Агентство отвечает только за разработку критериев, а не за создание технологий. В свою очередь, индустрия не собирается разрабатывать новые реакторы, отвечающие нашим критериям, и считает, что нынешнее положение дел её устраивает.
Необходимо было многостороннее совещание с широким представительством стран-членов МАГАТЭ, и главное, чтобы при этом была организована дискуссия профессионалов высокого уровня - своеобразный круглый стол лидеров ядерной науки, техники и руководителей.
Мы договорились с Джоном Ричем попытаться организовать в 1998 году во время генеральной конференции МАГАТЭ такой круглый стол. Сегодня вы его знаете под названием Научный форум. Так вот, такого мероприятия раньше не было, и прародителем научного форума стал наш круглый стол.
На круглый стол мы решили пригласить руководство атомных отраслей ведущих ядерных государств.

Наталья Беленькая: у знаний есть инфраструктура
Для научного сектора мы разработали систему управления знаниями, состоящую из трёх функциональных блоков - управление научно- техническими компетенциями, управление научно-техническим сообществом и управление правами на создаваемые результаты интеллектуальной деятельности.
Разработки и апробация отдельных элементов начались в Росатоме в 2012 году. Сегодня система внедрена и работает во всех наших научных институтах.
Можно сказать, что научный блок у нас охвачен в достаточной степени. В соответствии с рекомендациями МАГАТЭ мы следим за выявлением знаний, сохранением критически важных знаний, их формализацией.
Кроме того, мы разрабатываем и внедряем современные IT-инструменты, в том числе не имеющие аналогов в России и за рубежом. Это, например, информационная система ИСУПРИД.

Олег Грудзевич: ускоритель на все руки
На ускорителе мы не имитируем, а симулируем, подделываем те условия, в которых сталь работает в реакторе. Начнём с того, что вероятность взаимодействия нейтрона с ядром характеризуется барнами, а тяжёлого иона с атомом - килобарнами.
Но у такого различия имеется и приятная сторона - переходя от барнов к килобарнам, мы получаем выигрыш в скорости набора разрушающей дозы облучаемым образцом. В реакторе дозу 100 с.н.а. вы наберёте за годы, а у нас - за недели. А если, как сейчас требуется, нужны дозы 200 или 300 с.н.а.?
Конечно, только на ускорителях проблему подбора радиационностойких сталей нужных параметров не решить. То, чем мы в реальности занимаемся по данному направлению, я бы назвал отбраковкой. Если материал не стоит при облучении тяжёлыми ионами, значит, он точно не будет стоять и под нейтронами.

Вадим Беркович: положение разработчика РУ почётное и обязывающее
Да, это значимое событие. В конце года блок получил лицензию Ростехнадзора на 30 лет. Для этого нам пришлось подготовить по сути новый проект.
Очень помогло то, что эксплуатирующая организация заблаговременно разработала нормативную базу для продления и обложила весь процесс руководящими документами. В результате каждый знал свой манёвр, знал, над чем ему нужно работать и под чьим руководством.
Это же касалось и Гидропресса. Мы понимали свою ответственность и круг своих обязанностей, знали, что конкретно мы должны сделать, исходя из требований нормативных документов, знали, кто должен ту или иную работу выполнить для нас.
Собственно, в итоге всё необходимое мы и выполнили, причём замечаний было минимальное количество. Правильная организация работ и понимание каждым участником привели к успеху.

Юрий Драгунов: есть возможности для сотрудничества
Можно и нужно гордиться тем, что у нас есть такая конструкторская организация как ОКБ ГИДРОПРЕСС, обладающая высоким потенциалом.
В Гидропрессе создана настоящая научная школа, а опубликованные труды по основным аспектам направления ВВЭР (13 или 14 больших томов) стали настольными книгами для работников отрасли и студентов.
У НИКИЭТ и ОКБ ГИДРОПРЕСС есть огромные возможности для нового сотрудничества. Одна из таких тематик - системы контроля и управления. В реакторах РБМК это сложные и уникальные системы, выполненные на мировом уровне. Думаю, что есть возможность внедрения этих систем и в проекты ВВЭР.
Консолидация лучших сил на ключевых направлениях будет, на мой взгляд, крайне полезной для атомной отрасли России.

Сергей Сорокин: 70 лет ОКБ ГИДРОПРЕСС
Оно было создано при заводе имени Орджоникидзе и называлось Особое конструкторское бюро по конструкциям гидро-паропрессового оборудования - отсюда, кстати, появилось наше сокращённое название ОКБ ГИДРОПРЕСС.
Если вы посмотрите тексты постановления и последовавшего за ним приказа Наркомтяжмаша, то увидите, что бюро отчитывалось непосредственно СНК или народному комиссару (министру) тяжёлого машиностроения.
Никакой отчётности региональным и иным службам и ведомствам в тот период не предполагалось. Завод по отношению к нам исполнял тогда функции обеспечивающие, а не руководящие.
Здание, точнее, комплекс зданий, который сейчас во всём мире знают как ОКБ ГИДРОПРЕСС, было построено намного позже, в 60-ые годы. А первоначально мы находились на территории завода имени Орджоникидзе.

Виктор Мурогов: к нам начинают привыкать
У нашего союза задачи сложнее и лежат в различных плоскостях - не только и не столько в социальной плоскости. Поясню на примере. Мы приезжаем в ту или иную страну Евросоюза - в Венгрию, Словакию, Чешскую Республику... Встречаемся с профессионалами - у нас любовь и дружба. Встречаемся с политиками - начинаются отговорки.
Венгерские политики (правда, далеко не все!) рассуждают о том, почему расширение Пакша было выбрано без тендера, хотя западная технология более приемлема для стран Евросоюза. У чешских политиков свои странности, а болгарские политики (судя по прессе) вообще сейчас стали говорить о кооперации с Вестингауом и с китайцами - и это после 40 лет освоения и успешного использования технологии отечественных ВВЭР!
А вот у большинства профессионалов мнение однозначное - мы более 40 лет двигались вперёд вместе с вами, развивали одну и ту же технологию, а теперь политики предлагают нам какую-то полностью отличную технологию? Но в этом случае должна быть и полностью отличная отрасль.

Олег Кононов: публикации защищают приоритет
Патентное разбирательство проходило в Мюнхене в 1969-1971 годах. Как описывают свидетели тех давних событий, исходно шансы СССР на выигрыш дела были малы, и в какой-то момент наша страна была даже готова признать поражение, но вовремя найденная статья О.И.Лейпунского вынудила американцев отступить.
Подобные истории случались раньше и будут случаться впредь. Значит, нам нужно заботиться о нашей интеллектуальной собственности.
В блоке управления инновациями Росатома создан IP-оператор как центр компетенций по управлению интеллектуальной собственностью и технологиями. В его функции входит, в частности, анализ всего, что было опубликовано, и защита наших интересов в тех сферах, где от нас пытаются отгородиться патентами.
Чем в этой связи может быть полезен ВАНТ? Журнальная публикация, в отличие от патента, бьёт по площадям...

Игорь Матвеенко: фронт работ для БФС огромный
В заключение разговора хотел бы сказать несколько слов о техническом перевооружении БФС. Нашему критстенду более полувека, на нём было собрано порядка полутора сотен критсборок. Накоплен бесценный экспериментальный материал, но нужно готовиться к новым задачам - а фронт работ видится нам на десятилетия вперёд.
В рамках технического перевооружения БФС мы проведём замену инженерных систем, которые честно отслужили свой срок.
Также необходимо обновить исследовательскую аппаратуру. Это процесс постоянный, что-то уже сделано, но по ряду позиций обновление ещё только предстоит.
Нужно получить и новые материалы для активной зоны. От нас потребуется проведение исследований по реакторам со свинцовым теплоносителем, так как необходимо обосновать как минимум два проекта - БРЕСТ-300 и БРЕСТ-1200.

Виктор Мурогов: разрешение противоречий - это движение вперёд
Расхожее представление о ветеране, что это старый больной человек, которому требуется лечение. На самом же деле, ветеран - это носитель опыта и знаний, которые обязательно следует передать молодёжи, чтобы не допустить разрывов в цепочке научно-технического прогресса.
Хочу выразить удивление - до сих пор в российской атомной отрасли мало кто интересуется, а чем же, собственно, занимается наш Международный союз ветеранов. Нам оказывают поддержку, и за это большое спасибо! Но работаем мы инициативно - то есть, делаем то, что сами считаем нужным.
А ведь можно и объединить усилия. Хорошей идеей, на наш взгляд, стало бы подключение ветеранского союза к деятельности информационных центров атомной отрасли. Например, как сделано во Франции? Там информационные центры работают и для широкой общественности (школьников, студентов, других заинтересованных слоёв населения), и для ветеранов-профессионалов различного уровня из промышленности.

Денис Флори: я сделал всё, что хотел
Откликов пока поступило мало. Но это не должно никого удивлять. Доклад опубликован и распространён практически только что, объём информации большой, и даже просто для прочтения доклада требуется время.
Но я хочу отметить, что на стадии подготовки доклад прошёл обсуждение в ряде экспертных групп - в том числе, в INSAG. Участие в обсуждении принял и комитет ITAG - международная группа технических советников, составленная наполовину из членов INSAG и наполовину из представителей других международных организаций.
Замечания, которые мы получили от экспертных групп и международных организаций, были учтены в тексте доклада. Вы можете сами сделать вывод об их реакции на доклад - коли они не возражали против доклада на стадии подготовки, значит, достигнутым результатом они довольны.
Есть ли реакция со стороны Японии?
Пока ещё нет. Они изучают текст доклада, причём делают это очень тщательно.

Александр Бычков: остаюсь оптимистом
Так что движение есть. Его не всегда видно со стороны, потому что в прессу чаще всего попадают либо острые, либо скандальные моменты.
А ведь на самом деле основная деятельность агентства - это тонкая работа с привлечением сотен экспертов, которые ездят по странам, помогают внедрять новые технологии и разрабатывать программы, выстраивать систему образования, оптимизировать развитие с использованием сетевых объединений, и многое другое. И не только в технологической области, но в области обеспечения безопасности и защиты.
Приведу пример одной негромкой задачи - оптимизация совместной работы МАГАТЭ с другими международными организациями.
С форумом Generation IV мы достигли договорённости о том, что часть работ они передадут в агентство. Имеются в виду те работы, которые лучше и полезнее рассматривать не в закрытом клубе, а на общедоступной площадке.

Валентин Махин: на Теплофизике разговор конкретный и практический
Одна из проблем заключается в том, что предлагаемые варианты СКД не находят экспериментального подтверждения в виду практически полного отсутствия экспериментальной базы. Вопросы создания такой базы были рассмотрены в нашем докладе на Теплофизике-2015.
Надо отметить, что по нормативным документам ни один энергетический реактор не может быть создан без реактора-прототипа. Как правило, это реактор меньшей мощности, позволяющий выявить и изучить все основные моменты, важные для будущих больших реакторов.
Так поступали для быстрых реакторов. Так же сделали для кипящих реакторов...
Вы имеете в виду ВК-50?
Для кипящих реакторов - да, это он. К сожалению, ВК-50 не стал шагом для развития сверхкритического направления. Тем не менее, он представляет для СКД большой интерес.

Владимир Поплавский: интерес к Теплофизике-2015 большой
Конференция юбилейная, сороковая по счёту. Интерес к ней большой, принимают участие 23 организации. Заявку на регистрацию подало около 200 человек. Количество докладов превышает полторы сотни.
По тематике охват у конференции очень широкий. Рассматриваются вопросы безопасности, технологии теплоносителя, теплогидравлики и многие другие.
Традиционно на Теплофизике обсуждается водо-водяная тематика, включая перспективные проработки со сверхкритическим давлением. Естественно, часть докладов посвящена быстрым реакторам - как с натриевым теплоносителем, так и с тяжёлометаллическим.
Добавлю, что в докладах с точки зрения теплофизических проблем рассматриваются буквально все компоненты атомной станции.
У нас вопрос по одной из тем конференции. Насколько сегодня активно проводятся работы по СКД?

НИКИЭТ - управляющие системы
Говоря об управляющих системах, нельзя уйти от темы безопасности. Уинстону Черчиллю приписывают следующее изречение - за безопасность надо платить, а за отсутствие безопасности - расплачиваться. Более того, нужно ещё чётко понимать, что подразумевается под понятием безопасность.
У безопасности есть много разных сторон - ядерная, физическая, кибербезопасность и другие. По мнению Михайлова, подходить к обеспечению безопасности в атомной отрасли нужно обязательно комплексно, учитывая все её аспекты.
Ещё одна сторона безопасности в наши дни касается темы импортозамещения. Важное преимущество управляющих систем НИКИЭТ заключается в том, что они являются российскими разработками, полностью открытыми как для разработчиков, так и для соответствующих надзорных и сертифицирующих органов.
В заключение можно отметить, что стратегической линией НИКИЭТ является выполнение функций ответственной за всю систему организации.

Игорь Жемков: расчётчик для быстрых
Может быть, и было бы скучно. Но, к счастью, я этого не знаю. У нас не бывает одного и того же.
Возьмите, для примера, большой реактор. У них продолжительность кампании из года в год практически одна и та же. А у нас так не бывает, одна кампания может быть 25 суток, а следующая 45.
Мы работаем на разных уровнях мощностях. В одну кампанию мы можем выгрузить, допустим, 20 ТВС, а в следующую - только 15. Типы топлива у нас разные - таблеточное, виброуплотнённое. Число ТВС менялось от 75 до 130. Боковой экран был стальной, потом урановый и снова стальной. Регулярно в реакторе проводятся различные экспериментальные исследования и облучательные программы, ведётся наработка радионуклидов.
Это исследовательский реактор, в нём единообразия не бывает по определению! За всю историю у БОР-60 было более 160 микрокампаний, и одинаковых среди них вы не найдёте.

Юрий Драгунов: наши подходы комплексные
Моё мнение, что специально тянуть блоки до какого-то назначенного срока не надо. Более того, так поступать просто нельзя.
В каждой конкретной ситуации необходимо выполнять обоснования и доказывать, что уровень безопасности блока на данный момент времени как минимум не хуже, чем в начальном состоянии, а также соответствует современным требованиям. И из этого уже и исходить.
Но назначать тот или иной продлённый срок службы волюнтаристскими методами ни в коем случае нельзя.
Конечно, во всех блоках с ВВЭР были исходно заложены большие запасы. Вы видите, что эти блоки успешно продлеваются, решается задача по повышению мощности. Это нормальный процесс, проходящий практически во всех странах, где работают ВВЭР.
Но я подчёркиваю - нельзя просто так назначать волевым усилием срок службы, до которого блоки можно будет дотягивать. Нет, только индивидуальные решения для каждого блока по отдельности!

Вадим Беркович: обращайтесь к нам снова через 30 лет
Вернёмся к пятому козлодуйскому блоку. Предварительный этап был выполнен, вся отчётная документация была передана и одобрена регулирующим органом.
Далее пошёл второй этап работ по ПСЭ. Если говорить о его физических объёмах, то первая часть второго этапа - измерения фактических механических свойств металла оборудования и трубопроводов реакторной установки. Это было сделано в ППР-2015 в жёсткие по времени сроки в соответствии с просьбой станции.
Было ведь запаздывание определённое? Было мнение, что часть подобных работ можно было бы выполнить и в ППР-2014.
Нет, не поэтому. Станция поставила очень жёсткие границы по срокам, исходя из продолжительности ППР.
Мы выполнили весь запланированный объём. К работе готовились заранее. Например, мы привлекали инженеров с ЗиО Подольск для тренировок наших специалистов, которым предстояло произвести измерения механических свойств внутри парогенератора.

Константин Митрофанов: ускорители из ФЭИ
Наш институт располагает ускорителями с энергиями от 0,2 до 12 МэВ. По току мы можем получать пучки до 500 мкА - это уже сильноточные пучки.
Из конкретных установок выделю ЭГП-15, линейный перезарядный электростатический ускоритель тяжёлых ионов. Именно на нём мы и занимаемся сейчас облучением образцов новых конструкционных материалов.
Есть такие ускорители, как ЭГ-1 и ЭГ-2,5. Они задействованы в разработках методик неразрушающего контроля, активационного анализа и других прикладных направлений.
Традиционный вопрос к ускорительщикам. Трансмутация младших актинидов и ADS-системы - занимается ли такими направлениями ваш институт?
Да, мы проводим работы по обоим перечисленными вами направлениям. Думаю, вы понимаете, что пока они находятся на стадии НИР, до промышленного их применения ещё далеко.

Владимир Пиминов: о ВВЭР средних, больших и сверхбольших
У нас глобальные планы по продвижению технологии ВВЭР. В обозримом будущем будут тиражироваться уже готовые проекты на базе ВВЭР-1200 и ВВЭР-ТОИ мощностью 1300 МВт(эл.).
В интервале мощностей от 1000 до 1300 МВт(эл.) спрос на новые проекты, мы считаем, закрыт. Думаю, что новые проекты в этом интервале нам какое-то время заказывать больше не будут.
Тем не менее, мы продолжаем работать инициативно, за счёт собственных средств. Просматриваются различные варианты по улучшению имеющихся проектов - в том числе, исходя из поставленной Росатомом задачи по сокращению затрат на сооружение энергоблоков на 30%.
Задача эта амбициозная. Откровенно скажу, что у нас пока нет уверенности, сможем ли мы выдержать по своей части столь большое сокращение. Но совершенно точно, что мы сумеем добиться значительного удешевления реакторной установки...
ВВЭР-ТОИ пока существует в одном варианте, а именно, в московском. Я не исключаю, что со временем и эта установка начнёт ветвиться.

Александр Бычков: у атомной энергетики две проблемы
Тема моего выступления - Диалог-форум ИНПРО, прошедший в мае в МАГАТЭ. Я был его председателем. Темой форума было обсуждение движущих мотивов и препятствий на пути осуществления многосторонних подходов к заключительной части ЯТЦ.
На мой взгляд и по большому счёту у современной атомной энергетики есть всего две проблемы (все остальное можно отнести к задачам), но они фундаментальные. Первая проблема - кадры. Вторая - завершающий этап топливного цикла и его реальная промышленная демонстрация.
Если у вас нет квалифицированных людей, то вы не сможете начать атомную программу. Но если вы не понимаете, что делать с ОЯТ, не имеете полного и завершённого топливного цикла, то вы не сможете принять решение о том, надо ли начинать такую программу.
Вот мы и обсуждаем с коллегами на Атомэкспо эти проблемы атомной энергетики на двух круглых столах.

Николай Нерозин: ФЭИ для ядерной медицины
За последнее десятилетие в нашей стране успешно внедряется такое новшество в ядерной медицине, как операция по брахитерапии рака простаты. Первая подобная операция была произведена в Москве на рубеже столетия, и сейчас в год их делают в нашей стране порядка 2000 в более чем 20 клиниках.
Для такой операции необходимо иметь микроисточники, представляющие собой маленькое зёрнышко размером с рисовое, в которое помещён радиоактивный изотоп I-125, излучением которого и производится лечение пациента. Это передовой метод на сегодняшний день.
В ФЭИ мы в 2015 году запускаем опытно-промышленную установку по выпуску примерно 50 тысяч микроисточников в год. Однако в настоящее время в России нуждается в подобной операции порядка 10 тысяч пациентов. Можете подсчитать ежегодные потребности в микроисточниках, если на одну операцию расходуется порядка 84 штук.

Ян Здебор: рад снова быть в Подольске
Я тоже очень рад возможности побывать на МНТК-2015. Эта конференция традиционная. Она полезна не только для участников, её результаты важны для всего сообщества ВВЭР.
На конференции, в основном, обсуждаются проблемы безопасности эксплуатации блоков с реакторами ВВЭР. Но затрагиваются и другие темы.
Например, в первый день конференции был доклад, в котором рассказывалось о наработках для новых поколений реакторов ВВЭР. Было очень полезно про это послушать.
Технология ВВЭР занимает своё место в мире не только благодаря прошлым достижениям. Мы видим, что к таким реакторам есть большой интерес в различных странах. Уверен, что технология ВВЭР привлечёт много молодых специалистов.
И к приходу молодых надо готовиться. На конференции в Подольске эту тему можно было обсуждать как во время выступлений, так и в кулуарах.

Владимир Поплавский: группа TWG-FR имеет давнюю историю
Это очередное, 48-ое по счёту, совещание технической рабочей группы МАГАТЭ по быстрым реакторам.
Чтобы лучше представлять, что это такое, примите во внимание - совещание рабочей группы проводится, как правило, раз в год. У нынешнего совещания порядковый номер 48. Можете теперь сделать вывод, какую давнюю историю имеет группа.
Теперь моё мнение. Это очень полезная группа, одна из наиболее полезных, созданных в МАГАТЭ. Её задача - рассмотрение инновационных технологий быстрых реакторов в рамках международного сотрудничества.
В Обнинск для участия в совещании приехало 22 делегата из 17 стран. Мы продолжим нашу практику по обмену информацией о состоянии атомной энергетики и работ по быстрому направлению в различных странах.
Почему совещание проходит в этом году в нашем городе?
МАГАТЭ обратилось к России с предложением организовать проведение совещания. Запрос поступил в Росатом...

Людмил Неделчев: МНТК даёт возможность для встреч специалистов
Считаю хорошей традицией проводить столь масштабную конференцию. На неё приехали специалисты из многих стран, которые эксплуатируют атомные станции с реакторами ВВЭР-1000 и ВВЭР-440.
Конференция даёт возможность для встреч специалистов. Они могут общаться друг с другом, делиться своими проблемами и эксплуатационным опытом. Несомненно, это очень полезно для всех нас.
С каким докладом Вы будете выступать на конференции?
Тема моего доклада - определение температуры холодной хрупкости металла корпуса реактора типа ВВЭР-1000.
Я занимаюсь этой проблемой на своей станции. Это очень важный критерий, который даёт возможность для обоснования продления срока эксплуатации корпусов и реакторной установки в целом.
Как я сказал, это важная задача, но её не так легко решать. Работы проводятся совместно с научными и конструкторскими организациями.

Сергей Сорокин: МНТК много значит для мирового сообщества ВВЭР
Конечно, я вижу перспективу у конференции, её необходимость, её значимость для мирового сообщества ВВЭР.
Конференция ориентирована, в первую очередь, на специалистов, работающих в области атомной энергетики. Учитывая, что продвижение технологии ВВЭР за рубеж входит в число стратегических целей ГК Росатом, мы уделяем на конференции большое внимание нашим экспортным проектам.
Мы родоначальники технологии ВВЭР и её единственные держатели на сегодняшний день. Естественно, что именно у нас аккумулируется большая часть информации по таким реакторам, и выбор нашего предприятия в качестве места проведения МНТК Обеспечение безопасности АЭС с ВВЭР очевиден...
В докладе, который сделал Владимир Александрович Пиминов, было ясно сказано, что у водо-водяных реакторов есть хорошие перспективы.

Юрий Казанский: физпуск как праздник
Мерить натриевый коэффициент реактивности на БН-600 нам не разрешили. Зато уж на БН-350 с ним была целая эпопея!
На БН-350 были сделаны специальные тепловыделяющие сборки, один к одному, но натрий через них не проходил. Таких сборок было три. Вывели реактор на мощность - низкую, мощность источника.
Самое главное было так остановить реактор, чтобы ничего не трогать. Сам эффект очень маленький, мизерный, на фоне прочих эффектов его не увидишь. Решили сделать с одним стержнем, от одного положения до другого. А потом взяли те же самые ТВС, разварили окна и опустили в реактор. Они сразу же заполнились натрием. Получили в итоге два варианта, с натрием и без натрия, в этих трёх сборках.
Уникальный эксперимент был! Но на БН-600 нам сказали - хватит, поигрались! К сожалению, на БН-350 у нас получилась слишком большая погрешность.

Вадим Беркович: третий ростовский и далее
Замечательно обстоят, просто замечательно! Китайцы мало говорят, но много делают. На китайских блоках графики сдвигаются только влево - правда, есть у них и блоки с AP-1000, где ситуация иная.
Реакторная установка на блоках №№3-4 АЭС Тяньвань такая же, как на первых двух, 428-ой проект. Были сделаны определённые модернизации. Не могу точно сейчас сказать, но если не ошибаюсь, сделано в общей сложности 22 модернизации.
Если говорить об энергоблоке в целом, то на второй очереди китайская доля работ значительно больше по сравнению с первой очередью. Машзал за ними, электросети за ними, ввод в эксплуатацию они проведут сами.
На стройке всё идёт по плану и даже лучше плана. Раз в квартал я приезжаю на площадку для участия в координационных совещаниях и вижу те инновации, которые китайские партнёры успешно внедряют...
Контакты с китайскими коллегами у нас хорошие, рабочие. Появляются технические проблемы - мы их решаем совместно.

Владимир Поплавский: знание - сила!
Как отмечалось выше, в Физико-энергетическом институте за долгие годы комплексных исследований в области различных реакторных технологий сформировалась довольно обширная собственная база знаний по свойствам реакторных материалов.
Тем не менее, при создании справочника авторы широко использовали наработки по банкам данных отечественных и зарубежных лабораторий и институтов.
Так, например, были использованы обширные данные США, в частности ANL, таких российских институтов как ИВТ, ИБРАЭ, НИИАР, НИКИЭТ и др.
Под эгидой МАГАТЭ усилиями специалистов России, США, Германии, Чехии, Китая, Индии в последние годы собран обширный банк данных по урану, диоксиду урана, цирконию и его сплавом с ниобием, диоксиду циркония, тяжёлой и легкой воде, газам и их смесям и т.д.
Все вышеперечисленное, как и многое другое, упомянутое в библиографии справочника, и послужило основой при подготовке издания.

Олег Кочнов: останавливаться на достигнутом не собираемся
Материалы материалами, но, как обычно, не учитывалась конкретика. В нашем регионе повышенная жёсткость воды. Для нас это один из ключевых негативных показателей, выводящих из строя градирню и оборудование второго контура.
По исходному проекту не было предусмотрено никакой системы водоподготовки. В результате каждый год нам приходилось механически чистить и убирать соли жёсткости, отложившиеся на внутренних поверхностях всего второго контура. Естественно, труднее всего в таких условиях приходится градирне, где наибольший по контуру перепад температур и, следовательно, наибольшее выпадение осадков.
Придя на работу в филиал, я был поражён при виде настоящих сталактитов на градирне размером в десятки сантиметров. Полное впечатление, что видишь перед собой пещеру. Беда в том, что эти красивые сталактиты забивают форсунки, ухудшается теплосъём и, соответственно, падает качество работы реактора.

Георгий Тошинский: новая линия реакторов должна приходить надолго
Китайцы длительное время не обращали на ТЖМТ-направление никакого внимания. Их выбором был натрий. Причины понятны - натрий в быстром реакторе позволяет получить короткое время удвоения плутония.
У Китая агрессивная программа развития атомной энергетики, опираться исключительно на тепловые реакторы она не сможет, так как потребуется слишком много природного урана, и для Китая логично внедрять большой сектор быстрых реакторов с натрием, способных интенсивно нарабатывать избыточный плутоний и снабжать топливом тепловые реакторы типа PWR. Думаю, что эту линию они и будут продолжать.
Но это всё базовая электрическая нагрузка. В Китае огромная численность населения, много средних и малых городов, отапливаемых угольными станциями, которые выбрасывают в атмосферу разнообразные вредные вещества.
Я думаю, что китайцы будут запускать другую, параллельную линию атомной энергетики.

Денис Флори: сблизить safety и security
Абсолютно верно. Самый активный человек - специальный координатор Густаво Карузо, и он работает как раз в нашем департаменте.
Этот отчёт мы готовили с помощью 180 экспертов из более чем 40 стран. Каждый из них писал ту или иную конкретную часть документа.
По структуре отчёта. Всего в нём пять больших глав. Перечислю некоторые из них. Первая глава - описание случившегося. Вторая - анализ аварии с точки зрения наших стандартов. В четвёртой главе будут рассматриваться аспекты радиационной безопасности, пятая посвящена событиям после аварии.
Объём каждой главы - примерно 200 страниц. Таким образом, общий объём документа составит порядка 1000 страниц. Я бы сказал, получится весьма солидный труд.
Отчёт пишется на английском языке. Причём исходно это много различных вариантов английского языка, потому что тексты готовит множество людей. Из этих текстов нужно сделать единообразный солидный документ.

Валерий Коробейников: топливные циклы - это важно
У нашей лаборатории две составляющие - внутрироссийская и международная, а именно, взаимодействие в рамках проекта ИНПРО.
От России мы являемся основным поставщиком информации для экспертов, которые заняты в ИНПРО. Также мы участвуем и в постановке задач. Например, какими могут быть сценарии развития мировой атомной энергетики?
В первом приближении все страны можно разделить на три группы - те, кто хочет, но не умеет; те, кто только начал и ещё в раздумьях; те, кто умеет. Встаёт задача - каким образом организовать мировую атомную энергетику, чтобы наилучшим способом учесть интересы всех трёх групп и не допустить при этом повышения риска распространения ядерного оружия?
Одно из предлагаемых решений проблемы - создание международных топливных центров, во главе которых стоят государства, обладающие ядерным оружием и предоставляющие услуги в сфере ЯТЦ для остальных стран.

Ветераны отрасли для будущего
Хороший вопрос - кого следует понимать под ветеранами? Сейчас мы переносим центр тяжести не на ветеранов нашего возраста, а на тех людей, кто только готовится к выходу на пенсию. У них ещё полно пороха в пороховницах, они поработали при рыночных отношениях, и мы стараемся их привлекать в наше движение.
Все ли ветераны охотно готовы делиться своими знаниями с молодёжью? Могу ответить. С того момента, как мы начали создавать наш союз, мы не сталкивались с массовым неприятием со стороны ветеранов. Не было боязни передавать знания. Наоборот, была поддержка наших идей и стремление объединиться.
Конечно, бывает всякое. В отдельных случаях мы слышали - не надо меня трогать, не собираюсь передавать знания, потому что меня потом уволят за ненадобностью. Но когда начинаешь общаться с человеком, объясняешь ему наши цели и задачи, негативизм уходит, и люди становятся нашими соратниками.

Игорь Жемков: на БОР-60 работы хватает
По традиции от НИИАРа мы выступаем с докладами по расчётно- экспериментальным исследованиям.
У нас в реакторе БОР-60 используется много типов облучательных устройств, в которых облучаются десятки, а то и сотни образцов. Устройства сложные, и универсального варианта устройства нет.
Мы предложили новое облучательное устройство с твэльным подогревом и получили на него патент. Результаты расчётно-экспериментального исследования по новому устройству мы расскажем коллегам в ходе семинара.
Добавлю, что патент уже внедрён. Три устройства данного типа уже стоят в БОР-60 и планируется, что исследуемые образцы в них будут облучаться до конца срока службы реактора.
Как сейчас обстоят дела на БОР-60?
Работы хватает. С одной стороны, наш реактор производит электроэнергию и тепло, и его нужно сопровождать - перегрузки, кампании, безопасность...

Михаил Зизин: приезжаю за неожиданным
О возможности расширить BN600_IAEA я говорил здесь, в Обнинске, на Нейтронике-2010...
С тех пор появился тест по БН-1200. В нём ионизационные камеры расположены на краю активной зоны и на самом верху активной зоны. Я использовал этот подход для бенчмарка по БН-600 и посчитал разные ситуации - например, классический вариант из регулирующих документов, когда происходит срабатывание аварийной защиты с застреванием одного из наиболее эффективных стержней.
Кроме того, в своём докладе расскажу коллегам некоторые интересные, на мой взгляд, математические результаты.
Например, известную формулу для расчёта реактивности в пространственно-временной задаче, в которой используются функционал для ценностей и потоки, можно получить иным способом, через концентрации предшественников запаздывающих нейтронов, которые всё равно участвуют в расчёте. В этом случае формула становится проще.

Сергей Лескин: конференция - место встреч профессионалов
Мы как кафедра - участники конференций Теплофизика с многолетним стажем. Представляем, как правило, более пяти докладов.
Многие из научных тем кафедры выполняются в тесном сотрудничестве с ГНЦ РФ - ФЭИ. Здесь организована совместная учебно-научная лаборатория, где студенты выполняют учебно-исследовательскую работу, выпускные квалификационные работы под руководством ведущих специалистов ФЭИ.
Результаты этих работ нередко включаются в доклады для Теплофизики, представляются на различные конкурсы, например, на конкурс ОАО Концерн Росэнергоатом, где неизменно наши студенты занимают призовые места.
Кроме того, конференция - место встреч интересных людей, профессионалов. Это особенно важно для молодёжи, студентов, поскольку даёт им возможность непосредственного общения с ведущими учёными - корифеями теплофизики. Такое общение трудно переоценить.

Юрий Орлов: я прожил счастливую жизнь
Глядя на сегодняшнее непростое положение науки в России, я прихожу к выводу о том, что прожил счастливую жизнь. Я мог работать в тот период, когда не приходилось думать - а сколько за это заплатят?
Нам государство ставило задачи, и мы их выполняли. Мы знали, что нам надо делать, мы знали, как мы будем это делать, и мы делали свою работу. И всегда у нас было удовлетворение от полученного результата.
У конференции Теплофизика тоже давняя история. Это крупное и известное мероприятие, на котором всегда можно встретить представителей различных организаций как из нашей отрасли, так и из-за её пределов. Вне зависимости от того, какой на дворе общественный строй - социализм, переходный период или капитализм - мы встречаемся друг с другом ежегодно.
Я всегда с удовольствием участвую в работе нашей конференции. Горжусь тем, что она есть, что она сохранилась.

Рудольф Баклушин: технология энергоблоков АЭС с натриевым теплоносителем
Почему я взялся за написание этой книги? Причина, пожалуй, в том, что я остался, наверное, одним из последних могикан, которые с самого начала работали в области натриевой технологии быстрых реакторных установок.
После института я сразу пришёл на реактор БР-5, работал на этом первом в стране быстром натриевом реакторе в период его монтажа, освоения и эксплуатации.
Затем участвовал в разработке всех отечественных АЭС с быстрыми натриевыми реакторами - БН-350, БН-600, БОР и других, занимаясь в комплексе натриевыми системами и их технологией (схемы, состав, режимы, безопасность и т.д.). Многие мои предложения органично вошли в проекты этих АЭС.
Позднее сосредоточился на подготовке ввода в эксплуатацию первой реакторной установки промышленного масштаба - БН-350. В этот период были разработаны многие вопросы, связанные с вводом блока в эксплуатацию, а также программа ввода.

Валентин Романов: процесс живого общения ничем не заменить
Экспериментальная база по ускорителям, имеющаяся в ФЭИ, обслуживает атомную отрасль с самых первых лет её существования. Первый ускоритель ЭГ-1 был поставлен в наш институт для проведения работ по обеспечению отрасли ядерными данными. Это электростатический ускоритель, и цифра 1 в его названии означает, что он был первым изготовлен в СССР промышленным образом.
Когда ЭГ-1 был только поставлен, ещё не было налажено производство ионных источников, зарядных систем, ускоряющих трубок и других компонентов. Нам пришлось в институте восполнить этот пробел.
В итоге, в настоящее время мы имеем отработанную технологию по изготовлению ускоряющих трубок, ионных источников и зарядных систем, причём делаем их на хорошем уровне и не только для своих нужд.
Что важно, все названные составляющие защищены патентами. Приведу пример - в этом году я получил патент на зарядную систему.

Сергей Иванов: ускоритель - это системный интегратор
Конечно, это очень интересная тема. Первыми обращаются к ней, чаще всего, реакторщики, которые хорошо понимают все выгоды такого режима работы с точки зрения безопасности и возможности использования альтернативных топливных циклов.
Действительно, в этом случае мы имеем подкритический реактор и исключаем саму возможность аварии разгонного типа. При необходимости можно просто выключить внешнюю подпитку драйверным пучком от протонного ускорителя, и цепная реакция деления останавливается.
Но вы должны понимать, что этой идее нужно пройти долгий путь до внедрения. Вопросов множество – от нейтронно-физических констант для таких энергий до стендовой проверки ключевых технологических систем и технологий. Причём это должна быть экспериментальная работа в реальном секторе физики, то есть, с релятивистскими пучками заряженных частиц.

Алессандро Алемберти: БРЕСТ - это прорыв
На какой стадии сегодня находится проект ALFRED?
На стадии НИОКР. Мы нуждаемся в технологических решениях, которые будут более надёжными. Сегодня мы думаем, скорее, не о строительстве реактора, а о разработке технологий, которые позволят нам в будущем такой реактор построить.
Мы помним, что Румыния проявляла интерес к строительству свинцового реактора.
Да. Мы, со своей стороны, предпринимаем усилия по сотрудничеству с Румынией по разработке технологий свинцовых реакторов в рамках европейского сообщества. Мы сотрудничаем, в частности, с институтом в Питешти.
Вы можете сравнить ALFRED с российским БРЕСТ?
Реактор БРЕСТ представляет собой настоящий технологический прорыв, в особенности, его бетонный корпус. Это передовой реакторный проект.

Владимир Асмолов: сегодня нельзя быть излишне вежливыми
Есть аспекты, к которым требуется дополнительное внимание. Например, вопросы взаимодействия заказчика и инжиниринговой компании, строящей блок.
Возникает конфликт интересов - компания хотела бы построить как можно дешевле и выручить за это как можно больше, а заказчик должен отследить, чтобы всё, заложенное в базовый проект, было сделано так, как надо.
Очень важна такая часть работы, как заказ оборудования, его приёмка, проверка на соответствие требованиям проекта.
Я часто вспоминаю слова Нила Армстронга, первого человека, ступившего на Луну, сказанные в сенате США. Представьте, что вы находитесь в капсуле на высоте 500 километров над землёй, состоящей из 200 тысяч деталей. И каждая из этих деталей куплена на тендере по наименьшей цене.

Александр Тузов: установленный срок сооружения МБИР никто не отменял
По состоянию на начало осени 2014 года, мы прошли одну очень важную веху - получили лицензию на размещение многоцелевого исследовательского реактора на быстрых нейтронах МБИР. Это произошло в конце июля, выдана лицензия Ростехнадзором.
Сам процесс лицензирования был достаточно долгим, у нас на это ушёл целый год. По пути получали заключение экологической экспертизы на материалы, готовили соответствующее обоснование в Ростехнадзоре, довольно много времени заняла сама процедура экспертизы.
Нельзя сказать, что были какие-то необычайные сложности, такого не было, но в целом процесс несколько затянулся.
Лицензия на размещение даёт возможность начать работы подготовительного периода. То есть, мы можем готовить площадку, сооружать систему физической защиты, готовить на площадке соответствующую инфраструктуру.

Юрий Драгунов: нам помогла инженерная интуиция
Не совсем так. В документах, в том числе, договорах, записано - 70% мощности в течение не менее трёх лет.
Вопрос состоит в том, сколько всего ячеек понадобится обработать. На первом этапе их число было ограниченным. Мы предполагали, что в ППР- 2014, возможно, придётся обработать порядка полусотни ячеек.
Однако результаты выполненного контроля показали, что в этом году дополнительный ремонт делать не надо. 17 августа, после получения решения Ростехнадзора, энергоблок включён в сеть.
Ещё раз подчеркну - самое главное, что найден способ, метод. Показано, что это можно сделать и что это даёт эффект. Дальше вопрос будет только в количестве обрабатываемых колонн и времени на эту операцию.
Кстати о времени. На сам процесс разрезки колонны его уходит немного. Время тратится на подготовку и измерения.

Юрий Стужнев: начальник Первой
А как же? Загрузили, поработали, а потом выгрузили. Всё очень просто - ставишь на реактор контейнер, а потом втягиваешь в него тепловыделяющие сборки. Контейнер завозили в центральный зал Первой АЭС и разгружали. Проблем не было, всё было отработано.
Инженером управления на ТЭС-3 я проработал недолго. Могу случай такой вспомнить. Когда на станцию приезжал Юрий Гагарин, то его водили по АЭС, а потом решили показать эту установку. Я как раз дежурил. Он пришёл и восхитился - вот это похоже на космический корабль! Почему? А потому что тесновато у нас было.
Время шло. От нас уехал Ушаков, его забрали во ВНИИАЭС. Остался за главного Коночкин Владимир Герасимович.
Когда я стал главным инженером, а затем начальником здания, я очень много взял от стиля руководства Ушакова. А у Коночкина был другой стиль. Он интеллигент, он делал дело как положено, но не так нахраписто, как Ушаков.

Иван Васильченко: ТВС-2М и далее
Для этих целей устанавливается в 2014 году партия топливных сборок в объёме полной подпитки с перемешивающими решётками. Перемешивающие решётки - новое качество, которое появится в ТВС- 2М.
Известно, что перемешивающие решётки вносят гидродинамическую нестабильность. На то они и перемешивающие. Уверены, что эта гидродинамическая нестабильность не вызовет фреттинг-износ оболочек, но позволит получить те же запасы до кризиса, которые мы имеем до повышения мощности.
К моменту испытаний на 107-110% необходимо иметь полную зону с такими решётками и за счёт этого обеспечить указанные запасы до кризиса.
Следует отметить, что в проектах АЭС-2006 и ВВЭР-ТОИ перемешивающие решётки не требуются. У этих проектов достаточный запас до кризиса. Там более высокий топливный столб, больше расходы теплоносителя и можно обойтись без перемешивающих решёток.

Михаил Быков: аналогии искать бессмысленно
Мы, ОКБ Гидропресс, не производим ГЦНы. Мы их заказываем, и они делаются по нашим заказам. Но могу вам сказать, что каких-либо серьёзных проблем с главными циркуляционными насосами на болгарских блоках-тысячниках нет.
Тем более, что ГЦН - это такое оборудование, у которого в случае необходимости, можно, например, поменять рабочее колесо, и он снова будет в строю. У него поменять можно всё. Разве что, улитка (гидравлический корпус) не подлежит замене.
Хорошо. Тогда что, по Вашему мнению, будет для наших блоков критическими узлами? То, что поменять невозможно или что меняется с огромными затратами?
Корпус реактора. Парогенератор. Улитка ГЦН. Трубопроводы первого контура. Компенсатор давления. Пожалуй, я всё перечислил. Большое спасибо! И теперь по Белене. Известно, что продолжается арбитраж. Вопрос такой...

Валерий Дроздов: мы дети победителей
В первую очередь, вспоминаются выдающиеся достижения советских времён.
В условиях послевоенной разрухи в ответ на вызов США в стране в кратчайшие сроки был создан ядерный щит.
Далее, в 1954 году была построена и заработала первая в мире атомная электростанция. В 1957 году мы первыми успешно испытали межконтинентальную ракету и запустили в космос первый в мире искусственный спутник Земли.
В 1959 году был сдан в эксплуатацию первый атомный ледокол. В 1961 году в космос слетал первый в мире космонавт Ю.А.Гагарин и была создана самая мощная на тот момент термоядерная бомба (царь-бомба) Кузькина мать. Наконец, в 1965 году советский космонавт А.А.Леонов первым в мире вышел в открытый космос.
Могу признаться - меня распирает чувство гордости за свою Родину и за советский народ.

Александр Бычков: о делах департамента
По секциям. В ИНПРО на сегодняшний день 40 стран-участниц, и ожидается дальнейшее пополнение их рядов. Можно сказать, что к ИНПРО присоединились все базовые страны, развивающие или планирующие развивать атомную энергетику.
По секции инфраструктуры. Мы все хорошо понимаем, что поддержка стран-новичков важна не только в контексте продвижения атомных технологий на рынке, но и с точки зрения всеобъемлющего режима ядерной безопасности.
Наша прямая обязанность оказать помощь новичкам при выстраивании государственной системы, которая обеспечивала бы безопасность эксплуатации их атомных станций. Поэтому необходимо опыт государств, прошедших долгий путь в развитии отрасли, трансформировать в методические рекомендации для стран, только приступающих к освоению атомной энергии.

Виктор Опекунов: саморегулируемые организации для атомной отрасли
К сожалению, мы сегодня с трудом заполняем аудитории этих центров рабочими, потому что период безвременья отучил всех нас даже от базовых принципов организации деятельности предприятий.
Руководители компаний с трудом начинают понимать, что квалификация специалистов - это главная ценность и залог успеха их бизнеса. Строители, к сожалению, отвыкли от этого, забыли, что нельзя работать на серьёзных стройках с неквалифицированным персоналом.
Я очень надеюсь, что нам удастся переломить ситуацию и добиться понимания в этом вопросе, прежде всего, со стороны руководителей изыскательских, проектных и строительных организаций.
Насколько мы знаем, в отраслевых СРО большое внимание уделяется разработке стандартов. Что это такое и как они соотносятся с другими нормативными документами?

Лев Кочетков: первые белоярские
Между тем, пароперегревательного канала всё не было и не было. Время шло, назначенные сроки пропущены.
Что делать? В.А.Малых проверил разные варианты. Начинали с варианта Первой в мире: топливо - уран-молибденовый сплав, который заливался контактным материалом - магнием.
Был опробован уран-молибденовый сплав разного содержания по молибдену, 3%, 6% и 9%. Заливали его не только магнием, заливали и кальцием. Потом от уран-молибденового сплава перешли к монокарбиду урана, потом к нитриду, и тоже заливали кальцием.
Все эти варианты не смогли обеспечить нужную температуру перегретого пара. Тепловыделяющие элементы разгерметизировались, выходили из строя, мы проектные параметры получить не могли.
Было принято решение - пускать блок с использованием испарительных твэлов в пароперегревательных каналах при низкой температуре перегрева пара и продолжить разработку твэлов...

Игорь Жемков: о БОР-60 и БОР-60М
Были. Вообще, у БОР-60 история длинная. На самом деле, штатный срок эксплуатации у реактора заканчивался в 1989 году. Конечно, срок этот был явно заниженный. Дело в том, что когда строился БОР-60, предполагались большие перспективы развития реакторов на быстрых нейтронах и считалось, что через 20 лет ему на смену придёт новый исследовательский реактор, да и вообще большинство проблем будет решено.
Поэтому, конечно, к 1989 году никакие ресурсы не были выработаны. Тем не менее, с этого момента НИИАР постоянно занимается продлением срока эксплуатации РУ БОР-60.
В 90-ых годах - точнее, в начале 90-ых - у нас были начаты работы по реконструкции БОР-60. Был разработан эскизный проект реактора БОР- 60М. Его планировалось построить на базе БОР-60, фактически в том же здании. Реактор был бы примерно такой же, но с несколько улучшенными параметрами и расширенными экспериментальными возможностями.

Борислав Станимиров: точные сроки назвать трудно
Мы говорим о лицензировании. Как уже сказал, на данный момент мы не получили никаких документов, касающихся AP-1000. Стартовал процесс выбора площадки для строительства нового блока на Козлодуе, и на этот процесс выдано разрешение.
По отношению к срокам лицензирования, как я уже сказал, процедура лицензирования строго определена в нормативных документах - как по времени, так и по стадиям. Нельзя ни перескакивать через стадии, ни сокращать сроки.
Всё зависит от качества предоставляемой документации и от того, что мы установим по отношению к соответствию нормативным требованиям.
Не могу определять сейчас каких-либо временных рамок (для рассмотрения AP-1000). Единственно, могу напомнить о проекте Белене, который можно взять за некий ориентир по времени.
Для проекта АЭС Белене выполнялись стресс-тесты. Есть ли у вас намерения сделать нечто подобное для AP-1000?

Борислав Станимиров: о лицензиях на 20 лет не думаем
Не стал бы называть ПСЭ модернизацией. Модернизация блоков завершилась в 2007 году по итогам комплексной программы повышения безопасности. Процесс продления связан, главным образом, с заменой оборудования, чей ресурс подошёл к концу. Это большая работа, которую трудно выполнить за один ППР. По этой причине на неё и отводится два года.
Вы знаете, что в 2017 году у пятого блока истечёт срок действия лицензии на эксплуатацию, и это совпадёт по времени с истечением проектного срока службы. Следующая лицензия может быть выдана на срок не более 10 лет.
Здесь я хотел бы упомянуть о необходимости проведения периодической оценки безопасности ещё до обновления лицензии. Такая оценка должна устанавливать соответствие блоков новым требованиям по безопасности и завершаться подготовкой программы мероприятий для реализации в ходе следующего лицензионного периода.

Валентин Смирнов: кругозор молодых учёных - будущее научно-технической культуры атомной отрасли
У нас в Росатоме возникла потребность в подготовке молодых специалистов, проработавших в отрасли несколько лет и активно проявивших себя, как людей с широким диапазоном знаний. Иными словами, перед нами стоит задача, как из нашей молодёжи сформировать тот пласт специалистов, которым в будущем суждено определять научно- техническую культуру атомной отрасли.
Именно поэтому, прежде всего необходимо способствовать расширению диапазона профессиональных знаний молодых учёных. Так в научном блоке госкорпорации Росатом и родилась идея Высшей школы физики.
Организационно учёба в нашей школе выглядит следующим образом. Слушателей не отрывают от их основной деятельности. Модули школы, продолжительность каждого из которых - до двух недель, представляют курсы лекций по различным областям науки. Наставники нашей школы - это учёные высшего уровня в России.

Бедржих Гержмански: заявления о том, что мы зависим от российского топлива - бессмыслица
Основного различия российского и американского предложений я не вижу. Они оба - реакторы третьего поколения. Скажем, довольно большие отличия были бы с французским проектом реактора с водой под давлением от группы AREVA, но его пока не рассматривают.
У обоих значительно меньшая мощность, она должна составить около 1000 МВт, и большая доля пассивных систем. Американский проект уже несколько старше и, возможно, при сравнении с российским может показаться уже устаревшим.
Надо отметить, что русские по-прежнему строят, собственно говоря, они никогда не переставали строить, и постоянно это пробуют в Китае. Так что проектировщики и конструкторы не теряют практики.
Сейчас в Китае строят и американцы, но у них был долгий перерыв с 1986 года по 2006 год, то есть ничего не строили 20 лет. Это почти что одно поколение людей, и это может стать проблемой.

Джерри Хопвуд: настоящее и будущее реакторов CANDU
Возможности использования в реакторах CANDU альтернативных видов топлива исследовались в корпорации AECL на протяжении многих лет. Сюда входит и концепция DUPIC для сухой переработки. Самое непосредственное применение - причём оно уже осуществляется на практике - это использование регенерата урана в Китае.
Наш проект AFCR может эффективно работать на регенерате урана из ОЯТ легководных реакторов. Это позволит странам без готового доступа к природному урану продолжать устойчивое и крупномасштабное развитие атомной энергетики, избегая при этом сложностей и связанных с ними затрат на рециклирование регенерата из легководников.
Использование регенерата в реакторах CANDU позволит повысить эффективность использования урановых ресурсов, а также обеспечит эксплуатирующим организациям выигрыш в топливной составляющей финансовых затрат.

Стефано Монти: МАГАТЭ и быстрые реакторы
Мы занимаемся, среди прочего, такой важной темой, как разработка критериев создания безопасных проектов (Safety Design Criteria) для реакторов с натриевым теплоносителем.
Возможно, вы знаете, что эта деятельность первоначально была инициирована именно форумом Generation IV. Но наше участие в этой работе велико, так как в конце концов полученные критерии должны стать частью обязательных требований по безопасности для быстрых реакторов. Поэтому между МАГАТЭ и GIF налажены тесные связи.
К сожалению, по тяжёлометаллическому направлению быстрых реакторов подобной работы пока не ведётся. Но если страны поставят такую задачу перед агентством, то мы будем в состоянии её решить.
Кстати, ещё одна очень важная функция МАГАТЭ - организация регулярных семинаров совместно с GIF по безопасности быстрых натриевых реакторов. Например, один такой семинар состоялся перед началом конференции FR- 13, а следующий пройдёт будущим летом.

Фабио ди Фонзо: итальянские покрытия
Да. Мы уже выпустили две работы по алюминиевым покрытиям для мартенситных сталей и доказали, что можем производить данное керамическое покрытие с такими же механическими свойствами, как и у мартенситных сталей, сохраняя при этом химическую стабильность и инертность алюминия.
Если объяснять упрощённо, то мы берём соединение алюминия и покрываем им сталь, но при этом обеспечиваем у покрытия такие же свойства, как и у стали. Мы избегаем расслаивания и добиваемся хорошего сцепления между керамикой и основным материалом оболочки.
Сразу два вопроса. Какова температура, при которой проводились Ваши исследования с поверхностно-модифицированным слоем с алюминием, и были ли эксперименты с облучением?
Касательно температуры. Мы работаем в диапазоне от комнатной температуры до 600°C. Всё зависит от того, какие свойства вы хотите получить на выходе.

Янко Янев: как игра при счёте 0:0
Атомная энергетика - долгоживущая отрасль, она живёт намного больше, чем некоторые политики, которые сегодня появляются, а завтра их уже нет на политическом горизонте. АЭС живёт 60 лет по проекту, плюс продление до 80 лет или более, в зависимости от того, как её эксплуатировали.
То есть, если бы вы построили АЭС во время Октябрьской революции, то она ещё могла бы жить. Представляете - давно не было бы тех, кто организовывал революцию, и тех, кто им противостоял, а станция ещё работала бы и производила электроэнергию!
Мы сейчас создали электрозависимое общество. У нас нет денег, наши банки сидят на электронных деньгах. Что случится, если вдруг пропадёт электроэнергия? Исчезнут деньги, остановятся больницы, транспорт, водоснабжение и так далее. Какой там Нью-Йорк, его просто не будет. Представьте себе сами, что останется от Москвы, если её отключить от сети.

Александр Бычков: о малых и исследовательских
Срок лицензирования АСММ должен быть небольшим. Если мы будем тратить три-пять лет на лицензирование и три года на стройку - это просто смешно.
Вторая проблема - малые реакторы должны быть оптимизированы с точки зрения экономики... Здесь есть определённые инженерные решения. Но особенно важно использовать преимущества модульности малых реакторов с контролем качества модулей непосредственно у изготовителя.
Есть ещё одна принципиальная проблема, которую, по мнению Бычкова, основные поставщики не до конца принимают во внимание. Многие малые реакторы будут требовать человеческих ресурсов, сравнимых с тысячником. Но это тупиковая линия! Поэтому необходимо оптимизировать АСММ с точки зрения их управления.
На практике это будет означать внедрение абсолютно новых подходов к управлению ядерными реакторами.

Георгий Тошинский: о русской стали, авариях и иностранном интересе
Да, именно так. Когда вытащили насос, на свободном уровне увидели, что колесо плавает. Его зацепили крючком и вытащили, не нужно было никаких особенных устройств.
Конечно, есть проекты, в которых от подсвинцового видения не уйти. Возьмите для примера ТЖМТ-реактор, управляемый ускорителем. Перегрузка топлива в нём осуществляется снизу, потому что в верхнюю часть реактора вводится пучок ускоренных частиц. Для такого аппарата подсвинцовое видение обязательно.
Оно реализовано на практике, и это серьёзное достижение, потому что необходимо было освоить внутривидение при высоких температурах в тяжёлой жидкометаллической среде.
Я наблюдал такие системы в Японии. Выполнены очень хорошо. Представьте - стоит металлический сосуд со свинцом-висмутом, никаких вибраций, ничего не видно. Но как только вы ударите кулаком по столу, то сразу на экране компьютера показывается, как внутри сосуда распространяются волны.

Иль Сун Хван: свинец-висмут из Южной Кореи
Интерес Южной Кореи, как и многих других стран, к тематике ТЖМТ объясним. После Фукусимы отрасль ищет новые виды теплоносителей, не обладающих опасными свойствами - например, в отличие от воды, не вступающими в химические реакции с образованием водорода. Свинец и свинец-висмут в этой связи привлекают большое внимание, отметил профессор в эксклюзивном комментарии для AtomInfo.Ru.
В докладе на обнинской конференции, подготовленном профессором Иль Сун Хваном и его коллегами по сеульскому национальному университету, были вкратце перечислены основные проблемы современной атомной энергетики - накопление ОЯТ и ВАО, три тяжёлых аварии и последующее падение доверия к отрасли со стороны общественности, экономическая конкуренция с газом и возобновляемыми источниками, а также дорогая стоимость строительства АЭС.
Пути решения всех проблем видны.

Михаил Хорошев: исследовательские реакторы для будущего
В каталоге мы представим подробную информацию обо всех имеющихся возможностях исследовательских реакторов именно для инновационных разработок.
Думаю, страны-участники проекта ИНПРО будут первыми пользователями каталога, потому что многие инновационные задачи для международного сотрудничества выдвигались и формировались в этом проекте.
А совместные разработки компонент инновационных ядерно- энергетических систем, если смотреть будущее развитие инициатив ИНПРО, логично начать на исследовательских реакторах большой мощности.
Каталог как раз систематизирует все возможности, которые предоставляют или будут предлагать в обозримом будущем исследовательские реакторы.
То есть, в каталоге мы, помимо общеизвестных сведений, будем давать детальную информацию по топливу, потокам, возможностям проведения экспериментов в равновесном, переходных и аварийных режимах.

Елена Миколайчук: нам есть, что обсудить
На рекомендациях, выдаваемых миссиями, также можно остановиться отдельно. Иногда эти рекомендации, при всей своей внешней правильности, элементарно выходят за пределы возможностей национального регулирующего органа. Например, когда миссия ставит вопрос о том, что страна должна ратифицировать ту или иную конвенцию, или предлагает увеличить ресурсы регулятора.
Но нужно понимать, что регулятор сам себе ресурсы добавить не может. А что до конвенций, так многие регулирующие органы просто не имеют права законодательной инициативы. То есть, это вопросы, которые следует переадресовывать к правительствам стран.
Как достучаться до правительств в подобных случаях? Была дискуссия на форуме, звучали разные предложения, вплоть до того, чтобы привлекать совет управляющих МАГАТЭ. Мне, правда, кажется, что это может дать и обратный эффект, но пока всё на уровне дискуссий. Посмотрим...

Ицань Ву: ADS-системы от китайской науки
В докладах на ТЖМТ-2013 китайские специалисты сообщили, что первый практический шаг в реализации проекта будет сделан ориентировочно в 2015 году, когда должна появиться работающая система в составе ускорителя и свинцово-висмутового реактора нулевой мощности CLEAR- 0.
Следующий шаг - создание так называемой исследовательской установки. В неё будут входить ускоритель на 50-250 МэВ и реактор CLEAR-I тепловой мощностью 10 МВт. Она должна появиться в этом десятилетии.
В следующем десятилетии на смену исследовательской установке придёт экспериментальная - ускоритель на 0,6-1 ГэВ и реактор CLEAR-II тепловой мощностью 100 МВт.
Наконец, в 30-ых годах, если всё пойдёт по плану, китайские специалисты рассчитывают выйти на уровень демонстрации технологий. В демонстрационную установку будут включены ускоритель на 1,5-2 ГэВ и реактор CLEAR-III мощностью 1000 МВт (тепловых).

Пётр Мартынов: технология жидкометаллических теплоносителей - важнейший элемент развития быстрых реакторов
Правильно вы сказали, так и есть. Причём они уже взаимодействуют между собой - китайцы пытаются заказывать работы итальянцам. Но, в конечном итоге, все обращаются к нам. Что и неудивительно, учитывая уровень развития этой технологии в России.
Мы поддерживаем этот уровень и рационально используем огромный запас знаний, накопленных в нашей стране за более чем 60-летний период освоения теплоносителей Pb-Bi, Pb.
Воодушевляет, что многие доклады заглядывают в завтрашний день. Рассматриваются возможности использования тяжёлометаллических технологий не только для атомной энергетики, но и для других применений. Например, для опреснения воды, для производства водорода, для переработки отходов и т.д.
Мы видим китайский доклад о концептуальной разработке Pb-Bi технологии для производства водорода...
Не только китайский. От российской стороны тоже будет доклад по неядерным применениям тяжёлых металлов.

Алессандро Алемберти: свинец по-романски
Проект ALFRED обладает меньшей мощностью - 100 МВт(эл.), или 300 МВт (тепловых). Он позиционируется как демонстрационный реактор. Проект интересен тем, что для него уже наметилась потенциальная площадка.
Могу подтвердить, что Румыния предлагает площадку для строительства реактора ALFRED, сообщил Алемберти корреспондентам AtomInfo.Ru.
Если свинцовый демонстратор появится в Румынии, то это случится не на Чернаводе, как можно было бы подумать, а на площадке института ядерных исследований в Питешти - на юге страны к западу от Бухареста.
Институт в Питешти был основан в 1971 году и дважды менял название. Его нынешнее наименование - Sucursala Cercetari Nucleare Pitesti, институт ядерных исследований. У института богатый опыт работ в отрасли. В 1979 году на его территории были пущены два исследовательских реактора TRIGA, выполненных по американскому проекту. Институт создавал топливо для АЭС Чернавода.

Денис Флори: кризис коммуникаций
Что до японских регуляторов, то у них свои сложности. Примерно две трети сотрудников NRA заняты тематикой повторных пусков энергоблоков, и только одна треть работает по Фукусиме. А ведь дел у них очень много!
Японцы знают, что международное сообщество готово им помочь, но у них не хватает ни времени, ни людей для того, чтобы воспринять эту помощь.
В стандартах МАГАТЭ чётко прописано, что регулятор должен иметь необходимые человеческие ресурсы. А пока, как нам кажется, у японского регулятора такой возможности нет.
МАГАТЭ и такие страны как США и Франция, которые очень важны для ядерной программы Японии, могли бы оказать Японии, в том числе, и помощь человеческими ресурсами.
Вы понимаете, государство должно решить эту проблему, само NRA не в состоянии это сделать. У него есть определённый бюджет, определённый численный состав, и всё. Япония после коммуникационного кризиса решила вложить много денег в TEPCO...

Паскаль Анзьё: JHR - грандиозное сооружение
Спасибо. Итак, Jules Horowitz (JHR) - это исследовательский реактор. Он не предназначен для производства электроэнергии. Его основная функция - способствовать проведению исследований нового топлива и материалов. Это так называемый материаловедческий реактор.
У нас во Франции уже есть похожий реактор OSIRIS. К сожалению, это достаточно старый аппарат, и в ближайшее время - где-то в течение четырёх лет - нам придётся его остановить.
Поэтому мы нуждаемся в новом реакторе, в связи с чем на стадии строительства у нас находится реактор JHR. Мы строим его на юге Франции, на площадке ядерного центра Кадараш. Мы рассчитываем на пуск JHR в 2019 году.
Это более-менее классический легководный реактор бассейнового типа с тепловым спектром нейтронов. В первом контуре мы имеем принудительное охлаждение водой. Есть второй контур с внешним тепллообменником.

Такуя Хаттори: мы имеем планы на будущее
Вы знаете, что в течение длительного периода времени мы испытывали трудности и не получали необходимого финансирования.
Кроме того, сейчас пришло понимание в необходимости кардинального реформирования организационной структуры Монджу. Новое видение связано с новым президентом JAEA доктором Мацура. Сейчас он как раз и занимается этим.
Мы пока что не определились с будущим реактора, но есть понимание необходимости увеличения участия государства, реформировании организационной структуры управления и контроля.
Помимо организационных проблем, у нас есть трудности технического плана. Одна из них состоит в том, что осенью прошлого года регулятор был серьёзно обеспокоен информацией о возможном активном разломе земной коры в том районе. Сейчас мы совместно с регулирующим органом работаем над этой проблемой.

Доктор Кваме Або: атомщики из Ганы
По поводу АЭС, могу сказать, что для нас подходящими стали бы такие схемы, как BOT или BOO - построй, эксплуатируй, передай или построй, эксплуатируй, владей. Повторю, что у нас уже были переговоры с Росатомом на подобные темы.
Какие мощности блоков вы рассматриваете для Ганы?
1000 МВт(эл.) и выше.
Это не слишком ли много для ваших электросетей?
Нет, потому что у нас есть западноафриканская энергосистема, а там такие потребители как Бенин или Нигерия.
А всё-таки, малые или средние реакторы в последнее время входят в моду. Вы не собираетесь их строить у себя?
Да, малые и средние входят в моду. Но посмотрите, скажем, на требования регуляторов или на экономику таких аппаратов. Регуляторы будут выставлять к таким реакторам требования как к большим. Вы будете вынуждены построить на одной площадке, скажем, три малых реактора...

Университетский тренажёр из Ирана
Я бы ответил так. Большинство тренажёров в мире ориентированы на существующие реакторные проекты. Мы, напротив, намеренно отказались от этого. Мы взяли типичный реактор и считаем, что это полезно для поставленной задачи.
Наш тренажёр университетский, он предназначен для практики студентов. Я сравнил бы с оборудованием студенческих физических лабораторий - например, с оборудованием, на котором студенты измеряют массу электрона. Они не делают на нём открытий, они учатся по специальности.
Так и наш тренажёр - он нужен и полезен для обучения. Студенты смогут понять на нём, например, такие вещи, как следует выводить реактор на критику. И мы говорим, что предлагаем студентам простой тренажёр, потому что им на стадии обучения достаточно понимать лишь основные концепции. А особенностям конкретных аппаратов их будут учить уже на рабочих местах после окончания университета.

Людвиг Литвинский: украинцев везде хватало
Но, с другой стороны, чего скрывать, украинцы уже давно под флагом россиян работают по нашим проектам. То есть, у вас реально большой контингент, имеющий опыт пуска. Тот же Бушер к примеру.
И Бушер, и Китай, и Куданкулам - украинцев везде хватало. Но речь идёт не только о строительных и пуско-наладочных работах. Речь идёт и о проектировании, и о научном сопровождении, то есть, о всём том комплексе, который у нас и так не очень активно, скажем так, цвёл. А теперь есть угроза того, что он будет просто-напросто потерян.
Восстановить его возможно, но его не будет смысла восстанавливать. На то, чтобы создать инфраструктуру, нужны большие деньги, и если она уже потеряна, то нужно много времени. Проще купить готовую станцию. То есть, пойти по пути Турции, которая заказывает России АЭС под ключ.
На мой взгляд, для Украины это не самый лучший путь.

Александр Самохвалов: корпус ростовский третий
На словах всё элементарно, но в реальности это многочасовая кропотливая работа, ответственность которой невозможно переоценить. Допуск на горизонтальность главного разъёма корпуса реактора - 0,1 мм на диаметре 4000 мм.
И вот только после проверки всех регламентированных параметров и раскрепления корпуса в опорном кольце можно сказать, что корпус реактора установлен в проектное положение. Больше его двигать с места не будут.
На следующем этапе устанавливаются накладки и клинья фиксаторов. Это так называемые антисейсмические крепления, удерживающие реактор от вертикальных перемещений при землетрясениях.
Далее производится монтаж упорного кольца. Это кольцо разрешает тепловые расширения, но в то же время не даёт корпусу реактора отклоняться от вертикали.
Монтаж упорного кольца - работа сложная, так как всё набирается из не очень крупных деталей.

Нулевой отказ для российского топлива
Работа по соглашению о нулевом отказе не предусматривает создания новых модификаций российских кассет, хотя внесение отдельных модификаций в конструкцию не исключается.
Мы не собираемся создавать новую кассету... У нас рабочие группы изучают все случаи отказов ядерного топлива, вырабатывают рекомендации, направленные на их устранение. Вполне возможно, что в качестве (такой) рекомендации будет предложение внести какие-либо изменения в конструкцию кассет, которые позволят противостоять отказам ядерного топлива, пояснил Долгов.
Но, конечно, мы не предполагаем, что это будет что-то совершенно новое, добавил он.
Отвечая на вопрос о сроках, представитель ТК ТВЭЛ отметил, что конкретные сроки в подписанных меморандумах не обозначены - но мы предполагаем, что на рубеже трёх-пяти лет мы должны достичь ожидаемого результата.

Елена Миколайчук: судьба регулятора одинакова
Для меня это большой и серьёзный груз. Но раз взялась, то несу его все эти годы. Работается непросто. Чисто объективно, времена непростые. То экономический кризис, то Фукусима. Многое меняется буквально на глазах, и надо своевременно реагировать на изменения.
Судьба регулятора во всём мире одинакова. Регулятора не любит никто. Любым нашим решением всегда все будут недовольны. Одни требуют всё закрыть и остановить, другие утверждают, что мы только мешаем работать, что мы вредители, причём и те, и другие убеждены, что нашей вредоносной деятельностью давно пора заняться прокуратуре.
Что делать? Привыкли. Работаем в таких условиях. Утешает, что примерно так же во всём мире относятся ко всем нашим коллегам...
Споры о том, каким быть регулятору после Фукусимы, ведутся. Есть модное поветрие строить систему вокруг комиссии. Не исключаю, что Украина пойдёт этим же путём.

Ян Здебор: мы готовы к новым заказам
На самом деле, один корпус у нас есть. Это корпус реактора ВВЭР-440, который был предназначен для польской АЭС Жарновец. Он лежит перед реакторным цехом, и очень многие желают в нём сфотографироваться. Наверно, такая функция за ним сохранится навсегда.
Почему вы не использовали его для Моховце, третьего и четвёртого блоков?
Там уже были готовые корпуса, которые ждали своего часа - принятия правительством Словакии решения о достройке этих блоков.
Теоретически, вы не предполагаете найти в будущем потребителя на сохранившийся у вас корпус ВВЭР-440?
Боюсь, что эра ВВЭР-440 заканчивается, и блоки №№3-4 АЭС Моховце станут последними блоками с такими реакторами.
Тогда остаётся только сделать из вашего корпуса музей.
Кстати, это не шутка. Такие предложения и у нас уже делались.

Александр Бычков: результат оптимистичен
С удовлетворением вижу, что вся эта цепочка очень хорошо понимается и принимается сейчас на государственном уровне стран атомного клуба и стран-новичков.
Скажу больше. Есть один эффект, о котором мало говорят, но который носит принципиальный характер. Так называемый ядерный ренессанс развивался больше в коммерческом направлении. Продавцы (вендоры) предлагали и хотели строить новые блоки, генерирующие компании - покупать, и так далее. После Фукусимы рассмотрение вопросов атомной энергетики вернулось в русло государственной политики и стало её частью.
Это очень важный момент. Действительно, атомная энергетика относится к потенциально опасным и чувствительным сферам - облучённое топливо, нераспространение, и так далее. И она обязательно должна, так или иначе, стоять под контролем государств.

Александр Тузов: с первого раза делать хорошо
В двух словах попробую рассказать, как выглядит схема, которую мы предлагаем сейчас западным коллегам и которую мы постараемся реализовать.
Есть координационный комитет Центра, в функции которого входят определение, согласование и утверждение научной программы исследований на заданный цикл - например, на пять лет. Под выполнение этой программы исследований отводится часть довольно мощного исследовательского потенциала МБИР - ячейки для облучения материалов или наработки изотопов, экспериментальные каналы и петли и пр. Определённая их доля будет отводиться под нужды международного центра исследований.
Какая именно доля?
Это есть предмет торга, в хорошем смысле этого слова. Как договоримся.
Кроме того, на МБИРе будет экспериментальная часть, распоряжаться которой будем только мы.

Фёдор Григорьев: для быстрых реакторов отберём лучших
Да, это именно тот Алан Уолтер, и мы очень рады, что нам удалось привлечь его к работе Молодёжной школы.
Пользуясь случаем, с удовольствием сообщаю вам, что примерно через год в России выйдет второе издание книги Реакторы на быстрых нейтронах, работы по переводу и изданию книги будут профинансированы Госкорпорацией Росатом. После выхода из печати первый тираж в количестве 500 экземпляров будет передан в дар отраслевым вузам.
Расскажите, пожалуйста - как к идее о проведении Молодёжной школы Быстрые реакторы отнеслись представители отраслевых предприятий?
Хочу особо отметить, что на приглашение Блока по управлению инновациями принять участия в качестве лектора в работе школы любезно откликнулись авторитетные специалисты, занятые в области реакторов на быстрых нейтронах - сотрудники ФЭИ, ОКБМ Африкантов, ВНИИНМ, НИКИЭТ, Белоярской АЭС...
Характерный момент - лекции для школы получились живыми, не сухими. Выступающие не только рассказывают теорию и пишут формулы.

Виктор Мохов: подошло время ВВЭР-С
Действительно, идея родилась достаточно давно. В этом я лишний раз убедился, когда был на Александровских чтениях.
Сейчас мы смотрим конструктивно, каким образом это реализовать. Подошло именно то время, когда подобные конструкции будут востребованы и актуальны.
Конечно, задача сложная. Но мы исходим из следующего обстоятельства. Претерпят изменения активная зона и тепловыделяющая сборка, а также появятся вытеснители, которые с помощью приводов будут менять водно- урановое соотношение. Всё остальное, а именно, конструктив исполнения корпуса реактора, постараемся сохранить. В том числе, мы намерены сохранить ВКУ, они будут аналогичны предыдущим решениям.
Поэтому основная конструкторская задача для ВВЭР-С сосредоточена в активной зоне и органах управления. Повторю, что органы управления будут отвечать и за перемещение вытеснителей в активной зоне тоже.

Владимир Асмолов: хотел бы, чтобы был хотя бы один
Определить перспективные направления разработок. На сегодняшний день, конструктора постарались и предложили две очень интересные разработки реакторных установок - ВВЭР-600 и ВБЭР-600. Они получили суперприоритет с точки зрения интересности и инноваций...
Но, к сожалению, когда начинаешь смотреть экономику этих аппаратов... Естественно, у них меньшая мощность, а системы безопасности приблизительно должны быть той же стоимости (что и у реакторов большой мощности), то выигрывать здесь надо за счёт энергоблока.
Должны на новый уровень перейти наши АЭПы. Им предлагают модульные конструкции, возможности изготовления на заводе (модулей), что должно снизить стоимость. Возможности уменьшения геометрических характеристик - допустим, размещение двух реакторов на один бассейн выдержки.
Это были бы инновационные решения.

Юрий Ашурко: сотрудничество позволит оптимизировать расходы на НИОКР
Механизм взаимодействия следующий. Заинтересованные страны подписывают проектное соглашение и согласовывают планы НИОКР, которые собираются выполнять в рамках проектного соглашения. Например, в работе проектного соглашения по безопасности быстрого натриевого реактора участвуют шесть стран и одна международная организация - Франция, Япония, Южная Корея, Китай, США, Россия и Евросоюз.
Каждая из сторон соглашения представляет в совместное пользование результаты НИОКР, выполненных в соответствии с согласованными планами. Такой подход содействует снижению затрат на НИОКР, так как позволяет не проводить исследования по всему спектру существующих проблем, а по каким-то вопросам воспользоваться результатами коллег.
Мы планируем представить в качестве своего вклада результаты следующих работ.

Доктор Софу: интерес к быстрым натриевым реакторам растёт на глазах
Действительно так. Соединённые Штаты были одними из первых, кто начал на практике реализовывать быструю натриевую программу. Вспомните EBR-I, EBR-II, реактор Enrico Fermi. Мы собирались также строить большой по мощности бридер CRBR (Clinch River Breeder Reactor), но этот проект был прекращён.
Но в Соединённых Штатах остаются компании - такие как General Electric - кто по-прежнему хранит верность быстрому направлению. Да, это упомянутая вами концепция PRISM. Есть относительно новые инициативы - конечно, вы слышали о компании Terra Power, изучающей реакторы с бегущей волной. Есть и другие разработки.
Надо признать, что США, конечно, сегодня не среди лидеров по быстрой программе. Россия с её работающим БН-600 и новыми проектами - другое дело. Успешная эксплуатация БН-600, на мой взгляд, отличный пример того, что опыт и знания по быстрым реакторам концентрируются в наши дни в таких странах, как Россия.

Николай Кондратьев: задача институтов - разработка технологий
Программа по модернизации экспериментальной базы была сформирована очень большая. Конечно, нам пришлось исходить из тех возможностей, которые есть у госкорпорации.
Кстати, это немаленькие возможности. Вы видели цифры затрат в моём докладе? Cчитаю, что программы по 960-970 миллионов рублей в год - это очень серьёзные программы.
Безусловно, требовалось ранжирование. Оно происходило на тех основаниях, которые предоставили институты.
Давайте, я вам отвечу по-человечески. Если вы приходите к нам и говорите: Ребята, нам нужно поменять блочок на ускорителе или исследовательском реакторе в рамках операционной деятельности - то это не предмет рассмотрения по программе модернизации экспериментальной базы. Скорее всего, вы сможете это сделать в рамках обычной хозяйственной деятельности.
Вы спросили про ФЭИ. В 2011 и 2012 годах мы очень долго спорили с ними, что же можно отнести на ФЦП.

Рышард Пометько: обмен мнениями полезен всегда
В ГНЦ РФ - ФЭИ имеется уникальный стенд СВД-2 мощностью 10 МВт... Вот и получилось так, что ФЭИ остался обладателем уникальной экспериментальной установки.
Мы проводим на ней опыты по заказам российских и зарубежных фирм. Например, большие объёмы были выполнены для Южной Кореи, США и Аргентины. Для латиноамериканских коллег были проведены исследования по программе создания реактора малой мощности CAREM.
АСММ CAREM, под первый блок которой аргентинцы в сентябре прошлого года начали копать котлован?
Да, это тот самый CAREM. Можно привести достаточно интересное обстоятельство - оборудование, которое аргентинцы используют при изготовлении имитаторов твэлов, решёток и других изделий, российского происхождения. Оно было поставлено в Аргентину лет 40-50 назад, а то и больше.

Станислав Косарев: претензий от заказчиков нет
Есть смысл. Мы сейчас собираемся заняться обновлением фреонового стенда СТФ. Дело в том, что помимо обычной ВВЭР-овской тематики возникла задача сверхкритики.
В своё время на СТФ такие работы велись в пробном порядке. Но для серьёзных обстоятельных исследований стенд должен быть модернизирован.
На СВД-2 тоже будут определённые перемены. Они связаны с необходимостью проведения исследований влияния борной кислоты на теплосъём в аварийных ситуациях.
Суть этих экспериментов должна быть понятна - мы доходим до ситуации выкипания теплоносителя, бор выпадает в качестве осаждений, и от нас требуется дать ответ, как эти осаждения скажутся на теплосъёме. Причём концентрации борной кислоты должны меняться в большом диапазоне вплоть до стояночных. Если не ошибаюсь, то мы должны изучать концентрации вплоть до 16 г/л.

Сергей Волков: экспериментальные возможности ФЭИ используем активно
Наш семинар можно называть традиционным. Это ежегодный семинар, проходящий под эгидой ОАО ТВЭЛ с помощью и при гостеприимстве ФЭИ. Если мне не изменяет память, то в первый раз мы собирались в 2003 году - то есть, история семинара насчитывает уже десять лет.
По тематике семинара. Основное - это подведение итогов и обмен результатами по разработке и оптимизации интенсификаторов теплообмена.
Это задача повышения теплотехнической надёжности эксплуатации ТВС. Особенно она актуальна в современных условиях, когда явно просматривается тенденция увеличения тепловой мощности реакторной установки. А в новых проектах АЭС-2006 и ВВЭР-ТОИ мощность повышена изначально.
По ВВЭР-ТОИ могу сказать, что мы заложили в этот проект интенсификаторы теплообмена как опцию.

Паскаль Анзьё: FR13 - представительное мероприятие
А Вы не подсчитываали, сколько стран прислало свои делегации?
На мой взгляд, более 20 стран и 7 международных организаций. Мы даже не ожидали такого ппредставительства.
Могу сказать, что даже на постерных секциях, которые проходят в позднее время, каждый день присутствует много людей. Они общаются, задают интересующие их вопросы, организуют дискуссии. Это очень продуктивная работа, когда люди имеют возможность обсудить научные и технологические аспекты в области быстрых реакторных технологий.
На Ваш взгляд, какая сессия была наиболее интересной? Может быть, Вы можете выделить наиболее запоминающиеся доклады и интересные проблемы?
Я бы, наверное, выделил бы открытие, пленарную сессию, где различные страны рассказали о своих усилиях по развитию национальных и интернациональных программ в области быстрых реакторных технологий.

Ольга Кошарная: регуляторы и законы
Дело даже не в том, что сама по себе идея создания таких компаний, как НАЭК Энергоатом или российский Росэнергоатом, правильная - обеспечение единых технических решений и так далее.
Думаю, что украинских тепловиков тоже интересует атомная генерация - особенно та, которая близка к западной границе Украины. То есть, их интересует экспорт. И конечно, им нужны не первый и второй блоки Ровенской АЭС, а те, что поновее - четвёртый ровенский, второй хмельницкий, шестой запорожский.
Я не исключаю сценария, при котором тепловики или какие-либо олигархи придут в нашу отрасль со стороны, отберут себе новые блоки и займутся экспортом их генерации. А про остальные блоки скажут - это не наша проблема, хоть закрывайте!
На закрытие также потребуются деньги.
Да, и с этим дело тоже обстоит печально.

Владимир Асмолов о Фукусиме и не только
И для японцев, и для всех нас очень важно, чтобы японская сторона провела самооценку случившегося, и не только техническую самооценку, но и инфраструктурную.
Асмолов перечислил ряд причин, которые, по его мнению, негативно сказались на Фукусиме. В частности, это слабость и зависимость от профильного министерства регулирующего органа (NISA).
Исходные данные, закладывавшиеся в проекты фукусимских блоков, не пересматривались с момента проектирования, и в проекты не вносились изменения, соответствующие современным требованиям. Прошёл TMI-2, прошёл Чернобыль, а Япония жила где-то там у себя изолированно. Все страны тратили деньги на модернизацию и повышение безопасности своих блоков, а они (японцы) этим не занимались. И они пришли к тому, к чему пришли.
Второй принципиальный вопрос, обсуждавшийся на заседании группы INSAG - можно ли использовать вероятностные методы для оценки редких событий.

Янко Янев: от обид между партнёрами проку нет
Ещё раз повторюсь - в Болгарии есть специалисты, хорошо разбирающиеся в предмете. Но, к сожалению, их не спрашивают. Все вопросы в Софии решает политическая команда правительства, и от этого проистекают все беды.
Атомная энергетика для таких стран, как Болгария, не может служить предметом политического торга. Это вопрос общенациональный, и перед принятием важных решений нужно спрашивать всех причастных, а не только избранных.
Прямо скажу - то, что сейчас творится с атомными вопросами в Болгарии, это... как это называют по-русски? Дурдом. Но извините, я хотел бы покритиковать и Росатом. Там прекрасно понимают, что у нас творится дурдом. Так и надо было объяснять это, привлекать к этому внимание, причём систематически, пользуясь правами партнёра.
Мой прогноз простой. Белене - проект, который может строиться, должен строиться и, наверное, будет строиться.

Юрий Драгунов: заказчики есть всегда
Если обратиться к прошлому, то мы увидим, что ситуации, близкие к сегодняшнему положению на РБМК, были в истории атомной энергетики. Вспомним хотя бы радиационное охрупчивание корпусов реакторов ВВЭР- 440. Тогда мы были на грани остановки всех (!!!) энергоблоков. На уровне правительства вопрос обсуждался.
Тогда разобраться с ситуацией было поручено главному конструктору. Он в координации со всеми участниками работ подготовил мероприятия, которые были реализованы. Мне было поручено подготовить документ по плану мероприятий, я докладывал его странам Восточной Европы. План был реализован. После этого была отработана технология отжига, которая в итоге обеспечила не только проектный ресурс, но и позволила продлевать сроки эксплуатации блоков с ВВЭР-440.
Другая схожая по размаху проблема из нашей истории - парогенераторы ВВЭР-1000. Тоже ведь все блоки были на грани остановки. Но комплексно проблемой занималась организация - Главный конструктор.

Алексей Зайцев: в ФЭИ была сделана ставка на разработку отечественного продукта
Между китайскими и белорусскими специалистами, конечно, разница есть. В чём она заключается... Китайские специалисты являлись теми, кто уже имел образование именно в области атомной энергетики. Они работают в этой отрасли и непосредственно они должны использовать этот код для обоснования уже действующей, а на тот момент ещё строящейся АЭС.
Белорусских же специалистов, которым я читал лекции, в области атомной энергетики можно назвать в какой-то степени неофитами. То есть, это специалисты по физике, защите от облучений. У них очень высокий базовый уровень, но собственно с атомной энергетикой, в силу специфики своей работы, они не имели дела. Можно сказать, это их первое соприкосновение с большой атомной энергетикой, связанное с планируемым строительством Белорусской АЭС.
И вот они должны были посмотреть, что это такое и чем будет обосновываться проектируемая белорусская станция.

Валерий Дроздов: четвёртый
Однако за несколько месяцев до защиты диплома меня неожиданно вызвал к себе декан нашего факультета В.И.Есин с целью представить меня молча сидящему у него в кабине товарищу.
Им был представитель кадровой службы Всесоюзного НИИ приборостроения (ныне - Российский Федеральный Ядерный Центр - Всероссийский НИИ технической физики им. Академика Е.И.Забабахина, г. Снежинск, Челябинской области), подведомственного 5 ГУ МСМ, где я и оказался после защиты диплома.
Считаю, что мне очень повезло, так как меня приняли на работу младшим инженером-конструктором в компоновочный отдел конструкторского бюро по разработке ядерных зарядов, которым руководил будущий академик РАН Б.В.Литвинов.
В институте я дослужился до заместителя главного инженера. А затем в 1999 году я вновь вернулся к оружейной деятельности, но уже в составе 5 ГУ Росатома.

Владимир Сотсков: парогенераторы для ВВЭР и БН
В последнее время мы все интенсивно работаем по проекту реакторной установки ВВЭР ТОИ.
Если говорить о парогенераторах для этой установки, то на сегодняшний день мы имеем новый парогенератор, который отличается от парогенератора для АЭС-2006 и по длине, и по весу. Разработка парогенератора началась ещё при Николае Борисовиче Трунове.
Важное отличие этого ПГ заключается в том, что отвод пара из корпуса ПГ производится через один патрубок. Такое изменение конструкции требует выполнить работы по обоснованию сепарационной схемы парогенератора, для чего мы используем как инженерные методики, так и современные CFD-коды.
Согласно укрупнённому графику разработки и реализации энергоблоков №1 и №2 Нижегородской АЭС на базе проекта ВВЭР-ТОИ, сдача первого блока АЭС в промышленную эксплуатацию намечена на 2019 год. Кроме того, по этому же проекту планируется построить и АЭС Аккую в Турции.

Олег Кочнов: мы слов на ветер не бросаем
Перспективы реактора зависят от перспектив производства основной продукции. Основная продукция - это реакторная продукция, радиофармпрепараты.
Кроме молибдена и генераторов, у нас есть ещё целый ряд изделий - йодные препараты, самарий и так далее. Они используются для диагностики и терапии, и мы считаем их нашей нишей.
Мы в настоящий момент подготовили документы на инвестиционный проект Росатома. Надеемся, что он будет одобрен, и мы получим финансирование на перепрофилирование одного из наших зданий под выпуск нашей линейки радионуклидной продукции по требованиям GMP. Это мы сделаем к 2014 году.
Мы понимаем, что заказы есть на продукцию, осталось только закончить модернизацию инструмента, на котором она будет производиться, а именно, реактора.
Конечно, сам по себе единичный реактор не решит проблему, поэтому нам нужны дублирующие реакторы.

Вычислительный кластер ОКБ ГИДРОПРЕСС
Введённый в промышленную эксплуатацию вычислительный кластер в 2011 году используется для проведения конструкторских расчётов и обоснования безопасности ядерных паропроизводящих реакторных установок (РУ) ВВЭР и СВБР с использованием наборов кодов, моделирующих поведение реакторной установки в режимах нормальной эксплуатации и динамику РУ в режимах нарушения нормальной эксплуатации.
Выполняются расчёты полей энерговыделения в активной зоне и внутрикорпусной радиационной защите, гидравлические расчёты, расчёт температурных полей, нейтронно-физические расчёты и другие.
Данный подход к обоснованию безопасности РУ реализуется, как при использовании коммерческих CFD-кодов, так и при использовании других расчётных кодов.
В связи с развитием задач имитационного моделирования разрабатываемых установок существует острая потребность в расширении вычислительных мощностей.

Центр Атоммед: генераторы технеция и ВДМИ на основе иттербия-169
Виктория Анатольевна Артемьева, менеджер проекта по экстракционным генераторам технеция:
Мы представляем на выставке Атомэкспо-2012 экстракционный генератор.
Его конструкция предназначена для зарядки до 3-4 Ки. Этого количества по молибдену хватает для производства до 100 доз в первый день, то есть, в понедельник. В пятницу вы можете получить 40 доз.
По сравнению с теми генераторами хромотографического типа, которые сейчас применяются, зарядка по молибдену в экстракционных генераторах увеличивается на порядок. Это главное преимущество.
Экстракционный генератор состоит из производственного и контролирующего модулей. В производственном модуле имеется небольшой контейнер, в который вставлена игла. В нём находится молибден, то есть, исходное сырьё.
По сравнению с обнинскими генераторами в наших генераторах можно использовать различные виды сырья, и мы не ограничены в поставщиках.

Владимир Асмолов: свою степень ответственности я знаю хорошо
Раньше считалось, что ВАО АЭС должна быть камерной организацией, замыкающейся внутри себя и работающей только с операторами. Сейчас многое изменилось. Главнейшее из принятых недавно решений - решение о публичности организации и о демонстрации своей ответственности.
Отчёт о партнёрской проверке Росэнергоатома, о которой говорил Регальдо, был опубликован. Это первая ласточка, и отныне так будет всегда.
Очень важно то, что сегодня сказал председатель ВАО АЭС Лоран Стрикер. Мы теперь будем проводить ранжирование станций после проверок. По сути, мы будем присваивать станциям тот или иной класс надёжности. Аналогии можете поискать в банковских и других финансовых системах. Это в чём-то схоже с рейтингом.
Станции, находящиеся на нижнем уровне рейтинга, должны понимать - ВАО АЭС практически снимает с себя ответственность за них. Таким образом, ВАО АЭС перестала быть клубом без обязательств.

Сергей Яуров: мне на Атомэкспо нравится
Я приехал из Обнинска посмотреть выставку и ознакомиться с тем, чем сегодня занимается атомная отрасль нашей страны.
На мероприятии мне понравилась атмосфера - дружественная обстановка, располагающая к работе и общению. Естественно, особое внимание у меня вызвал стенд БУИ (Блок по управлению инновациями), в состав которого вошла экспозиция нашего института.
Что ФЭИ представил на форуме Атомэкспо-2012?
Мы привезли в Москву фильтры на основе нанотехнологий. Им отведён большой стенд. Для стороннего наблюдателя они выглядят очень забавно - как видите, у них две ёмкости. В одной из них жидкость мутная, в другой - очищенная после прохода через фильтр. Результат показывается предельно наглядно.
Добавлю, что загрязнения испытываемой жидкости были таковы, что традиционными фильтрами они не отчищались.
На стенде вы можете посмотреть, как работают наши фильтры.

Игорь Мищенко: моделирование для энергомашиностроения
На последний вопрос сразу отвечу - а так и делается, только менее точно. Природа поведения материалов изначально понятна. Но технолог может чётче представлять себе процесс, если имеет доступ к результатам численного моделирования.
Если он лучше представляет, например, процесс распределения примесей при кристаллизации, то он может уменьшить количество легирующих элементов, добавлять именно то количество, которое обеспечит требуемые свойства. Без такого знания он вынужден давать легирующие добавки с запасом. Соответственно, он получает перерасход материалов и повышает себестоимость изделия.
В каждом конкретном примере можно говорить о более точных настройках. Это как настройка роялей, хороший специалист, вооружённый необходимым инструментарием, будет это делать лучше и быстрее.

Юрий Багдасаров: о легендах, ртути и натрии
Не за три. За пять. Но для энергетики эта разница не имеет значения. Энергетикам нужны годы и десятилетия, а не месяцы.
Мы получили течь из первого контура. Во время течи я как раз был начальником смены. Ртуть тонкой струёй длиной 5-7 метров била из трубопровода в стену. Пришлось срочно ликвидировать протечку.
Вторая проблема. На БР-2 впервые в нашем реакторостроении была сделана двустенная конструкция парогенератора. Ртуть и вода разделялись двумя стенками, и в этом промежутке была ртуть. Этот парогенератор тоже потёк из-за ртути.
Течи происходили постоянно. Мы находили ртуть даже в канализации.
Опыт БР-2 очень быстро показал неприемлемость ртути как теплоносителя, особенно для больших установок. Хорошо, что мы столкнулись с отрицательными качествами ртути сразу, ещё на реакторе малой мощности.

Жак Репуссар: познание, независимость, близость
Что нужно поменять хотя бы с точки зрения кризисного реагирования? Вы знаете, нелегко ответить. Очень много критики было высказано в адрес японцев. Очень много. Но давайте будем в этом зале до конца честными. Если, не дай Бог, такая авария случится во Франции или России, то какая доля экспертизы будет в реальном масштабе времени предоставлена для информирования за границей?
Я не могу представить себе правильный ответ на такой вопрос. Думаю, и вы не можете. Потому что основные усилия пойдут естественным путём на собственное реагирование.
Это непростой вопрос. Я думаю, что подготовленность к авариям должна быть большей. Выводы, к которым мы приходим внутри IRSN, таковы - нам, наверное, будет необходимо учредить в системе кризисного реагирования группу международников, которые поддерживали бы постоянную связь с МАГАТЭ, обменивались информацией с другими центрами, а также обладали бы функцией информирования.

Владимир Троянов: поле для кооперации имеется
То есть, то, о чём я говорил раньше - американцы должны сформулировать для себя задачи, которые они должны решать. Потенциал у американских специалистов сохранился высокий. Если они получат добро от правительства и конгресса, то смогут быстро подключиться к совместной деятельности.
Конечно, есть нюансы. Например, в Соединённых Штатах лицензирован ряд конструкционных материалов, с которыми они хотели бы работать. Но эти материалы никогда не будут применяться в России - просто потому, что у нас есть свои материалы. Мы можем пойти на какие-то исследования с американскими материалами, но уже на коммерческой основе.
Противоположный пример. В области радиохимических процессов для переработки ОЯТ есть поле для совместного изучения инвариантных, не зависящих от страны технологий. Тут можно постараться составить план-график работ. Какие-то задачи могли бы решаться в США, какие-то у нас.

Евгений Селезнёв: послевкусие конференций
Цель всей нашей работы - в конечном итоге, создаваемые комплексные коды должны уметь хорошо рассчитывать безопасность. Считать все переходные режимы, аварийные режимы, вплоть до расплавления. Значит, мы должны решать нестационарные задачи.
В этом плане я предвижу ряд трудностей. Все привыкли считать в простейшем приближении, через использование квазикритических задач. Если вы откроете любой проект, то обязательно натолкнётесь в нём на понятие реактивность. Из песни слов не выкинешь. Переучивать людей можно, но с ними долго ещё придётся говорить на этом языке, до тех пор, пока в массовую расчётную практику не войдут полные нестационарные расчёты с определением измеряемых параметров, а не существующего лишь в головах исследователей собственного числа условно-критической задачи, лежащего в основе понятия реактивность. Сам реактор об этом числе ничего не знает, и знать не хочет, а вот о сигналах, формируемых в его утробе, он знает всё.

Алан Заетта: рад возможности расширить сотрудничество с Россией
Наш проект реактора на быстрых нейтронах должен отвечать всем перечисленным требованиям. Построив прототип реактора ASTRID, мы хотим показать, что это действительно реактор IV поколения, и что он на деле соответствует нашим требованиям.
А чем он принципиально отличается от быстрых реакторов предыдущих поколений?
Главный ответ в том, что мы ищем пути повышения степени безопасности нашего реактора. Например, в переходных процессах реактор должен вести себя гладко и безопасно.
Мы пересматриваем недостатки и уязвимости предыдущих проектов и по каждому пункту предлагаем усовершенствованное решение. И опять-таки всё это делается для того, чтобы получившийся проект соответствовал требованиям для реакторов IV поколения.
Наш проект открыт как для национального, так и для международного сотрудничества. По первому пункту могу сказать, что мы уже ведём разработку этого проекта в тесном контакте...

Паскаль Анзьё: мотивация - безопасность
Мы, как и российские коллеги, работаем по различным направлениям, связанным с быстрыми натриевыми реакторами - не в последнюю очередь, по направлению повышения их безопасности.
При этом важно учитывать, что в активной зоне у нас есть плутоний и жидкий металл (натрий). В некоторых концепциях кипение натрия при определённых условиях может привести к критической аварии (разгон реактора).
Поэтому мы серьёзно работаем над компоновкой активной зоны, чтобы не допустить возникновения подобной ситуации. Такие же исследования проводят и российские коллеги.
На сегодняшний день, мы получили очень интересные результаты, и теперь намереваемся вместе с нашими российскими коллегами убедиться в том, что наши результаты верны. Но для этого необходимо провести эксперименты для верификации данных.
Мы хотели бы сделать эти эксперименты у вас в Обнинске.

Анатолий Кочетков: о GUINEVERE из первых рук
Геометрия всей системы выбиралась с учётом результатов, полученных при экспериментах на стенде MASURCA. Например, французы били пучком в бок сборки. Анизотропия получалась плохая, пучок распадался.
К тому же, есть моменты, связанные с безопасностью. Когда пучок летит в горизонтальной плоскости, в направлении движения частиц появляется много высокоэнергетических нейтронов, которые трудно задержать. Поэтому при таком подходе нужна серьёзная биологическая защита, с чем и столкнулись на MASURCA.
В результате для GUINEVERE было придумано другое расположение. У нас ускорительные нейтроны летят в землю, сверху вниз.
Вернусь к рассказу о том, через какие стадии мы прошли. В стадии экспериментов для каплинга мы измерили подкритику сборки с центральной дырой под вертикальную линию ускорителя с помощью MSM (Modified Source Multiplication) метода.
Делалось это так. Ещё в критике, без центральной дыры, сбрасывался лёгкий поглощающий стержень.

Леош Томичек: сотрудничество с Росатомом поможет чешским фирмам
Я бы ещё хотела поговорить об АЭС Дукованы. Там работают четыре реактора ВВЭР-440, и есть опасность, что из-за директив ЕС эта АЭС станет нерентабельной, и ей не продлят лицензию. Была бы Россия, в частности Росатом, заинтересована в поддержке ЧР на переговорах в Брюсселе о продлении срока работы АЭС Дукованы?
Как только компания ЧЭЗ обратится к нам с любого рода вопросом, мы, конечно, ей поможем. В тесном сотрудничестве с контрольным органом Ростехнадзор мы внимательно анализировали работу реакторов ВВЭР-440 в России и продолжили срок их службы на Нововоронежской АЭС на 15 лет. В этой области у нас большой опыт, которым мы рады будем поделиться.
АЭС Дукованы работает уже давно и без проблем, в этой АЭС заключены огромные неиспользованные резервы и возможности, эта станция консервативна в высшей степени, какую только можно представить. Её остановка могла бы стать экономической ошибкой.

Кристоф Бехар: у нас давняя история сотрудничества
Если говорить о Франции, то это ASTRID, ALLEGRO и что ещё?
…и для нас больше ничего. Во Франции мы не работаем над тяжёлометаллическим направлением. Наш выбор - это только натриевые или газоохлаждаемые реакторы.
Реактор без топлива эксплуатироваться не может. В России второй год идут слухи о возможном сотрудничестве с Францией по топливу для быстрых реакторов. Вы не могли бы прокомментировать эту тему?
Вы правы в том, что сегодня обязательно нужно думать о топливном цикле для быстрых реакторов. Причём и о фабрикации топлива, и о переработке ОЯТ. Всё это должно быть определено.
Хорошо, мы можем переформулировать наш вопрос более провокационно. Есть ли надежда увидеть французское MOX-топливо в российском реакторе БН-800?
Отвечу вам вопросом на вопрос. А вы сами хотите использовать MOX-топливо в реакторе БН-800?

Юрий Казанский: БФС и ведро воды
Интересных было очень много. Если я начну их перечислять, никакого времени не хватит. Поэтому я вам расскажу о самом анекдотичном. Вернее, так. Сегодня я его называю самым анекдотичным. А вот тогда я домой ушёл весь взмокший от переживаний.
Наши механики сделали прекрасную систему для вывода нейтронов для измерения спектров по времени пролёта. При настройке системы мы вытащили из стенда часть стержней, и на их место должен был спуститься человек.
Начинаем работу. Даю свою согласие, начальник смены отходит от меня. Но надо всё оформить официально, записать в журнал, что такая операция разрешена. Беру ручку, и мне плохо становится…
Если в реактор на быстрых нейтронах вылить ведро воды, он разгонится. Воду туда добавлять нельзя! А человек - это примерно 70 кг воды, и мы хотим эту человеческую воду поместить в стенд на быстрых нейтронах.

Эдуард Скотт дё Мартинвилль: техподдержка по-французски
Мне приятно напомнить, что наш институт IRSN принял в обнинской конференции значительное участие. От института в Обнинск приехало семеро экспертов.
В задачи IRSN входят все вопросы по безопасности атомной энергетики. На конференции в Обнинске в основном собрались проектировщики и разработчики реакторов нового поколения, и для нас важно общение с ними.
Наш институт играет во Франции большую роль. Решая задачи по безопасности реакторов, мы занимаемся созданием расчётных кодов - в том числе, по критической безопасности, то есть, безопасности, связанной с реактивностью. В дальнейшем мы передаём коды в другие организации французской атомной отрасли.
Как вы понимаете, нам как разработчикам кодов требуются экспериментальные данные для валидации наших программных продуктов. И нам приятно, что у нас установились отношения сотрудничества со специалистами ФЭИ, которые мы намереваемся продолжать и в будущем.

Павел Алексеев о стенде БФС
Директор отделения обратил внимание, в частности, на азот, который будет присутствовать в нитридном топливе. Азот имеется в традиционных ядерных реакторах, но, как правило, в виде примесей. В нитридном топливе азот будет давать существенный вклад в формирование спектра в активной зоне.
У азота есть два природных изотопа - N-14 и N-15. На первом из них происходит много захватов, поэтому желательно использовать азот, обогащённый по 15-ому изотопу. У N-14 есть и другие отрицательные качества - например, из него накапливается углерод-14, сказал Алексеев.
На стенде БФС будет возможным проводить эксперименты, которые позволят проверить точность расчётов систем с обогащённым азотом. Напомним, что, в соответствии с данными международного химического союза IUPAC за 1997 год, содержание N-15 в природном азоте принято 0,368% (атомных).

Юлия Лебедева: атом для СНГ
Есть идея создания новой атомной транснациональной корпорации ЕВРАЗИЯ. Межрегионального объединения, созданного на площадке совета министров энергетики государств СНГ, целью которого являлось бы развитие мирных ядерных технологий для электрификации и теплофикации на пространстве СНГ.
Так же много нерешённых вопросов неэлектрического применения достижений атомной энергетики: технология осушение болот с сохранением экологического баланса (например, в Белоруссии, в Тюменской области и т.д), опреснение воды, освоение безводных пустынь, нехватка водных ресурсов в странах Центральной Азии и т.д. - это очень затратные проекты.
В конце концов, применение мирной атомной энергии в целях изучения космического пространства.
На первоначальном этапе основу для атомной ТНК ЕВРАЗИЯ составили бы Белоруссия, Россия и Казахстан.

Владимир Уручев: Белене, Козлодуй, ОЯТ, ВИЭ
Мы должны быть откровенны - атомная энергетика не решила вопрос окончательного хранения или захоронения высокоактивных отходов, и это используется как козырь против неё.
С одной стороны, критики оспаривают тезис о низкой себестоимости атомной энергии и утверждают, что она не будет таковой, если учесть все затраты на утилизацию отходов.
С другой стороны, говорится, что затягивание решения проблемы означает перекладывание её на плечи будущих поколений.
Ни тот, ни другой аргумент нельзя считать полностью верным. Уже сегодня облучённое топливо - не отход, а материал для изготовления MOX-топлива для действующих реакторов. Эта практика ещё более расширится с появлением реакторов четвёртого поколения. Для захоронения будут предназначаться только отходы переработки ОЯТ.
Некоторые страны ЕС не планируют заниматься переработкой ОЯТ и рассматривают его как радиоактивные отходы, подлежащие захоронению.

Михаил Зизин: всегда как-нибудь да было
Эта разница превышает максимально допустимую по регламентирующим документам. Что существенно, если восстанавливать значения эффективности аварийной защиты из показаний разных ионизационных камер для случая застревания одного из наиболее эффективных стержней, то разница едва ли не наибольшая.
Какую из величин считать правильной? Как корректно считать эффективность АЗ? Эта проблема стоит остро. Согласен с тем, что касается она не всех - в первую очередь, тех специалистов, кто занимается экспериментами на реакторе.
В данном конкретном докладе на обнинском семинаре, который вы упомянули, сравниваются расчёты по двум наборам констант. Это основная идея доклада. Мы хотели определить порядок расхождений результатов при использовании разных наборов входных данных.
Первый набор констант был подготовлен по программе UNK, написанной в Курчатовском институте под руководством В.Ф. Цибульского.

Вадим Беркович: есть идея
Шутку знаете? Гидропрессу что ни закажи, он всё равно спроектирует автомат Калашникова, то есть, В-320.
Конечно, поневоле у нас у всех в головах - родной ВВЭР-овский корпус. Поэтому и у ВВЭР-СКД корпус сейчас похож на традиционный корпус четырёхсотки или миллионника.
В нашем концептуальной проекте РУ большой мощности мы остановились пока на трёхпетлевой установке. При к.п.д. 41-43% мыслится, что электрическая мощность энергоблока будет 1700 МВт. То есть, мы видим продолжение линейки проектируемых у нас мощностей - сначала был полуторамиллионник, теперь 1700 МВт. Хотя добавлю, что по традиционным ВВЭР у нас есть трёхпетлевое предложение на 1800 МВт. После демонстрации эффективности технологии ВВЭР-СКД мы готовы предложить линейку РУ для энергоблоков электрической мощностью 300 - 600 - 1200 - 1700 МВт.
По машзалу нам мыслится, что стоит использовать оборудование, существующее в тепловой энергетике на СКД.

Денис Флори: документы надо читать
Кризис доверия, по-моему, был во всём мире. Потому что информация вначале поступала слишком медленно, и не всё было понятно.
У разных стран были разные оценки происходящего. Вспомните хотя бы, как авария классифицировалась по шкале INES. Япония сказала - уровень 4, потом 5. В то же самое время в США говорили о седьмом уровне, а во Франции - о шестом. Как публика должна понимать, что происходит в реальности, если мы сами не в состоянии определиться?
Поэтому мы хотим улучшить коммуникации. Одна из наших идей такова. Если происходит событие уровня 5 или выше, то немедленно собирать на базе МАГАТЭ людей, способных дать информацию и оценить ситуацию. Чтобы был один голос, голос МАГАТЭ. Чтобы мы могли сказать - мы понимаем, что случилось, и по нашему мнению, уровень аварии такой-то.
Было бы очень хорошо. То есть, перестанут происходить такие споры, как спор о переводе термина белый дым с японского языка.

Юрий Хомяков: коды нужно довести до людей
Года два-три назад в нашей области было чёткое разделение - была физика, была теплофизика и были коды по безопасности, как правило, под ними понимались аварийные коды. В них от нейтроники брались только входные данные.
Сегодня многое изменилось. Объясняется это стартом федеральной программы, в соответствии с которой для быстрых реакторов будут создаваться коды нового поколения, интегральные коды.
Очевидно, что необходимо интегрировать физику, теплофизику и прочность в единую взаимосвязанную систему. С этой точки зрения, старт программы уже даёт положительные результаты.
Очевидно также, что одно из главных направлений в нейтронике - коды нестационарные, динамические, уходящие от стандартных реактивностных подходов и приближений, предназначенные для объединения с кодами теплофизическими и аварийными. Надеюсь, что на обнинских семинарах мы будем слышать всё больше и больше об этой деятельности.

Борис Попов: в ИНПРО всё расписано по деталям
Проблемы из-за того, что в процессе строительства у них произошли инциденты, как вы сами понимаете, безопасности проекта не касаются. Публике, конечно, всё равно, они слышат, что что-то происходит на предприятиях, связанных с ядерной энергетикой, и даже в таких странах, как Франция. И для общественности это большая ложка дёгтя.
Как Вы считаете, насколько принципиально требование референтности блока? Не касаясь конкретно Белорусской АЭС, подойдём к вопросу в целом. Строительство АЭС - длительная работа, а технологии не стоят на месте. Не рискуют ли те страны, что требуют референтности для реакторов, получать себе технологии вчерашнего дня?
В чём-то я готов с вами согласиться. Тем не менее, в методологии ИНПРО, о которой мы сейчас говорим, есть такой критерий - стране, которая впервые вводит АЭС, необходимо иметь референтный блок, проработавший несколько лет в другой стране. Вот такой есть критерий.

Юрий Недашковский: нужно думать о ядерных топливных циклах
Следующий вопрос, который мы давно хотели Вам задать как представителю украинской эксплуатирующей организации. Нет ли у НАЭК Энергоатом интереса к MOX-топливу?
Нет. Это абсолютно точно. Мы считаем, что это ошибочный путь - использовать MOX-топливо в тепловых реакторах, а в Украине все реакторы на сегодняшний день тепловые. Вот когда мы перейдём в 50-70-ых годах к строительству быстрых реакторов, тогда, конечно, мы вернёмся к этому вопросу.
К MOX-топливу идут те страны, которые либо имеют у себя переработку, либо пользуются услугами французской группы AREVA. Но есть проблемы. ОЯТ, которое получается после использования MOX-топлива в тепловых реакторах, по изотопному составу хуже, чем ОЯТ от уранового топлива.
Второй раз переработать ОЯТ от MOX-топлива не получится. Там такой компот из изотопов, что лучше его не трогать. В этом и заключается одна из основных проблем использования MOX-топлива в тепловых реакторах.

Елена Миколайчук: самое главное - не бумажная безопасность
Немного о том, что будет дальше. Стресс-тесты проведены, выявлены узкие места. Дальше нужно с ними что-то делать. Приступать к проведению мероприятий, необходимость которых была подтверждена в ходе стресс-тестов, нужно сейчас. Я бы сказала так - начинать работать надо даже не сегодня, а вчера.
Решения в отношении некоторых технических проблем в свете уроков Фукусимы мы приняли в мае. По всем остальным мероприятиям будут установлены сроки, и пойдёт работа по практическому внедрению.
1 декабря мы примем постановление коллегии и перейдём к подготовке национального доклада. Изначально мы установили дату завершения доклада 22 декабря. Так как дата совпала с Днём энергетики, то наши энергетики очень попросили перенести её на другое число. Мы пошли навстречу и назначили новый срок - вторник, 20 декабря.
Таким образом, 20 декабря мы как регулирующий орган презентуем нашу точку зрения на результаты стресс-тестов в Украине.

Сергей Обозов: у ПСР отечественные корни
Основная идея на первом этапе внедрения ПСР - сокращение различного вида потерь. То есть, это и ненужные лишние движения, это и не нужные запасы и перепроизводство продукции, как у нас любят говорить впрок. А ведь это замороженные деньги!
Я недавно посещал одно из наших предприятий - ОАО НИКИМТ-Атомстрой, так у них на площадке уже несколько лет, не лежат. а именно валяются листы нержавейки общей стоимостью более 12 миллионов рублей. И пока, к сожалению, это не единичный случай.
В ПСР выделяют семь классических видов потерь. Ненужные действия людей, ненужная лишняя транспортировка, потери на ожидание, когда человек или оборудование ожидает поступления очередной детали, избыточный запас (по сути, замороженные деньги), лишние ненужные этапы обработки, брак или исправления, перепроизводство.
Это семь классических видов потерь. За счёт их сокращения, за счёт правильной организации рабочих мест и достигается эффект.

Юрий Недашковский: идёт конструктивная работа
Расширенное заседании коллегии ГИЯРУ открылось в Киеве 24 ноября 2011 года. Тема заседания - обсуждение результатов выполнения целевой внеочередной оценки состояния безопасности действующих энергоблоков АЭС и сухого хранилища ОЯТ Запорожской АЭС с учётом событий на АЭС Фукусима Дайичи.
В кулуарах мероприятия на вопросы электронного издания AtomInfo.Ru ответил президент НАЭК Энергоатом Юрий Недашковский.
Сегодня начала работу расширенная коллегия ГИЯРУ, в которой участвуют и НАЭК Энергоатом, и экспертные организации, и общественный совет… Запланировано заслушать все четыре атомные станции… Запланировано проводить обсуждения после каждого из докладов, пояснил Недашковский.
Я считаю, что идёт конструктивная работа, добавил он.
Юрий Недашковский ответил также на ряд вопросов, касающихся строительства блоков №№3-4 Хмельницкой АЭС.

Михаил Хорошев: пора анализировать энергосистемы комплексно
Сегодня мы становимся свидетелями очередного зигзага в истории человечества. Все бросаются в возобновляемые источники, видя в них панацею. Но я вас уверяю - вскоре выяснится, что во многих регионах опираться на возобновляемые источники неприемлемо. Там придётся делать шаг назад, возвращаться к другим технологиям, а это и непросто, и дорого.
Пора, наконец, переходить к научно обоснованным стратегиям развития энергетики, свободным от политических и лоббистских пристрастий. Считал бы полезным проведение консолидированных анализов и рассмотрение общих стратегий развития региональных систем. По итогам таких анализов мы могли бы давать обоснованные предложения по составу энергетических корзин для конкретных регионов земного шара.
Думаю, назрела необходимость провести региональные оценки по неангажированной справедливой методологии, которая должна быть принята экспертным сообществом за основу.

Владимир Кузнецов: ИНПРО - проект инновационный
Итак, проект GAINS определил модельные сценарии перехода к устойчивым ядерно-энергетическим системам. Проект SYNERGIES определит, как эти сценарии можно реализовать, какие формы международного сотрудничества могут способствовать продвижению в этом направлении, какие есть мотивации и какие могут возникнуть препятствия на этом пути.
Казалось бы, всё хорошо. Но и в GAINS, и в SYNERGIES есть определённые модельные предположения, связанные с тем, что мы не учитывали реальные состояние и перспективы освоения и разработки технологий инновационных реакторов и топливных циклов в странах. Такая информация имеется у технических рабочих групп МАГАТЭ.
После того, как рабочие группы поделятся с нами информацией о реальном положении дел в государствах, мы получим возможность разрабатывать для стран дорожные карты. Фактически, мы будем давать рекомендации по программам действий, временным рамкам и объёмам работ.

Елена Миколайчук: план действий - результат непротивления сторон
Мы хотели бы, чтобы он был более амбициозным, но, видимо, сейчас важно достигнуть консенсус и иметь хоть какой-то план. В получившемся документе есть хорошие, здравые элементы, но есть и вещи, которые умиляют.
Если вы помните, сначала говорили об идее, что будет проверена каждая десятая АЭС в мире в течение трёх лет. Сейчас говорится о проверке по одной станции в каждой стране. Это смешно смотрится, если учесть, что есть страна, где 104 действующих блока, и есть масса стран, у которых по одному-двум блокам.
Мне кажется, что изначальный подход был честнее. Но Украина готова ко всему. У нас уже проверены все блоки. Хотите проверить ещё раз? Пожалуйста, вперёд и с песней!
Думаю, что интересные моменты проявятся позже. Сейчас во всём мире проходит то, что называют стресс-тестами. Это целенаправленная, углублённая проверка по определённым параметрам. Проверки отличаются от страны к стране.

Александр Бычков: в первый раз вижу генконференцию МАГАТЭ изнутри
Вопрос по поводу Центра коллективного пользования. Какова ситуация по этому направлению?
Движемся вперёд, медленно, но уверенно. Пока идут организационные мероприятия. Мы провели консультационную встречу. В октябре в Димитровграде будет первая техническая встреча. Иными словами, проект стартовал.
Нам необходимо нарисовать облик будущего центра. Сегодня актуально увидеть проект и центр не с российской стороны. Подчёркиваю - не с российской! Мы (когда я ещё работал в Росатоме) собственное видение центра разработали, но теперь нам важно получить отклики от стран- участниц ИНПРО. Понять, что им нравится, что не очень, и сделать проект, который бы был интересен и приемлем для всех.
Пока мы воспринимаем этот проект как инициативу под эгидой проекта ИНПРО, который, в свою очередь, является проектом МАГАТЭ. Выбор очевиден, так как именно в ИНПРО у нас сконцентрирована работа по инновационным реакторам.

Сергей Цочев: изменение турбины - это пересмотр проекта
По пассивным системам безопасности. Вы сказали, что есть вопросы к техническому проекту. Можно ли услышать пример вопроса?
В порядке примера. Есть система пассивного отвода тепла, СПОТ. Это одна из совершенно новых систем этого блока, которая не применялась до сих пор.
Из-за этого необходимо посмотреть инженерные расчёты, на результаты экспериментов, модельные инсталяции и так далее, чтобы убедиться, что эта система совместно с другими системами будет работать тогда, когда это будет нужно. Что-то нам уже известно, но то, что является новым, нужно детально рассмотреть.
Ваш проект больше похож на тяньваньский?
Больше, скорее, на Куданкулам. Нужно отметить, что первый такой проект пошёл на Тяньване, потом в Индии, где включили эти пассивные системы, но индийские блоки пока ещё не были в эксплуатации. Это ещё не референтные блоки.

Паскаль Анзьё: ASTRID будет построен
Когда вы ожидаете окончательное формирование стратегии сотрудничества: через 15, 20, 100 лет или может быть завтра?
Не завтра, и не через 100 лет. Я думаю, что подготовка такого соглашения может занять несколько лет. Возможно, от нескольких месяцев до нескольких лет.
Один вопрос о французских планах. Есть ли какие-то изменения в программе исследований по БР в связи с аварией на АЭС Фукусима? Мы знаем, что есть программа по ASTRID, другие проекты…
Да, у нас произошли изменения, которые коснулись некоторых деталей программы. Детальные изменения касаются усиленного внимания к предотвращению аварий. Фукусима не изменила того факта, что мы проявляем интерес к быстрой тематике во Франции, и сейчас наша цель - построить ASTRID и осуществить его запуск к 2020 году.
То есть, Вы подтверждаете, что проект ASTRID будет осуществлён?
Мы не изменяем сроки реализации проекта.

Пэрриш Стейплз: это деликатный баланс
Снижение обогащения не скажется ли негативно на темпах производства молибдена?
Нет, и это один из основных аспектов нашей программы. Мы осуществляем конвертацию исследовательских реакторов таким образом, чтобы они сохраняли свои характеристики после перехода на НОУ-топливо и могли бы решать такие же технические и научные задачи, как если бы они работали на уране высокого обогащения.
Это одна из трудностей, с которыми сталкивается наша программа конвертации реакторов. Мы должны быть уверены в том, что реакторы сохранят после перехода свои эксплуатационные качества. Но именно поэтому конвертация никак не влияет ни на производство изотопов, ни на другие технические задачи, для которых предназначаются исследовательские реакторы.
Есть ли успешные примеры перевода реакторов?
Да, есть два таких примера, когда реактор (производитель молибдена-99) успешно перешёл с ВОУ-топлива на НОУ.

Александр Бычков: МАГАТЭ может встать над любым спором
Давайте рассуждать прямо. Сил у самого агентства не так много. Мы слышим со всех сторон - агентство должно то, должно это… А вы посмотрите, сколько у нас людей. В нашем департаменте работает свыше 200 человек. Из них только половина - это штатные сотрудники аппарата. Тех, кто может реально принимать решения, я бы насчитал в департаменте порядка 50 человек, распределённых по разным направлениям.
В результате получается, что у нас есть, допустим, один специалист по кипящим реакторам, два по исследовательским установкам, два человека по урану, и так далее. Их квалификация очень высока. Но для серьёзных анализов нам требуется включать механизм рабочих групп или миссий, куда приглашаются внешние эксперты. Мы знаем, кто в мире чем занимается, и понимаем, кого мы можем пригласить.
Суть в том, что кадровый ресурс ограничен. Агентство, скорее всего, задействует в своих проверках многих из тех людей, кто участвует в проверках по линии других организаций.

Людвиг Литвинский: потребность возникнет поколение спустя
Электронное издание AtomInfo.Ru возвращается к обсуждению темы о сотрудничестве России и Украины в деле замыкания топливного цикла, поднятой в эксклюзивном интервью для нашего издания Владимира Каграманяна Десять лет, которые не должны пропасть зря.
На вопросы AtomInfo.Ru и наших украинских информационных партнёров AtomNews отвечает директор государственного научно-инженерного центра систем контроля и аварийного реагирования при министерстве топлива и энергетики Украины Людвиг Леонидович ЛИТВИНСКИЙ.
Людвиг Леонидович, каково Ваше мнение о перспективах замкнутого цикла и быстрых реакторов для Украины?
Если несерьёзно, то судя по тому сколько лет достраивались блоки №2 ХАЭС и №4 РАЭС, сколько лет строится ХОЯТ-2 и НБК, вопрос пока не актуален для Украины - даже если мы начнём, то заканчивать строительство первого реактора на быстрых нейтронах всё равно будут внуки.

Елена Миколайчук: шестую статью нужно исполнять
К сожалению, после Чернобыля многие страны утешили себя аргументом сомнительного характера - авария произошла на реакторе советского проекта. Следовательно, и касается она только владельцев советских реакторов. Это совершенно несерьёзно. Если сегодня идти таким путём, то можно было бы сказать - нам не нужны никакие стресс-тесты, пусть ими занимаются только станции с реакторами американских проектов.
Получилось так, что шестую статью активнее всего исполняли страны с советскими реакторами. Причём было абсолютно неважно, что блоки с РБМК и ВВЭР идеологически принципиально отличаются друг от друга. У остальных проявлялась самоуспокоенность. А, собственно говоря, если мы рассматриваем кипящие реакторы, то чем они застрахованы от тяжёлых аварий? Фукусима показала - ничем.
Вопрос нужно ставить так. Шестую статью необходимо исполнять всем и в полном объёме. Старые блоки нужно доводить до современных стандартов безопасности, а если это невозможно - то закрывать их.

Валерий Рачков: ФЭИ с задачей справится
По сотрудничеству с Францией в сфере быстрых реакторов и ЗЯТЦ можете ли Вы дать комментарий?
Создана специализированная российско-французская рабочая группа. Она действует на всех уровнях, начиная от министерского. В ближайшее время - в этом году или в начале следующего - появятся очень интересные, на мой взгляд, инициативы.
Можно ли говорить о сотрудничестве России и Франции по производству топлива для быстрых реакторов?
Можно. Не только можно, но и нужно! На недавнем совещании рабочей группы, которое состоялось в мае в Сакле, французские коллеги - а именно, директор ядерного центра Сакле - предложили в качестве первого проекта для программы широкого сотрудничества наших стран создание совместного производства MOX-топлива.
Пока что это инициатива, а не согласованный проект. Но нам он очень интересен.
Если такое совместное производство будет налажено, то в какой из стран?

Владимир Кузнецов: инновации и безопасность
Корректный подход к проектированию реакторных установок - мы должны принять, что авария может произойти. Если мы не будем так поступать, то мы окажемся не готовыми к аварии, когда она случится.
Весь вопрос в другом - к каким последствиям приводит авария. Что в Чернобыле, что на Фукусиме после аварии большие территории были загрязнены. Это не допустимо. И этого не хотим прежде всего мы сами. Недопустимо, чтобы эксплуатация атомной энергетики сопровождалась появлением зон, запретных для проживания человека на сотни лет.
Задача, которую мы должны ставить перед собой - исключение выбросов радиоактивности за пределы площадки или даже контейнмента, локализация активности в пределах небольших объёмов. Думаю, что здесь придётся основательно поработать, подумать, что и каким образом изменить в реакторных проектах.
Например, хорошо было бы избавиться от давления в первом контуре и всемерно снизить запасенную в реакторе потенциальную неядерную энергию.

Виктор Мохов: блоки АЭС-2006 строиться будут
Хотелось бы сказать, что в последнее время появилась критика в адрес этого проекта. В частности, критика по его дороговизне и оптимальности новых решений, которые в нём внедрялись.
Но последние события, которые произошли на Фукусиме, показали, что избыточной безопасности не бывает. Поэтому отягощения проекта, связанные с безопасностью, на наш взгляд оправданы.
Насколько оптимален тот или иной проект, мы должны оценивать по масштабам катаклизмов, которые можем получить.
Второе, на что обязательно следует обратить внимание. Проект АЭС-2006 является головным, в связи с чем на стадиях строительных и монтажных работ могут проявиться нестыковки. Мы продолжим работу над проектом до завершения пусконаладочных работ и ввода в эксплуатацию.
Я думаю, что после того, как будут пущены энергоблоки, они будут иметь большие перспективы. Могу однозначно сказать, что внутри Российской Федерации блоки АЭС-2006 строиться будут.

Александр Повстянко: стали для быстрых реакторов
Далее нас ждут заводы. И здесь я хочу сделать небольшое отступление. Наши материалы сложнолегированные. Они красивые, прописанные в лабораторных плавках, для них строго указаны легирующие добавки с точностью до долей процента.
Но как только мы приходим в промышленность, где дело имеют не с лабораторными кастрюльками, а с многотонными плавками, то всё усложняется. Заводы не всегда готовы обеспечивать для наших заказов требуемую точность по содержанию легирующих добавок. А радиационные свойства материалов резонансно (!!!) чувствительны к малейшим изменениям состава.
Материаловеды представляют, какой материал нужно сделать. Но у индустрии, к сожалению, зачастую нет возможности сузить интервалы по добавкам легирующих элементов.
Более того. Есть простое обстоятельство, с которым мы обязаны считаться. Заводы выпускают неатомные стали буквально миллионами тонн. Им не выгодны наши заказы, в наших объёмах.

Сергей Рыжов: истина всегда лежит посередине
И наша концепция, которая является чем-то средним относительно этих двух концепций. У нас есть сочетание пассивных и активных систем. Думаю, что истина всегда лежит посередине. Мы в последнее время немного сокращаем количество оборудования в активных системах безопасности. Безусловно, без снижения уровня безопасности, подчеркнул Сергей Рыжов.
Мы используем комплекс пассивных систем для управления проектными авариями. Таким образом, это получается дополнительный канал систем безопасности относительно к активным системам. И это позволяет снизить коэффициенты резервирования для активных систем и подтянуть экономические показатели, сказал руководитель ОКБ Гидропресс.
По просьбе электронного издания AtomInfo.Ru, директор-генеральный конструктор ОКБ Гидропресс Сергей Рыжов прокомментировал положение дел с ловушками расплава в российских реакторах. В частности, он ответил на вопрос об их унификации.

Виктор Сидоренко: никогда больше
Двойственное отношение к этому. За месяц сделать что-то чёткое и устраняющее в полноте трудно. За месяц можно только вытащить какие-то определяющие главные моменты.
Этот процесс в российской атомной отрасли идёт. Происходит выработка первоочередных мероприятий, а также более долговременных мероприятий, направленных на уточнение и повышение характеристик безопасности энергоблоков.
Ко мне также обратились с просьбой высказать своё мнение по основным направлениям действий. Я предложил шесть таких направлений. Более подробно с ними можно будет ознакомиться в журнале концерна Росэнергоатом. Пока перечислю их вкратце.
Обязательно нужно просмотреть состояние водородной безопасности на наших блоках. Провести ревизию предельных внешних воздействий. Проанализировать выполнение критериев безопасности, провести ревизию состояния систем аварийной готовности.

Георгий Тошинский: реклама - двигатель торговли (реакторами?)
Проанализировав все нюансы, инициаторы TWR предложили следующий вариант - переочехловку твэлов. Что это такое? Имеется длинный твэл, у которого в начале кампании обогащённое топливо с нижней стороны, а в конце кампании активной станет верхняя часть, где был уран-238. После остановки из реактора выгружают топливо, снимают металлические оболочки, которые достигли своего предела, размещают верхнюю часть топливного столба, в которой шла цепная реакция, в нижнюю часть новой оболочки, добавляя сверху экран из урана-238, и вновь загружают переочехлованное топливо в реактор. При этом реактор переходит в режим подпитки обеднённым ураном.
Чем всё дело кончилось в итоге? Специалисты Terra Power поняли, что реактор на бегущей волне сделать сегодня технически невозможно. Теперь они продвигают иную концепцию - реактор на стоячей волне. Поэтому можно сказать, что идее бегущей волны пришёл конец.
Стоячая волна - это нормальный реактор с тепловыделяющими сборками.

Виктор Мурогов: никогда больше
МАГАТЭ сегодня может только рекомендовать. Оно отмечает все недостатки, иногда по сотне пунктов. Оно даёт стране время на их устранение. Страна, естественно, обещает устранить в меру экономических возможностей.
И в этом таится корень зла! Должно быть по-другому. Устранение выявленных недостатков в плане безопасности должно быть обязательным. Не можешь устранить, так закрывай станцию!
Знаменитый адмирал Риковер говорил об основных преимуществах и недостатках атомной энергетики так. Ядерная энергетика определяет экономику и безопасность стран, её развивающих. В силу этого она определяет национальную политику страны. И за неё отвечают первые лица государства, ведущие политики, которые, прежде всего, думают о сохранении престижа страны, но полностью некомпетентны в ядерной технологии.
Подумайте, говорил Риковер, как они будут вести себя в любой из возможных ситуаций.

Георгий Карзов о сталях для реакторов ВВЭР
Задача, которая ставилась при создании стали 15Х2МФА-А модификации А, состояла в том, чтобы сохранить это свойство хромомолибденованадиевых сталей, но при этом обеспечить повышение прочности материала при рабочих температурах до уровня категории прочности КП-45, которая необходима для корпусов реакторов типа ВВЭР-1000 и их последующих модификаций.
Работы в этом направлении были начаты в ЦНИИ КМ Прометей более 10 лет назад. Первый практический результат этих разработок был продемонстрирован при изготовлении заготовок корпуса реактора КЛТ-40С для плавучего атомного энергоблока. Тогда нам удалось получить высокие характеристики стали во всём сечении заготовок толщиной 485 мм.
Этот результат позволил поставить вопрос о возможности и, более того, целесообразности применения этой стали для изготовления корпусов реакторов типа ВВЭР-1000. Предложение было поддержано РНЦ Курчатовский институт.

Янко Янев: о Белене и об ОЯТ
Вы спрашиваете о козлодуйском облучённом топливе. Но я напомню вам, что вывоз ОЯТ в Россию стоит Болгарии немалых денег. И нам действительно может быть выгоднее хранить его целиком или какую-то часть в сухом хранилище на станции. Это надо внимательно считать.
Здесь есть один принципиальный момент. Мне кажется, что Россия и Болгария не до конца правильно ведут свои взаимоотношения по ОЯТ. Россия должна чётко сказать, какие топливные циклы она будет развивать у себя, и уже после этого можно и нужно говорить о том, как туда впишется Болгария со своим ОЯТ.
Болгария не сможет замкнуть топливный цикл на своей территории. Это маленькая по территории страна, у неё всего одна станция, может быть, будет вторая. У Болгарии нет технологий замыкания, нет специалистов, работающих в этой области. Болгарии выгодно дружить с большой ядерной державой и закрывать с её помощью топливный цикл.

Андрей Косилов: обладая оными применять их
По сути, я уже ответил вам. Мы выступаем в роли пропагандистов. И наша пропаганда основывается на положительном опыте, накопленном в разных государствах.
Практика показывает, что внедрять новое нужно, начиная с верха, иначе движения вперёд не будет. Есть позитивные сдвиги по странам. Топ-менеджеры на определённых этапах начинают понимать, что без людей их планы неосуществимы, и начинают заниматься этой проблемой. Во многих случаях заниматься этими проблемами их заставляют конкретные проблемы.
Несколько хороших примеров могу назвать. На канадской АЭС Брюс одному из руководителей было поручено взять на себя работу по управлению знаниями. На чешской АЭС Темелин ввели специальную должность менеджера по управлению знаниями. На АЭС Пакш эти функции выполняет начальник секции стратегического развития. Важно, что появились ответственные люди, планы, проекты в этом направлении.

Александр Чистозвонов: поднадзорным тоже не хочется аварии
Чем был хорош Атомнадзор до настоящего времени, так это наличием большого массива нормативных документов. Так, только в перечень П-01-01-2007 входил 321 документ. Практически все моменты надзорной деятельности были там прописаны.
Да, я согласен с теми критиками, кто говорит - в разных документах были повторы, а то и прямые противоречия, когда одна и та же задача безопасности решалась исключающими друг друга методами.
Вернёмся к теме. Я считаю полезным, когда человек, покидая надзорные органы, приходит на производство. У него есть свежее видение проблемы со стороны надзора. Он представляет, какие ожидаются новации в нормативных документах. Знает нормативную базу на момент увольнения и может принести, не побоюсь этого слова, пользу Отечеству.
А у нас теперь получается, что здоровый и полный сил пенсионер, вместо того, чтобы принимать участие в проектировании атомного реактора, сидит на вахте и лается с собаками.

Владимир Каграманян: десять лет, которые не должны пропасть зря
Мы и так собираемся развивать быструю энергетику и замыкать топливный цикл. Мы готовы к этому, но прямо сейчас особенно острой необходимости вводить коммерческие быстрые реакторы у нас нет. Знаете, почему? Потому что у нас просто мало ОЯТ. Не Франция мы и даже не Япония, не накопилось у нас сколь-либо критического объёма облучённого топлива, чтобы начать коммерческую переработку. И поэтому, несмотря на все наши стратегические декларации, замыкать цикл мы не слишком торопимся.
А вот если к российскому ОЯТ добавить ОЯТ Украины? ОЯТ Армении, будущее ОЯТ Белоруссии или Казахстана?
Я хочу, чтобы все спокойно и без политических лозунгов подумали и вспомнили, как поступали в СССР. Станции там строились в тех местах, где есть потребители. А проблему ОЯТ как сложную проблему предполагалось решать централизованно. Поэтому Украине от советских времён досталось 15 блоков и никаких производственных мощностей для переработки.

Алеш Йон: слишком рано говорить об ALLEGRO
Однако, естественно, проект должен соответствовать ещё многим и многим другим условиям, окончательные параметры которых будут вытекать из конкретного проекта атомного объекта. Скажем так - да, в Благутовице может быть построен атомный объект. Но это известно уже с 70-ых годов XX века.
Во-вторых, ALLEGRO - это не атомный энергоблок. Это демонстрационный проект реактора IV поколения.
Когда мы говорим об ALLEGRO, то речь идёт только о ядерном острове, где должны пройти испытания всех процессов, связанных с физикой, ядерным топливом, термодинамикой, функционированием охлаждающей системы и т.д. От этого этапа до АЭС ещё долгий путь.
В конце концов, речь идёт о типе реактора, который работает на быстрых нейтронах, с температурами порядка 800°C и более, с гелием как охлаждающим теплоносителем. Речь идёт просто о вообще непроработанной технологии.

Владимир Шишкин: горячее всегда идёт вверх, а холодное - вниз
Мы выбрали перспективное топливо для корабельных установок. Его можно назвать керметом. Это холодное топливо. Подобного рода топливо сейчас стоит в НИИАРе на испытаниях, и пока никаких неприятностей мы не видим, всё идет так, как мы рассчитывали.
Другое новшество - интегральная компоновка. Я бы сказал - настоящая интегральная компоновка. Всё, абсолютно всё оборудование первого контура находится в едином плотном прочном корпусе парогенерирующего агрегата.
В реакторной установке Унитерм есть обычные в водо-водяных установках барьеры безопасности - топливная композиция, оболочка твэла, корпус реактора и отсекаемые участки трубопроводов первого контура, всё это здесь присутствует. Добавлен ещё страховочный корпус, который исключает возможность осушения и расплавления активной зоны. Добавлен и промежуточный контур между первым контуром и контурами потребителей.
Наш страховочный корпус малого объёма рассчитан на давление примерно 30 атмосфер.

Владимир Емельянов: космические технологии для малой энергетики
ГРЭМ - это транспортабельная ядерная энергоустановка на основе высокотемпературного газоохлаждаемого реактора. Теплоноситель - смесь гелия и ксенона. В России и США имеется определенный задел по экспериментальной отработке замкнутой газотурбинной установки с циклом Брайтона на основе газовой турбины малой мощности.
Какова мощность ГРЭМ?
Один мегаватт. Добавлю, что мощность ограничивается возможностями размещения радиационной и биологической защиты на транспортных средствах. То есть ограничения не реакторные, а инфраструктурные.
Один мегаватт электрический?
Да, один МВт электрический при к.п.д. примерно 40%. Кроме того, необходимо отметить, что помимо выработки электрической мощности установка ГРЭМ предназначена также для выработки тепловой энергии. Мощность теплофикации составляет порядка 1,2 Гкал/час.

Георгий Тихомиров: чем уже круг, тем профессиональнее информация
Фактически, сейчас решается вопрос о том, жизнеспособна эта идея или нет. Не исключено, что потребуется сделать ещё несколько итераций. Может быть, переделать всю структуру заново.
Это не первая моя попытка систематизировать знания по НФР. Но её можно назвать самой удачной, потому что у системы уже появились зарегистрированные пользователи, которые начали вносить в неё добавления.
Работам такого рода всегда угрожает следующая опасность - за наполнение сайта берутся отвечать или один человек, или небольшая группа. Пока им интересно, работа движется. Но как только интерес теряется, наполнение и обновление прекращается, сайт замораживается, а информация на нём устаревает. Собственно, интернет заполнен подобными сайтами-памятниками.
Я хочу этого избежать. Предпринята попытка сделать такую систему, которая смогла бы жить сама, независимо от разработчиков, независимо от финансирования.

Юрий Орлов: о тяжёлых металлах
Я не стал бы сегодня вдаваться очень глубоко в технические детали. Для этого можно ознакомиться с докладами, подготовленными для конференции Теплофизика-2010, и другими нашими статьями и отчётами.
Но обязательно следует остановиться вот на чём. Не случайно, что из трёх проектов, вошедших в ФЦП, в двух в качестве теплоносителя используются тяжёлые металлы.
Мы рады этому. Но не хотелось бы, чтобы это хорошее направление, чтобы вся программа развития быстрых реакторов забуксовала бы, натолкнувшись на местнические интересы.
Конструкторам и научно-исследовательским институтам нужно объединиться. Не допускать повторных работ, а напротив, с умом использовать те заделы, ту экспериментальную базу, что уже создана на предприятиях Госкорпорации Росатом.
Меня очень пугает, когда я слышу высказывания о том, что поистине гигантскую работу по развитию быстрых реакторов можно якобы выполнить, не проводя полномасштабных НИОКР.

Геннадий Жердев: цифры без погрешностей бессмысленны
Я отвечу так - точность никогда не бывает достаточной. Потому что любую погрешность нужно обосновывать. Если вы считаете, что погрешность несущественна, значит, вы обязаны сказать, насколько именно она несущественна.
Теперь по вашему вопросу. Если говорить о точности расчётного определения коэффициента размножения - то есть, того макроскопического параметра, который нам проще всего померить на реальной установке - то неточность знания составов вносит, конечно, большой вклад, но он отнюдь не на порядки превосходит вклад от неточности знания сечений.
Другие технологические погрешности - будь то неточность знания геометрии или неточность знания реального положения органов СУЗ - оценить весьма сложно. Хотя методики есть, они также основываются на матрицах корреляции. В ФЭИ ведётся перспективная разработка, которая должна позволить оценивать и эти составляющие погрешностей.

Игорь Жемков: год - это много
Уверен, что нет. По крайней мере, в первые 10-20 лет после останова, пока внутри всё будет приводиться в чистое, радиационно безопасное состояние.
В теории можно пофантазировать - в здании нашего реактора в старом корпусе можно было бы построить критстенд. Когда-то, в начале 70-ых годов, у БОР-60 был собственный стенд - он назывался СПЕКТР. Но потом решили, что при наличии исследовательского реактора содержать ещё и стенд бессмысленно, и СПЕКТР был закрыт в 1982-1983 годах.
Конечно, обсудить тему о критстенде для МБИР, который располагался бы в помещениях БОР-60, можно. Но я не думаю, что такой стенд окажется востребованным. Под проект МБИР планируется проведение серии экспериментальных исследований на критстенде БФС в Обнинске. Это отличная, уникальная и уже оборудованная установка, и искать ей альтернативу нецелесообразно.
На самом деле, объём работ на БОР-60 очень большой.

Владимир Кузнецов: появление реальных проектов радует
Теперь Китай. Это единственная на сегодняшний момент страна, которая строит ВТГР. Правда, это не такой ВТГР, о котором все мечтали (в китайском HTR-PM используется двухконтурная схема с перегретым паром в силовом контуре), но, тем не менее, это настоящий высокотемпературный реактор.
Причина китайского интереса к ВТГР проста. Они хотят быть пионерами в этой технологии. Тем более, что после фактического банкротства PBMR в Южной Африке китайцы стали лидерами.
В дальнейшем, Китай планирует построить на одной площадке целую серию из 6 или 9 АЭС с 18-ю модулями ВТГР с непрямым циклом - двухконтурных с перегретым паром во втором контуре. Кстати, путём оптимизации схемы (промежуточный перегрев пара) они добиваются достаточно высокого к.п.д. - от 40 до 44%.
Есть реактор-прототип HTR-10, работающий в институте INET при университете Синьхуа. На нём проводились эксперименты по безопасности, накоплен опыт эксплуатации, отрабатывались технологии.

Вячеслав Лысаков: транспортабельные АЭУ, или новое - это хорошо забытое старое
А вот другой вопрос. В каком состоянии будет транспортироваться реактор?
В обеих опциях, выбранных нами для экспертизы, предполагается, что реактор будет проходить предпусковую проверку на заводе-изготовителе. К чему это приводит?
Хотя чёткого однозначного определения нет, но есть толкование, что реактор, будучи единожды пущенным, считается реактором, находящимся в эксплуатации. Вне зависимости от того, остаётся ли в нём после этого топливо или нет, продолжает ли он работать или находится в заглушенном состоянии. А законодательных норм по транспортировке работающих реакторов на сегодняшний день не существует.
Наша задача состояла в том, чтобы вскрыть подобные узкие места и показать, что нужно сделать для того, чтобы дать зелёную улицу транспортабельной АЭ с целью обеспечения доступа к услугам АЭ в развивающихся странах. Поэтому предложения по продолжению работ внесены в проекты планов действий ИНПРО.

Рафаэль Арутюнян: о кодах, и не только о них
Безусловно, коды существовали и существуют. Более того, конструкторы и проектанты активно используют их в своей работе. Это коды, разрабатывавшиеся, в основном, более 10 лет назад и активно используемые в ФЭИ, НИКИЭТ, ОКБ Гидропресс, ВНИИНМ, РНЦ КИ и других организациях.
В рамках разработки кодов для новой технологической платформы необходимо получить новое качество. В чём оно выражается? Прежде всего, это мультифизичность, многомерность, быстродействие за счёт новых вычислительных технологий и техники. Процессы, происходящие в ядерном реакторе, важно учитывать во взаимосвязи с максимально возможной детальностью описания процессов. Это чрезвычайно важная задача по физике.
Например, к нейтронным расчётам нужно добавлять теплофизику, перенос продуктов деления по контурам, перенос активности в окружающей среде до человека, и многое-многое другое.

Михаил Хорошев: силы у ИНПРО есть, нужна воля стран
Но есть и другая сторона медали. Некоторые проекты, которые были запущены в начале второй фазы ИНПРО, не были подхвачены странами. На первом этапе все высказывались с большим энтузиазмом, но как только речь заходила о предоставлении данных, о посылке экспертов на совещания, о взаимодействии на уровне правительственных структур, то начались пробуксовки. Из-за этого часть проектов не набрала ту динамику, какую хотелось бы.
Приведу показательный пример, прямо связанный с восточно-европейским регионом. По нему был задуман проект по истощению природных ресурсов и определению роли атомной энергетики. Им заинтересовалась большая группа стран региона, в том числе, Чешская Республика, Польша, Словакия, Венгрия, Украина. Все высказались за то, что действительно настала пора определить ту роль, ту нишу, которую мирный атом должен занять в Восточной Европе.
Работа началась, но почти сразу её ожидаемые результаты были поставлены под сомнение.

Анатолий Зродников: космос - дело общее
Всех деталей пересказать невозможно. Очень много было интересных вещей, связанных с необычными условиями работы установки.
На корабле стояли датчики дозиметрии ДИНы и ДИГи, то есть, датчики измерения нейтронного и гамма- потоков. На определённых витках они фиксировали рост ионизирующего излучения на борту в разы, если не на порядок. В чём дело?
Предположения были самые разные. В том числе, и такие, что наши корабли подсвечивают, что кто-то тумблер включил с той стороны. Я забыл упомянуть, что проявлялось это над Бразилией, и версия о слежке со стороны нашего наиболее вероятного противника имела под собой основания.
Что же оказалось на самом деле? Повышением фона мы были обязаны поясам Ван Аллена. Об их существовании мы, естественно, знали, но никак не ожидали встретить их на наших орбитах. Выяснилось, что мы цепляли знаменитую Бразильскую магнитную аномалию.

Владимир Павшук: было бы желание
Традиционный сегодняшний способ наработки радиоизотопов заключается в том, что мишень из высокообогащённого урана помещается в обычный исследовательский реактор, облучается, потом радиохимически выделяется молибден или другой изотоп, и всё. Мишень по урану составляет 0,5% общего объёма урана, который используется в этом процессе.
Второе. Уже 15 лет назад было видно, что количество исследовательских реакторов всё время уменьшается, соответственно, свободные мощности тоже уменьшаются. Надо либо строить новые исследовательские реакторы, либо искать альтернативные способы.
Преимущество растворного реактора было более-менее очевидно. У нас молибден образуется во всей активной зоне, соответственно, используется весь уран. Я бы сказал так - у нас мишенью выступает вся активная зона.
Стояла техническая проблема - как из раствора извлекать молибден? Методики изначально не существовало.

Михаил Зизин: топор для расчётчиков
Начнём с эпиграфа. В качестве эпиграфа к выступлению я взял цитату из Авраама Линкольна - если бы у меня было десять часов для того, чтобы срубить дерево, шесть из них я бы точил топор.
У меня было большое желание назвать доклад - как я точил топор, но, к сожалению, в этом случае ушла бы предметная ориентированность. Поэтому основную идею я оставил, но название пришлось подкорректировать.
На самом деле, проблема очень серьёзная. Мы говорим о проблеме создания инструмента, с помощью которого мы будем работать, и о его качестве. Острый топор - условие необходимое, хотя, к сожалению, и недостаточное.
Теперь о докладе. В своём выступлении на обнинской конференции Нейтроника XXI я затрагиваю вопросы юстировки инструментов для проведения нейтронно-физических расчётов ядерных реакторов.
Всю свою жизнь я занимался автоматизацией реакторных расчётов. За последние 15 лет мы сделали интеллектуальную программную систему ShIPR.

Александр Бычков: для меня не просто поменять мировоззрение
У нас достаточно большой опыт по разработке различного рода мишеней. Мы используем пока стандартную уран-алюминиевую мишень с обогащённым ураном. К сожалению, та технология, которая сейчас у нас внедряется, рассчитана на высокообогащённый уран.
Но мы располагаем своими разработками, в том числе, и я в 90-ые годы занимался этим вопросом вместе с коллегами. Мы создали технологию уран-цинковой мишени и пирохимической экстракции молибдена, которая позволяет работать с низкообогащённым ураном.
Каковы планы НИИАР на будущее? Если на мировом рынке это понадобится, то мы выйдем на третью очередь, где оборудование для экстракции Mo-99 будет нашим, а оборудование для аффинажа, скорее всего, останется немецким.
По производительности. Наш технологический процесс обладает очень высокой защищённостью от выбросов йода. Поэтому, если говорить в общем, то у нас может быть обеспечен бесконечный объём молибдена.

Гарольд Макфарлайн: для быстрых реакторов настали прекрасные времена
Быстрые реакторы были и остаются объектом постоянного внимания во многих странах. Я бы сказал, что интерес к ним стабилен.
Из событий последних месяцев я бы выделил физпуск исследовательского реактора CEFR в Китае, рестарт японского энергетического реактора Монджу. Подходит к завершению строительство быстрого натриевого реактора PFBR-500 в Индии.
Продолжается международное сотрудничество в сфере быстрых реакторов. Знаю, что много работ связано с исследованиями в области безопасности быстрых установок и по созданию топлива.
Если говорить коротко, то для быстрых реакторов настали прекрасные времена. Перед ними открываются перспективы, от которых захватывает дух.
Что Вы думаете по поводу тяжёлометаллических теплоносителей?
Что я думаю? Я думаю, что большим опытом обращения с такими технологиями располагает Россия. Особенно это касается свинца-висмута.

Юрий Бурков: высота заставляет смотреть на вещи ответственно
По традиции высотники всегда отмечали именно факт окончания работ по основной части высотного сооружения - ствола дымовой трубы или оболочки градирен. И говорили, что высотная часть сооружения, в данном случае - оболочка, по сути, и есть основной объект.
Всё остальное можно делать и зимой, привлечь большее количество техники, оборудования и людей, ускорить темпы. На оболочке особенно не развернёшься. Технология отработанная, все подаётся краном, а кран один, людей много не поставишь - им просто делать будет нечего, да и работы всегда ведутся круглосуточно, бетонирование и так ведётся практически каждый день.
Так что особых резервов нет. Скорость возведения определяется практически погодой и скоростью подъёма крюка башенного крана. Поэтому-то сдача оболочки и есть ключевой для строительства градирни момент. Есть оболочка - есть объект! И наоборот!

Юрий Бусурин: ИНПРО готов к следующему броску
Юрий Николаевич, какие работы в данный момент проводятся в рамках инициативы ИНПРО? Очень много приходится слышать о методологии ИНПРО…
Методология - это инструментарий, который был создан с участием более 300 экспертов из разных стран. Методология смотрит на атомную энергетику - будь то мировая, региональная или национальная - системно.
Это означает, что ИНПРО смотрит на атомную энергетику, начиная с добычи урана и кончая захоронением отходов, от момента начала проектирования ядерной установки до снятия её с эксплуатации.
Применяется комплексный подход, сверху вниз, в шести основных областях - безопасность РУ и ЯТЦ, нераспространение, экономика, защита окружающей среды, решение проблемы отходов и решение проблемы физзащиты. Получается своего рода шестимерная картина мира, где каждая страна или регион могут отыскать своё место.

Наталья Шумкова: нас очень интересуют быстрые технологии
Прямой вопрос - заинтересована ли Украина в строительстве БН?
Украина заинтересована исследовать цикл с использованием БН. Если это покажет свою состоятельность и целесообразность, то почему бы и нет? В целом понятно, что мы не можем развивать свою ядерную систему только на основании тепловых реакторов.
То есть, далее речь пойдёт о строительстве БН в Украине?
Безусловно, но после того, как технология себя покажет, точнее, после того, как мы всесторонне оценим наш ядерный топливный цикл с включением быстрых реакторов.
Спасибо! Надеемся скоро увидеть Украину среди стран с активно развивающейся быстрой программой. Вопрос на другую тему, возможно, более близкую к нам по времени. Что планирует Украина после достройки хмельницких блоков?
Если говорить о кооперации с Российской Федерацией, то речь идёт о создании нашего совместного проекта.

Мартин Яшек: Ржеж – институт исследовательский
Что касается реактора LVR-15, то его полная реконструкция с заменой корпуса была завершена в 1989 году. Срок действия лицензии на его эксплуатацию истечёт в 2015 году, и нам предстоит решить его судьбу. Добавлю, что мы подали заявки на получение фондов от Евросоюза, и эти европейские заявки связаны с функционированием реактора.
Времени осталось не так много, и в 2012-2013 годах мы должны пройти процедуру релицензирования реактора. Возможно, нам придётся сделать определённые инвестиции в замену оборудования.
В прессе появилась информация об интересе вашего института к проекту быстрого газового реактора ALLEGRO. Не могли бы Вы пояснить, в чём он выражается?
Это проект повышенного интереса для нас. Но я хочу уточнить - за интересом не скрывается каких-то планов по строительству ALLEGRO в Чешской Республике.

Виталий Поздеев: изотопы - это сложно, но нужно
Если уж перечислять все проблемы, то первая - это высокое обогащение. Вторая - как справиться с энерговыделением? Почему все делают тонкие фольги? Почему используют сплавы? Почему мы добавляем разбавитель в мишень? Так поступают для того, чтобы избежать образования большого энерговыделения в мишени.
Далее, следующая по порядку проблема - выбросы благородных газов. Ещё раз, для лучшего понимания. Сама урановая мишень полностью герметична, неважно, сделана ли она в виде ампулы или контейнера. Газы выделяются в тот момент, когда мы начинаем вскрывать мишень для того, чтобы растворить уран и выделить оттуда молибден. Вот в этот момент мы и сталкиваемся с выбросами.
Наконец, четвёртая проблема - сократить общее количество радиоактивных отходов, которые образуются в ходе всего технологического процесса.
Если быть точными, то есть и вопрос по утилизации урана. В каждой мишени в самых лучших случаях используется только 3% урана.

Вацлав Бартушка: Россию исключать нельзя
Русофоб. Такая репутация сложилась у Вацлава Бартушки, уполномоченного правительства Чешской Республики по вопросам энергетической безопасности и достройки АЭС Темелин.
На самом деле, эта репутация далека от истины. Бартушка довольно часто бывает в России, фразу знаю, как кандидаты наук стоят на точке на рынке он произносит по-русски с незначительным акцентом, и отлично понимает российские реалии.
Он просто из того поколения чехов, которых немецкие СМИ называют националистами. Его отношение к России вызвано, скорее, его отношением к вопросам энергетической безопаности ЧР и опасениями по поводу роста зависимости от России, чем предвзятостью.
С середины июня Вацлав Бартушка стал глазами и ушами чешского кабинета министров по вопросу достройки АЭС Темелин, самого крупного тендера в истории Чехии. Один из участников тендера - чешско-российский консорциум, который предлагает российский проект МИР-1200.

Юрий Хомяков: со сталью отношения сложные
Прежде всего, не дай Бог в прямом виде промоделировать то, что мы моделируем в расчётах! Модель один к одному процессов тяжёлых аварий (некоторые из которых просто постулированные) невозможна. Поэтому, естественно эта задача разбивается на раздельные подзадачи.
Например, НПЭР и физические аспекты мы можем изучить на критических стендах БФС, проверить правильность и точность его расчётов. Вопросы кипения натрия, двухфазных натриевых потоков делаются на теплофизических стендах нашего института.
Отдельно должны быть эксперименты по топливу, по его поведению в аварийных режимах. Они должны делаться на импульсных стендах типа нашего БАРС, либо там, где есть возможность моделировать поведение топлива при импульсных режимах с быстрыми нагревами топлива.
Отдельно должны быть эксперименты, в которых исследуется выход газов и продуктов деления из элементов в теплоноситель и другие технологические среды.

Алеш Йон: чешские компании ждут шанса вернуться вновь в игру
Allegro - это конкретный проект высокотемпературного реактора, который является реактором четвёртого поколения. Его развитием занимался французский комиссариат по атомной энергетике СEA.
Проект, однако, тормозится, поскольку французские исследователи начали отдавать предпочтение реакторам с жидким натрием, над развитием которых они работают весьма интенсивно.
Мы обсудили эту тему с СЕА и пришли к выводу, что исследования будут проходить в Чехии, Словакии и Венгрии. Мы договорились со словаками и венграми, что займёмся развитием Allegrо и в перспективе построим демонстрационный референтный реактор.
А где будет расположен этот экспериментальный реактор?
Мы пока не знаем. Нет ясности также в вопросе финансирования строительства. Думаю, что мы обратимся за помощью к чешскому правительству, возможно, что некоторое влияние на это будут иметь и французы. Пока мы подписали меморандум, что будем продолжать переговоры.

Юрий Юрьев: ТОПАЗ - абсолютный рекорд
Многие пытались хотя бы достигнуть такого совершенства. Не получилось. Уникальные технические научные вещи можно сделать только при очень сильной концентрации в одном месте и многих мозгов, и многих материалов.
Деньги - это бумага. Не в них дело. А дело в качестве работников, особенно в квалификации рабочих, потому что такие миниатюрные вещи, которые делали наши технологи и рабочие, сейчас вызывают оторопь у производственников. Сегодня трудно представить, что кто-нибудь может повторить сделанное для ТОПАЗа.
Наши технологические цепочки были уникальны и настроены не на тупых исполнителей, а на исполнителей творческих и на исполнителей абсолютной квалификации. Поэтому ясно, что сейчас, когда космическая тематика находится в некотором тумане, и, хотя есть большие планы использования реакторов в будущих полётах, наша теперешняя цель - сохранить наши знания, наши умения, развить их далее.

Людвиг Литвинский: быстрые реакторы - наше неизбежное будущее
Я думаю, что сегодняшний уровень нашей науки в лучшем случае позволяет идти в хвосте у разработчиков. Переизобретать велосипед нет смысла. Здесь впереди планеты всей идут россияне. Мы по быстрым реакторам, вероятнее всего, будем сориентированы на российские проекты.
Альтернативный вариант, который декларируется как альтернативный - CANDU-технология. Но она, на самом деле, не альтернатива быстрым реакторам. Она только оттягивает время и позволяет чуть более эффективно использовать природный уран, но она не замыкает цикл.
Конечно, CANDU-технология - это перспективное направление. В каком смысле? Она перспективна дотоле, доколе мы используем необогащённый уран и не завязываем невозможный на сегодня у нас элемент ЯТЦ (обогащение).
Как только речь идёт об использовании низкообогащённого (но уже обогащённого!) урана, то все преимущества CANDU для нас теряются, а вот недостатки сохраняются.

Василий Константинов: в Украину будем посылать людей в награду
Российский представитель внёс ясность в дискуссии о том, насколько изменились тендерные требования по сравнению с предыдущей версией, сформулированной до президентских выборов в Украине. Я не видел прошлые (требования). Нам их никто не присылал. Это (полученные сейчас) первые официальные конкурсные требования, которые мы получили.
Комментируя утверждения о том, что предыдущая редакция тендерных требований публиковалась и широко обсуждалась в СМИ, Константинов заявил - мы не пользуемся неофициальными вещами. Мы участвуем всё время в тендерах и понимаем, что только чётко сформулированные конкурсные требования позволят нам не расползтись (в своих усилиях).
Важный вопрос, волнующий украинскую экспертную общественность - сколько лет потребуется для того, чтобы на украинском заводе вышла первая сборка?

Наталья Шумкова: нет опасений, что мы окажемся обезоруженными перед ядерным ренессансом
Что касается дальнейшего обучения - повышения квалификации, подготовки кадров непосредственно на станции - то в этой области у нас создана современная система, очень хорошо оснащённая методологически и ресурсно. На станциях есть тренажёры и инженерно-технические центры подготовки персонала. Каких-либо опасений в том, что мы окажемся перед ядерным ренессансом обезоруженными, у нас нет.
Если вы говорите о кадрах, которые завтра должны начать строить новые блоки, то, конечно, в этой части есть проблема. С последних пусков украинских блоков прошёл длительный срок.
Естественно, что многие организации, предприятия и специалисты либо нашли работу на ядерных объектах других стран, либо перепрофилировались внутри страны.
Я думаю, что как только мы вступим в активную фазу строительства хмельницких блоков, у нас будет достаточно времени, усилий и желания для того, чтобы сконцентрировать эти кадры у себя.

Николай Трунов: безмедное будущее горизонтальных ПГ
Болгары полностью избавились от меди во втором контуре. Изначально у них в проекте была медь, например, конденсаторы из медесодержащих сплавов. Они приняли решение заменить конденсаторы и подогреватели. В результате у них появилась возможность применять современные водные режимы с высокими pH, и вынос железа в парогенератор был минимизирован.
А это и есть, собственно говоря, главная цель. Медь убирается полностью, а железо сводится к приемлемому минимуму. Поэтому с коррозией у наших восточноевропейских коллег проблем стало существенно меньше. В Козлодуе парогенераторы находятся в идеальном состоянии, особенно на шестом блоке.
На АЭС Темелин с самого начала было принято решение не применять медь в системе второго контура. По той информации, которая у нас имеется, темелинские парогенераторы также в идеальном состоянии.
Решения по удалению меди были приняты на венгерской АЭС Пакш.

Сергей Рыжов: в будущем мы сможем получить ВВЭР-1800
В первый день форума на круглом столе №2 мы сделали специальное сообщение по возможным вариантам развития технологии ВВЭР, по всей линейке. Да, там были представлены и ВВЭР-600 как половинка ВВЭР-1200, а также и собственно ВВЭР-1200 в двух вариантах - четырёхпетлевой и двухпетлевой.
Новые проекты позволят повысить конкурентоспособность блоков с ВВЭР с точки зрения экономики. Мы говорим о сокращении строительных объёмов, сокращении металлоёмкости, стоимости и сроков строительства.
На основе двухпетлевой установки ВВЭР-1200 мы сможем получить в будущем ВВЭР-1800, если нарастим её до трёх петель. Такое предложение прозвучало в нашем докладе на Атомэкспо.
Мы имеем в виду разворачивать работу по четвёртому поколению, ВВЭР-СКД. Чтобы не отставать от других стран, нам потребуется ближайшие десять лет потратить на НИР по новым материалам, по исследованию нового теплоносителя - воды со сверхкритическим давлением.

Доктор Какодкар: быстрые реакторы развиваются быстро
Перед участниками выступили вице-премьер правительства России Сергей Собянин, глава ГК Росатом Сергей Кириенко, председатель комиссариата по атомной энергии Франции Бернар Биго, экс-министр торговли США Карлос Гутьеррес, гендиректор сектора энергетики Siemens AG Михаэль Зюсс и другие докладчики.
Модератором пленарных сессий выступил член комиссии по атомной энергии Индии доктор Анил Какодкар, до 30 ноября 2009 года возглавлявший индийское атомное ведомство. В кулуарах конференции он дал краткий комментарий для электронного издания AtomInfo.Ru.
В Индии мы осуществляем строительство демонстрационного быстрого бридера PFBR-500 мощностью 500 МВт(эл.). Оно вышло на заключительные стадии, и в ближайшие год-полтора реактор будет пущен. За ним последуют и другие реакторы. Можно сказать, что быстрые реакторы развиваются в Индии быстро.
Я считаю конференцию Атомэкспо-2010 очень важной.

Анзьё Паскаль: сравним результаты лет через десять
Есть ли перспективы у сотрудничества Франции и России в быстром направлении? У нас есть реакторы, а у вас отличный опыт работы с MOX-топливом.
Я думаю, что возможностей для сотрудничества наших стран очень много, и это важно, потому что наши страны занимают ведущие позиции в мире по направлению быстрых натриевых реакторов.
Я надеюсь, что мы подпишем новое соглашение между CEA и ГК Росатом, и это произойдёт сегодня или завтра. Нам нужно это соглашение, чтобы двигаться дальше и углублять наше сотрудничество.
Мы обсуждаем с такими российскими институтами, как ФЭИ, Курчатовский институт и ИБРАЭ, какие темы мы могли бы выбрать для совместных работ.
Выбор российских институтов показывает, что речь идёт, скорее, о научном сотрудничестве.
Да, конечно, потому что мы представляем комиссариат. По поводу сотрудничества между нашими промышленными структурами - думаю, такое сотрудничество начнётся позже.

Людовит Купча: мы не хотим делать документ, который никто бы не стал читать
Под управлением старением понимается следующее. Вам нужно знать, что случается с тем или иным компонентом. Мы не говорим о парогенераторе как о целом. Мы выделяем у него критические элементы (hot spots). Мы знаем, в каких местах существует угроза коррозии ТОТ, где возникает фреттинг и так далее.
Вам нужно знать эти механизмы на всех главных компонентах, которые ограничивают срок службы станции. Мы называем это understanding ageing. Если вы понимаете, какие именно деградационные механизмы работают, то у вас появляется возможность предпринимать корректирующие меры. Это цикл, который мы называем plan-do-check-action (PDCA).
Главная цель управления старением - отрасль должна иметь возможность эксплуатировать конкретный компонент и всю станцию настолько долго, насколько это будет разумно (as long as reasonable).

Юрий Мардынский: дайте нам источник, и мы вылечим большинство пациентов
Где предполагается проводить лечение больных?
В Протвино, разумеется, ведь источник находится там. В Протвино допускают создание специального отделения. Там есть база, в медсанотделе у них уже выделены помещения. Организовать это, в общем-то, несложно.
В чём важность сотрудничества с Протвино? Ионная терапия позволяет осуществлять лечение в тех случаях, когда опухоль находится близко к очень важным органам. Иными словами, когда медикам требуется тщательно определять границы облучения. Это может быть позвоночник, головной или спинной мозг, глазная орбита и тому подобное.
Я вам гарантирую, что мы, медики, знаем, как это делать, но нам нужен источник. И Протвино нам его предлагает. Перефразируя классиков, скажу так - дайте нам необходимый источник, и мы вылечим большинство.

Кристоф Бехар: ASTRID станет демонстратором
Для развития своей быстрой программы Франция остановилась на натриевой технологии как основном варианте. Одновременно мы прилагаем большие усилия, особенно в рамках общеевропейского сотрудничества, по развитию технологии быстрых газовых реакторов.
Если говорить о натриевых реакторах, то сроки перехода к коммерческим аппаратам будут зависеть от экономических сценариев. Наиболее вероятно, что это произойдёт к 2040 году. Темпы наращивания быстрого парка также являются параметром экономических сценариев, но можно уверенно сказать, что легководные и быстрые реакторы будут работать совместно на протяжении всего XXI столетия.
С целью обеспечить устойчивое развитие быстрых реакторов, принятая дорожная карта предусматривает пуск референтного блока к 2040 году, а демонстрационного реактора - к 2020 году. Реактор-прототип под названием ASTRID станет демонстратором инновационных подходов в области безопасности и экономики.

Лёсобетон родом из Козлодуя
Болгария нуждалась в собственных кадрах для атомной энергетики. Через два года после начала моей работы на АЭС Козлодуй меня избрали уполномоченным ЦК комсомола по вопросам строительства атомной станции. И мы начали подбирать для АЭС людей.
Прежде всего, мы смогли добиться, чтобы вопрос о кадрах для Первой атомной вышел на правительственный уровень. Были подготовлены и приняты государственные документы на сей счёт.
Нам удалось провести очень интересное решение. Было сформировано военное подразделение, в котором проходили службу молодые люди, способные принести АЭС пользу. То есть, в реальности они работали в Козлодуе, но их работа засчитывалась им как служба в армии.
Идея оказалась очень удачной. Достаточно сказать, что через это подразделение прошли многие из будущих директоров АЭС Козлодуй.
В 80-ые годы началась массовая отправка болгарских студентов на учёбу по атомным специальностям в советских вузах.

Ашот Саркисов: свинец-висмут - технология, опередившая время
Не могу не вспомнить экзотическую картину, которую я наблюдал в американском хранилище - по территории свободно идёт индеец в красочном облачении и с перьями. Задаём вопрос, как он туда попал. Ответ таков - это индейская земля, их община дала разрешение на строительство хранилища, но землю они продолжают считать своей и гуляют по ней, как им заблагорассудится.
Реакторные отсеки американцы собираются хранить в течение 70-80 лет. Мы задавали им вопрос - как вы планируете поступать по окончанию этого срока? Неофициально нам сказали, хитро улыбнувшись, что получат разрешение на следующие 70-80 лет хранения.
В США никто ничего с реакторными отсеками делать не собирается. Нет смысла. Есть, конечно, технологии, позволяющие в результате переплавки выделять радиоактивную часть, а остальное пускать в производство, в промышленность. Но это будут настолько дорогие стали, что смысла заниматься такой работой нет. Проще выдерживать в хранилище.

Николай Челнаков: мы ведущие по органике
Не совсем так. Свойства любого композиционного материала зависят от трёх составляющих - свойств самого наполнителя, свойств связующего, то есть смолы, и свойств на границе между смолой и наполнителем.
Если говорить о полиэтиленовом наполнителе, то один из тверских институтов синтезировал сверхвысокомодульные и высокопрочные полиэтиленовые волокна, на основе которых теоретически можно получить композиционные изделия со свойствами не хуже, чем из лучшего угольного волокна.
Но полиэтилен обладает очень низкой адгезией к смоле, и композиционный материал получить из него очень сложно. Так в чём, собственно, и состоит роль радиационной химии? Мы не пытаемся в данном случае что-то улучшить, но зато мы можем радиационным способом модифицировать поверхность полиэтиленового волокна, и тогда смола будет с ним взаимодействовать хорошо. А если смола провзаимодействует с волокном, то мы и получим искомый композит.

Людмила Забудько: национальные особенности нужно учитывать всегда и не стремиться к слепому копированию международного опыта
В своё время работы по нелегированному металлу у нас были остановлены не только от недостатка финансирования, но и из-за сомнений по поводу жизнеспособности такого направления для твэлов активной зоны. Сейчас мы возвращаемся к этому направлению, рассматриваются варианты использования топлива в гибридных зонах, в зонах, где можно использовать обеднёный уран без плутония, и так далее.
Но вообще к идее рассматривать металл как основную перспективу в России, в силу наших национальных особенностей, относятся осторожно. Национальные особенности нужно учитывать всегда и не стремиться к слепому копированию международного опыта. Почему, например, сегодня мы не рассматриваем металл в качестве основной перспективы? Одна из причин - требование в наших регламентирующих документах обеспечить нулевой или близкий к нулевому НПЭР. Так вот, металл это не позволяет сделать.

Юрий Поляков: каждая категория требует соответствующего подхода при обращении
Новые категории РАО, прописанные в Законе об обращении с радиоактивными отходами (РАО), впервые разделяют весь объём существующих РАО на понятные категории. Каждая категория требует соответствующего подхода при обращении.
Фактически, закрепление такого разделения на законодательном уровне даёт отрасли инструментарий для решения отложенных вопросов обращения с особыми РАО - такими как на площадке КЧХК ФГУП РосРАО.
Новая категоризация позволяет выделить допустимые формы обращения, например, с очень низкоактивными отходами переработки ОЯТ, в которых содержатся незначительные концентрации делящихся изотопов.
Дополнительно принципы обращения с различными категориями отходов будут определены подзаконными актами.
Подразделение РАО на извлекаемые и неизвлекаемые отходы зафиксировано в законе.

Марк Глинский: четыре полигона Росатома
Надо рассматривать плохо или хорошо в зависимости от конкретной обстановки. Если закачать кислоту туда, откуда она никогда не выйдет в сферу освоения подземного пространства человеком и ни с кем не будет взаимодействовать, то это окажется проще и дешевле, чем мучиться с ней на земле.
Приходится слышать об опасности разломов, из-за которых закачанные отходы могут якобы выйти на поверхность. Я вам отвечу так. Нефть существует миллионы лет, но ещё ни один геолог не нашёл нефть, которая в районе разлома лужами бы стояла на земле. Это факт, и против такого факта возражать трудно.
В начале прошлого века в США подземное захоронение промышленных стоков зародилось на нефтепроводах. Своё развитие метод получил в связи с потребностями по окончательной локализации токсичных отходов химической, фармацевтической и металлургической промышленности. Иначе говоря, в западных закачках присутствует вся таблица Менделеева.

Владимир Фёдоров: запасов не трогать!
Какой выигрыш вы можете получить? На одном блоке не более 5-10 МВт. А если на такой форсированной установке произойдёт авария с лопатками? Вылетит и простоит турбина? Если мы посчитаем убытки от такого простоя и сравним их с потенциальным выигрышем от роста мощности, то, на мой взгляд, мы придём к однозначному выводу - не стоит этим заниматься.
Конечно, искушение остаётся. Любой конструктор закладывает в свои изделия большой запас прочности, и всегда есть желание его сократить. На КТЗ, когда мы работали для подводного флота, мы всегда шли на запасы больше нормативных. Теперь представьте себе, что есть у вас турбина с нашими большими запасами. Она работает, и с ней ничего не происходит. И вы предлагаете модернизировать её за счёт снижения запасов до нормы.
А если, не дай Бог, у вас трещина в металле? Вы её не обнаружите. Диагностики в ходе эксплуатации, способной обнаружить трещину в валу, у нас как таковой, ещё нет. Она только-только зарождается.

Герман Владыков: наши оппоненты живут за счёт того, что мы спасли им жизни
Без лишнего пафоса скажу, что мы, граждане всех республик бывшего СССР, сохранили свои жизни только благодаря тому, что отечественными специалистами был создан ядерный щит. Теперь мы должны рассчитаться с долгами и очистить всё загрязнённое. Дело это государственное. Не может сегодняшний директор Маяка из своих средств оплачивать ликвидацию озера Карачай. У него просто не хватит для этого денег.
Я был очень рад, когда увидел в тексте законопроекта указание о роли государства как источника финансирования работ по обращению с накопленными РАО. Насколько я осведомлён, важную роль в появлении такого пункта сыграл директор департамента ядерной и радиационной безопасности Александр Михайлович Агапов.
Была надежда, что законопроект будет принят прошлой осенью. Но появились критики, появились люди, утверждающие - нет, так не пойдёт.

Олег Кочнов: если не заниматься этой задачей, то люди к нам не пойдут
По сути дела, не сменяемо только само здание, где расположен реактор ВВР-ц. Поэтому только ремонт самого здания или его изношенность могут стать причиной прекращения работы.
Наш реактор был пущен в 1964 году, то есть в этом году ему исполнится 46 лет. Начиная с рубежа 30 лет эксплуатации, в соответствии с процедурами и нормами мы регулярно продляем срок службы. Проводятся экспертизы всего оборудования, после чего выдаётся разрешение на продление эксплуатации.
По состоянию на сейчас, мы имеем право работать до 2014 года. К этому времени мы планируем, что реактор будет заменён на новый, и тогда можно смело приплюсовывать еще 50 лет.
Будет новый корпус, будет новый первый контур, будут новое теплообменное оборудование, запорно-регулирующая арматура, а также системы, важные для безопасности (СУЗ, КИПиА, радиационный контроль и др.).

Юрий Казанский: в оценках нужна трезвость
На круглом столе в Обнинске звучали выступления, показавшиеся мне крайне интересными. Говорится так - сегодня, прямо сейчас быстрые реакторы нам не слишком нужны, но мы их делаем, чтобы не упустить, не потерять наши технологии, а также для того, чтобы ими (быстрыми реакторами) торговать.
Мы получили заказ от Китая на строительство двух блоков с БН-800. Значит, нам обязательно нужно пустить такой реактор у себя, иначе у китайцев могут возникнуть вопросы.
Вырисовывается очень интересный подход, о котором всего несколько лет назад никто и не думал. Даже если будет доказано и показано, что быстрые реакторы России не интересны в течение длительного промежутка времени - например, 100 лет - нам всё равно нужно разрабатывать и делать быстрые реакторы, потому что есть страны, готовые их покупать.
Совершенно другая идея получается - мы создаём быстрые реакторы, проводим их апробацию в своей стране, поддерживаем и развиваем технологию для продажи на внешних рынках.

Владимир Каграманян: дайте индустрии добро!
Вся проблема у нас состояла в том, что наука всё время старалась зацепиться за индустрию. Поскольку ничего, кроме БН-800 не было, то всё хотелось решить в рамках этого проекта. В результате получилась неподъёмная задача. Наука говорила, что нужно сделать то, это, пятое, десятое. Трансмутировать все младшие актиниды, ускоренно переработать своё топливо, обеспечить естественную безопасность…
Но в этом случае, когда для решения проблем нужны новые неотработанные технологии, говорить о прибылях, о самодостаточности не получается. В результате быстрые реакторы дискредитируются. Появляется недоумение - сколько ещё это направление надо кормить, прежде чем оно сможет самостоятельно зарабатывать для себя деньги? Поэтому обязательно нужно научиться отделять продукт, который уже может пойти в серию, и отдавать его индустрии. А науке заняться новыми проектами.
Благо, российская наука наконец получила заказ на это в виде ФЦП Ядерные энерготехнологии нового поколения.

Владимир Уручев: компенсации ЕС - это не компенсации
Эти 300 млн евро, выделенных на ближайшие 4 года, трудно назвать компенсацией. Я стараюсь избегать этого слова, потому что его используют противники атомной энергетики, которые утверждают - Болгария получила полную компенсацию за закрытие реакторов.
Деньги Евросоюза ни в коем случае не могут являться компенсацией, так как они не предназначены для создания замещающих мощностей. Их выделяют для оказания помощи Болгарии при выводе из эксплуатации остановленных блоков. Это необходимо, ведь закрытие блоков №№1-4 АЭС Козлодуй не планировалось заранее, и болгарское государство не могло заблаговременно подготовить соответствующие планы и финансовые ресурсы.
Более того, законодательством Болгарии ранее не предусматривалось обязательное выделение средств в счёт будущего закрытия атомных блоков.

Владимир Черкашин: закон о РАО очень перспективный
Есть в новом законе статьи, которые непосредственно окажут позитивное влияние на работу атомных станций. Я имею в виду введение категории ОНАО - очень низкоактивных отходов.
Приведу один практический пример, с которым я столкнулся буквально на днях. Не называя конкретную станцию, просто скажу, что на ней хранилище высокоактивных отходов заполнено, допустим, на 30%, хранилище средних РАО - на 50%, а низкоактивных - на 100%.
Что такое низкоактивные отходы на атомных станциях? Туда попадает огромная номенклатура предметов. Перчатки, мусор, спецодежда и многое другое. По до сих пор действовавшим нормам всё это приходилось выдерживать и хранить. Не дай Бог, случайно вывезешь со станции перчатку, которая подпадает под определение низкоактивных РАО! А хранение стоит денег, и самое главное, во многих случаях оно неоправданно.
Другой известный и более житейский пример.

Георгий Тошинский: реактор из Обн-Аламоса для СВБР не конкурент
Я могу только предполагать. На реактор Hyperion с топливом из гидрида урана выдан американский патент, авторство принадлежит Отису Петерсону, бывшему сотруднику LANL. Сам патент лишь удостоверяет то, что предлагаемое техническое решение имеет существенную новизну, но ничего говорит о реализуемости и полезности.
На мой взгляд Hyperion с гидридом урана и тепловыми трубами является классическим примером бумажных реакторов, о которых в своё время в очень остроумной заметке говорил адмирал Хайман Риковер.
Не хотелось бы вдаваться в подробности, поэтому скажу коротко. Уран-гидридный Hyperion сделать может быть и можно, но как энергетический реактор работать он не будет. И говорить о его высокой безопасности тем более не приходится, потому что водород сам по себе источник опасности.
Видимо, в компании HPG поняли ситуацию и осознали, что для реализации реактора Hyperion в его первоначальном виде им потребуются длительные НИОКР. А потребители на реакторы малой мощности есть уже сегодня.

Николай Трунов: мировая общественность нас понимает
Вы знаете, у них очень хороший водный режим. На Ловиизе с самого начала нет меди, поэтому и проблем у них немного. Они сами публично оценивают срок службы своих ПГ как 70 лет. Тем не менее, очистка им всё-таки нужна.
Что касается новых ПГ, то там, если такая необходимость возникнет, очистка будет проводиться удобнее. Мы организовали доступ снизу. Там коридорный трубный пучок, что тоже облегчает его очистку и позволяет снизить степень образования отложений. Собственно говоря, благодаря такой компоновке есть возможность извлечь больше мощность с этого ПГ при сохранении той же поверхности теплообмена.
Что ещё сделано? Облагорожена конструкция коллектора с точки зрения снижения напряжений и в перфорированной части, и в тех зонах, которые вызывают сейчас проблемы. Стоят новые унифицированные уровнемеры, однотипные и не вызывающие расхождений и трудностей при эксплуатации. Для ВКУ отчасти используется нержавеющая сталь, что позволяет привносить меньше загрязнений. Радиусы труб увеличены.

Евгений Селезнёв: а кто доказал, что мало?
Диффузионное приближение - это инженерная программа. Наши иностранные коллеги пытаются убедить нас, что диффузионное приближение на сегодняшний день неинтересно. А мы отвечаем - неудивительно, что у вас такие взгляды на жизнь. У вас нет реакторов, и вам не надо их сопровождать.
Они занимаются наукой, а для науки диффузия неинтересна. В отличие от них, мы решаем поставленные практикой задачи. В числе наших задач, сформулированных в программе создания сквозного кода по нейтронной физике, есть создание модулей расчёта в кинетическом приближении и модуля расчёта методом Монте-Карло. Причем все эти модули должны быть соединены вместе.
Справиться с такой задачей реально, ведь теперь у нас есть средства и возможности для распараллеливания расчётов. Кстати, раз мы затронули эту тему, то скажу, что ещё на самой первой Нейтронике тогдашний начальник мат.отдела ФЭИ Михаил Михайлович Савоськин предлагал заняться параллельными вычислениями на практике.

Марк Николаев: ядерные данные для расчёта реакторов и защиты
Фактически, это так и есть. Бывает также, что одно сечение берётся из одной библиотеки, а другое - из другой. Такие комбинации особенно опасны, поскольку в каждой из библиотек погрешности содержащихся в них сечений в значительной мере скомпенсированы, а в произвольной комбинации никакой компенсации, конечно, нет.
Отсутствие стандарта создаёт опасную ситуацию. Во-первых, отсутствие стандарта, т.е. неизбежный волюнтаризм в выборе нейтронных данных для проектных расчётов, чреват либо неоправданными запасами на просчёты, либо неоправданным оптимизмом при оценке ядерной и радиационной безопасности. Во-вторых, коли нет стандарта, то и совершенствовать нечего. В-третьих, отсутствие стандарта снижает коммерческую привлекательность российских разработок на международном рынке.
То есть, если наш реактор, предлагаемый к экспорту, рассчитывался по краденым константам, то нам могут угрожать штрафы?
Я не могу сказать, будут ли выражаться неприятности в штрафах или в чём-либо ином.

Владимир Каграманян: продавать выгоднее без прилавка
Судьбу проекта БН-800 можно смело изучать на примере Золушки. Идеологи БРЕСТА рассматривали его как котёл, пригодный только для испытаний их топлива. На самих разработчиков натриевых реакторов он навевал скуку. За предшествующие годы они внесли в него все возможные усовершенствования, превратив его, по сути, в БН-880. Теперь, вместо того, чтобы подтягивать топливные технологии до реакторного уровня, им хотелось заниматься новыми реакторными проектами. В БН-800 разве что не тыкали пальцами, и тут такой неожиданный поворот!
Хорошо известно, что произошло дальше. На мой взгляд, соглашение о поставке двух быстрых реакторов в КНР прямо вытекает из результатов работы ИНПРО. И я хотел бы обратить внимание на следующее - сделанные в ИНПРО вложения, которые измеряются суммой порядка 10 млн долларов за весь срок существования инициативы, обернулись для нас престижным контрактом на несколько миллиардов евро.
Вы не находите, что это очень неплохой бизнес?

Данат Жанатаев: развитие атомной энергетики начинается с образования
Так вот, по Болашаку как раз и возникали, в первую очередь, вопросы об утечке мозгов, потому что большинство успешных студентов не возвращалось на родину. Поэтому, начиная с 2005 года, у нас был принят новый формат.
Отныне заключается трёхстороннее соглашение студент - государство - родители. Родители вносят залог, и если их ребёнок выиграл грант, то с ними заключается договор. В нём прописано, что при невозвращении студента из-за границы родители возместят государству затраты, пошедшие на его обучение.
После этого, вопрос об утечке мозгов практически решился - по крайней мере, в рамках программы Болашак. Нас сейчас больше волнует другая проблема - как трудоустраивать молодые кадры?
Кстати о трудоустройстве. А где предприятие в этом треугольнике? Родители, ребёнок, государство, а заказчика нет.
В Казахстане действует система госзаказа на получение высшего образования. Местные органы а также министерства и крупные национальные компании делают запросы.

Владимир Удовиченко: наш Славутич - это город будущего
Славутич был построен исключительно для работников ЧАЭС, которые должны были возобновить АЭС для дальнейшей работы. Сейчас им приходится снимать станцию с эксплуатации, приводить объект в экологически безопасное состояние. Это всё функции коллектива, и коллектив имеет свой город - город Славутич.
Поэтому это предприятие всегда будет главным, хотя уже и отстаёт по количеству рабочих мест. Сегодня на ЧАЭС числится из 10 000 работающего населения всего 3200 жителей города.
То же самое касается и бюджета города. Хотя в этом году сторонние поступления и превысили 50% отчислений в бюджет Славутича, станция всё равно остается главным донором.
Второй донор - это обособленное подразделение НАЭК Энергоатом Атомремонтсервис. В нём работает более 850 человек. Благодаря АРСу город сохранил связь с атомной энергетикой - ведь государственное специализированное предприятие ЧАЭС выведено из энергетической сферы НАЭКа и Минтопэнерго и находится в управлении Министерства чрезвычайных ситуаций.

Ольга Яковенко: мы начинаем работать с Росатомом
Вопрос о ваших конкурентах и аналогах. Есть ли они, и как АстроСофт смотрится на их фоне?
У нас есть конкуренты. Это западные разработки, в частности, система MAXIMO. Мы соперничали с ними на стадии проекта с министерством обороны. Наше главное и принципиальное преимущество заключается в том, что мы предлагаем российскую разработку с открытым программным кодом и возможностью её сертификации для предприятий.
Если говорить о западных аналогах, то они поставляются без открытого кода или без части кода. А хотя бы частично закрытый код уже не позволяет проходить сертификацию.
То есть, говоря прямо, будет риск, что в продукте с закрытым кодом окажутся закладки?
Конечно.
Кроме сертификации, мы выигрываем и с точки зрения стоимости. Плюс разработок на основе 1С состоит в их дешевизне. Стоимость их дальнейшей поддержки также не дорогая, не в последнюю очередь потому, что в России много специалистов, умеющих работать с продуктами 1С.

Сергей Драпей: мы идём близко с вами
Система AIMAS ведёт учёт фактического наличия ядерных материалов, регистрирует их перемещения, обеспечивает пользователя справочной информацией о системе учёта в режиме реального времени, а также выполняет ряд других важных и полезных функций, в том числе, позволяет генерировать все документы, которые требуются в МАГАТЭ при проведении инвентаризации ядерных материалов.
Система работает с так называемым унифицированным ядерным материалом, и это позволяет внедрять её во всех центрах, где принят аналогичный подход. Большой интерес к нашему программному продукту проявляют в ядерных центрах Белоруссии, Казахстана и Узбекистана.
В Казахстане местные специалисты уже предпринимали попытки самостоятельно внедрить у себя AIMAS. Мы оказываем им в этом поддержку. Работы упрощаются тем обстоятельством, что в Казахстане также используется унифицированный ядерный материал.
Белорусские центры очень заинтересованы в сотрудничестве с нами.

Борис Рязанов: система безопасности должна быть многокомпонентной
Сразу скажу, что я этот проект знаю в деталях. Естественно, с технической точки зрения, а политические моменты меня не интересовали.
Проект Сапфир докладывался на международных конференциях по ядерной безопасности. В нём принимали участие наши коллеги из Ульбинского металлургического завода. Ничего экстраординарного там не происходило.
На УМЗ в г. Усть-Каменогорске все обороты были переработаны установленным порядком. На заводе имелось отделение регенерации оборотов, они переработали всё, что было на складе в виде готовой продукции, все свои богатые обороты, всё исходное сырьё перевели в окись-закись урана 90%-ного обогащения, после чего отвезли его в США в соответствии с постановлением нового казахстанского правительства.
В западной прессе встречаются утверждения, что Сапфир был тайным проектом между США и Казахстаном.
Может быть, он начинался именно так, хотя я в этом не уверен. Происходило всё следующим образом.

Юрий Хомяков: каждый год в последнюю неделю октября все расчётчики едут в Обнинск
Что касается институтов и критсборок, то там всё проще. Наши расчётчики, я бы сказал, на автомате работают бок о бок с экспериментаторами. Более того, они сами приходят на критсборку, видят и записывают результаты.
На энергетических реакторах сложнее, потому что такой реактор как БН-600 должен всё-таки работать и выдавать энергию, а не делать какие-то научные эксперименты. С другой стороны, это единственный в мире действующий энергетический реактор на быстрых нейтронах. И ценность экспериментов, выполняемых на нем весьма велика.
Мы работаем с БН-600. Я как раз и занимаюсь этой деятельностью по превращению экспериментов на БН-600 в бенчмарки, совместно, кстати, с Евгением Фёдоровичем, специалистами БАЭС, ОКБМ, Курчатовского института. Более того, в период с 2003 по 2009 годы мы обработали практически все нейтронно-физические эксперименты последнего времени и был достигнут серьёзный прогресс.
Упомянутая вами проблема, к сожалению, не единственная.

Румен Маноев - болгарский атомный мэр
Вся община считает так - лучше построить здесь не только седьмой блок, но и восьмой. Может быть, это прозвучит эгоистично, можете считать это местным патриотизмом, но плохие новости о Белене - это хорошие новости для Козлодуя.
Перед парламентскими выборами в Болгарии, представители партии ГЕРБ говорили о том, что надо задействовать этот проект. Премьер-министр Бойко Борисов и председатель ГЕРБ Цветан Цветанов заявляли, что государство не будет мешать потенциальным инвесторам вкладывать свои деньги в строительство седьмого блока. Но при этом, они добавляли, что государственных гарантий на строительство выдаваться не будет.
На АЭС Козлодуй, как вы знаете, работает новый исполнительный директор господин Ангелов. В конце месяца состоится общее совещание высшего руководства станции и общины. Один из вопросов, по которому мы собираемся уточнить позиции, касается седьмого блока. Будет обсуждаться необходимость активизировать наши усилия в поддержку этого проекта.

Михаил Зизин: Нейтроника взглядом профессионала
Коды для быстрых и тепловых реакторов, пожалуй, всегда были разными. Так было, так есть и так останется в обозримом будущем. Если процесс сближения и наблюдается, то он идёт очень медленно.
Всегда существовала точка зрения, что возможно написать универсальную программу, которая была бы применима для расчётов реакторов разных типов. Такая постановка имеет право на жизнь. Но дело-то не в самих программах решения уравнения переноса, а в тех константах, которые в них подставляются. А здесь специфика, как я уже сказал, пока ещё сохраняется.
Если говорить об общих тенденциях в развитии кодов, то целевая функция, которой следует весь - это потвэльный расчёт реакторов с решением не диффузионным, а кинетическим. Не побоюсь сказать прямо, что мы в этом направлении отстаём от зарубежных коллег.
Что Вы имеете в виду, говоря о кинетическом решении?
SN-методы, метод характеристик, безусловно, методы Монте-Карло, которые сейчас очень интенсивно развиваются.

Американский мультимиллионер готов поддержать быстрые натриевые реакторы
Проект IFR (Integral Fast Reactor) умер во времена Билла Клинтона, но многие всё ещё верят в его возрождение. Учёные и инженеры Аргоннской национальной лаборатории (США) настаивают на том, что их концепция IFR/AFR полностью удовлетворяет списку критериев, разработанных для реакторов XXI века. Недавно у них появился новый союзник, Стивен Кирш.
Стивен Кирш, мультимиллионер и бизнесмен, известен как изобретатель и владелец патента на беспроводную мышь для персональных компьютеров. Он - меценат, награждённый за свою деятельность американскими национальными премиями, и он был настоящим агностиком, когда речь заходила об атомной энергетике. Но он изменил своё мнение после того, как познакомился с проектом IFR.
Что побудило американского бизнесмена поддержать быстрые реакторы? Могут ли россияне и американцы сотрудничать друг с другом по быстрому направлению? Электронное издание AtomInfo.Ru получило ответы на свои вопросы от Стивена Кирша.

Юха Раутярви: учёт и контроль - это задачи и обязанности
Важна ли проблема УКФЗ для Финляндии?
Да, конечно. Это наша задача и обязанность. В Финляндии система следующая - эксплуатирующие организации и владельцы лицензий несут полную ответственность за учёт, контроль и защиту ядерных материалов, а государственные органы контролируют их деятельность - так же, как в России это делает Rostechnadzor.
Как Вы думаете - не придётся ли Вам увеличивать объём Ваших обязанностей в связи со строительством в Финляндии новых блоков?
Разумеется, придётся. Нам нужно предпринимать все усилия, чтобы улучшать и развивать всю систему. Особенно это важно для тех блоков, которые находятся на этапе строительства. Мы должны быть уверены в том, что на таких блоках принимаются все меры для защиты ядерных материалов.
Говоря о физической безопасности, хочу подчеркнуть, что нас не беспокоит общественная деятельность.

Михаил Хорошев: основная цель ИНПРО - собрать вместе производителей и пользователей ядерных технологий
Отчёт по этому исследованию близок к завершению. Заключительное совещание по его доработке проведено в октябре. Могу сказать, что структура документа включает в себя три основных раздела - сценарный, юридический и институциональный.
Как следует из его названия, в первом разделе описываются сценарии внедрения передвижных атомных станций, даются ссылки на имеющиеся прототипы, перечисляются различные опции.
В юридическом разделе были собраны воедино все вопросы и проблемы, возникающие в связи с положениями действующего международного законодательства. Было потрачено много усилий на корректную интерпретацию международных конвенций в части их применения к передвижным станциям.
Мы постарались дать некоторые рекомендации по специальным соглашениям между странами, вовлечёнными в процесс, в том числе, по условиям транспортировки. Нужно быть реалистами и стоять на твёрдой почве - появление таких соглашений неизбежно.

Дмитрий Марченко: ULBA - сложное производство
Мой доклад связан с темой Разработка нового программного комплекса для учёта и контроля ядерных материалов. Это для нас новая программа, мы её только реализовали. У нас прошёл пилотный проект в течение года, итогом которого для нас стал готовый продукт, внедрённый в практическое использование.
УМЗ - очень сложное производство. Я собираюсь рассказать участникам о тех проблемах, которые у нас возникали в процессе создания комплекса, и о том, как мы с ними справились. Мы планируем развивать комплекс и для других сфер, что для Ульбы с её гибким производством важно.
Для многих бывших советских производств характерны сложности с учётом отложений. Касаетесь ли Вы этого вопроса?
Да, я занимаюсь тематикой холдапов (hold-up). Это входит в число моих заданий, и я прошёл обучение по этой теме в Соединённых Штатах. У нас к этому подходят серьёзно. Наши зарубежные друзья оказали нам спонсорскую помощь и помогли приорести необходимое оборудование.

Хайрул: Индонезия не допустит терактов на ядерных объектах
Как вы знаете, Индонезия планирует построить АЭС в недалёком будущем, к 2017 году. Мы нуждаемся в атомной энергетике, так как у нас наблюдается нехватка генерирующих мощностей на острове Ява и других регионах Индонезии. Мы ожидаем от атомной энергетики положительного импульса для нашей промышленности и экономики.
Ядерная программа Индонезии носит и будет носить исключительно мирный характер. Мы сотрудничаем с другими государствами, в частности, Соединёнными Штатами. Мы работаем с ними совместно над укреплением наших усилий по физзащите ядерных материалов. К сожалению, Индонезия сталкивается с реальными угрозами со стороны террористических организаций, но мы сделаем всё, чтобы не допустить терактов на ядерных объектах.
Вместе со специалистами МАГАТЭ мы контролируем уровень физической безопасности нашего исследовательского реактора типа TRIGA.

Андрей Косилов: география сохранения ядерных знаний
Украинский проект обещает быть очень интересным. Недавно в Киеве прошло рабочее совещание, и нам было приятно видеть, какое внимание ему уделяется с украинской стороны. Достаточно упомянуть, что национальным координатором проекта утверждена заместитель министра топлива и энергетики Наталья Шумкова.
Был разработан и принят план по управлению ядерными знаниями в ядерном секторе Украины. Срок его действия - три года. На его основных направлениях я остановлюсь более подробно.
Первое, что будет делаться - необходимо сформулировать национальную стратегию Украины в сфере управления ядерными знаниями. Само по себе, это большая задача. В дополнение к ней предполагается выпуск ряда нормативных документов по управлению знаниями.
Мы (далее под мы я понимаю консолидированное решение украинских коллег и команды управления проектом МАГАТЭ) планируем, что эти документы будут готовиться с учётом специфики разного рода организаций. Отдельные их варианты должны быть сделаны для атомных станций, свои версии появятся для научно-исследовательского сектора.

Янко Янев: не надо сравнивать строительство дома и небоскрёба
Вы знаете, что наш новый министр финансов долгое время проработал в Мировом банке. Там существует определённая культура поведения, которая требует, прежде всего, очень чётко понимать, на что и для каких целей тратятся деньги.
Меня несколько настораживает то обстоятельство, что Мировой банк никогда не финансировал ядерные проекты. По этой причине, трудно ожидать, что у нового министра есть практический опыт в этом направлении. Я уверен, что он прекрасно разбирается в бюджетах, но финансирование атомной энергетики относится к весьма специфическим областям экономики.
Между прочим, МАГАТЭ подготовило и издало специальный документ, в котором описаны различные аспекты финансирования строительства АЭС.
Знаете, от финансистов иногда приходится слышать, что для них все объекты одинаковы. Это приводит к довольно странным, на мой взгляд, сравнениям. Один пример - у нас как-то слишком быстро согласились дать государственные гарантии на проект суммой в 500 млн…

Георгий Распопин: топливо - самое капризное железо
Первоначально в программу по манёврам закладывалось суточное маневрирование с диапазоном изменения мощности 100-80-100%, чтобы минимизировать переключения основного оборудования. Что-то изменилось в программе? Какие скорости снижения и набора мощности?
В программе ничего не изменилось. 100-80-100% - диапазон изменения тепловой мощности реактора. При этом электрическая нагрузка будет изменяться в диапазоне 100-75-100%.
Каковы результаты экспериментов, которые проводились? Учитывалось ли состояние железа или речь идет только о топливе?
Топливо, наверное, самое капризное железо.
Если говорить о железе второго контура, то следует учитывать, что основным механизмом старения оборудования является эрозионно-коррозионный износ металла. С точки зрения влажности пара (каплеударная эрозия) критическим уровнем мощности является номинальный уровень мощности.

Василий Константинов: надо немного подождать, пока здравый смысл на Украине не сделает выбор в пользу российского топлива
Будет ли наличие собственного урана в Чехии дополнительным плюсом в пользу решения о размещении завода здесь?
Урана - нет. Уран только расширяет возможности и снижает стоимость топлива в целом для той страны, которая его использует.
Что может дать Чехии дополнительные баллы?
Количество реакторов. Дело в том, что для принятия решения в пользу той или иной страны важны несколько критериев: равнодоступность заказчиков (региональное положение) плюс количество российских (советских) реакторов.
Если принять во внимание темпы, которыми в области атомной энергетики идёт сегодня Чехия, как она планирует строить реакторы, да ещё и с учётом уже имеющегося парка становится просто интересно создать на её территории завод.
Если говорить об Украине, то ситуация там, на самом деле, понятна. Построить завод - не значит отфиксировать его на сегодняшний уровень технологий.

Юрий Недашковский: мы создали большой запас прочности
Вы говорите - избыток. А вот западники очень часто завидуют станциям из бывшего СССР и говорят, что у нас созданы наиболее благоприятные условия для передачи знаний. Пока одна смена учится, остальные могут спокойно работать.
На украинских станциях на самом деле так и происходит. Например, по лицензированному персоналу у нас восемь смен при том, что потребность для технологического процесса имеется только в шести.
Получается, что одна смена у нас обязательно идёт на учёбу на полномасштабных тренажёрах, полностью проходит переподготовку и все противоаварийные тренировки, которые необходимы.
Сейчас мы создали у себя большой запас прочности. Кстати, заставила нас это сделать жизнь, а точнее, та ситуация, когда Россия переманивала украинских специалистов на бушерский и тяньваньский проекты.
Как Вы относитесь к быстрым реакторам?
Хорошо относимся. Топливный цикл мы обязательно будем замыкать. Мы участвуем в проекте ИНПРО...

Анатолий Штыфурко, советский пускач
Потом были уплотнения. Реактор бассейновый, а над ним защитная сдвигающаяся плита, чтобы можно было наблюдать свечение воды. Под плитой должно быть разрежение. А вот уплотнения плиты - не было. То ли проектанты недопроектировали, то ли изготовители недоделали. В итоге прибегли к подручным средствам.
Также пришлось внимательнее отнестись к документации к реактору. К примеру, в инструкции на реактор сказано одно, а в инструкции на ТВС - другое. Если выйти на номинальную мощность, то ТВС сгорят. Делаем запрос в Москву, там разбираются, где правильно написано… Всё, буквально всё было на пределе. Запасов - никаких.
Бригаду нам так и не прислали. Поэтому работали имевшимся персоналом. Мы с Чернышевичем несли вахту днём, когда самая жара на улице, а ночью за пультом находился оператор из Риги. Он был кандидат физмат наук, но с эксплуатацией никогда связан не был, поэтому ему досталась ночная смена, когда воздух охлаждался до плюс 5-10°C и держать параметры реактора было проще.

Виктор Мохов: о ВВЭР малых, больших и очень больших
Если быть кратким, то в ВВЭР-640 наблюдался большой крен в пассивную часть. Но современный уровень требований к атомной энергетике заставляет нас искать золотую середину, т.е. использовать пассивные системы, не отбрасывая при этом активные.
Другой момент. Пассивные системы, как правило, отвечают за управление запроектными авариями и за предотвращение их последствий. Но весьма желательно, чтобы они включались бы и при возникновении проектных аварий. Это позволило бы исключить излишнее дублирование активных и пассивных систем, снизить требования к активным системам и тем самым облегчить проект в целом.
Проект ВВЭР-600 выгодно отличается от ВВЭР-640 реализацией по управлению проектными и запроектными авариями. В нём мы объединяем функции по управлению этими классами аварий.
Другое отличие шестисотки заключается в использовании более современного оборудования с учётом накопленного нами опыта.

Сергей Рыжов: технология ВВЭР востребована
В настоящее время определены тенденции развития атомной энергетики и новые проекты реакторных установок (РУ) ВВЭР в аспекте этих тенденций. В качестве основной тенденции отмечается повышение требований к экономической эффективности АЭС при обеспечении безопасности не ниже требований действующих нормативных документов.
При этом повышение экономической эффективности связано с целым рядом характеристик РУ и АЭС, таких как установленная мощность энергоблока, КПД, КИУМ, коэффициент воспроизводства топлива и др.
И если улучшение ряда характеристик - дело ближайшего будущего, то улучшение других характеристик требует определённых затрат времени и выполнения значительного объёма НИОКР. Поэтому, для обеспечения запланированного перехода в 2020 - 2025 гг. к инновационным технологиям в атомной энергетике и достижения требуемых целевых показателей, уже сейчас необходимо вести разработку и обоснование инновационных проектов.

Владимир Шмелёв: окно в первый отдел
Мне и Борису Андреевичу Буйницкому было поручено лично академиком Александровым подготовить первую инструкцию по эксплуатации первого прототипа реактора для АПЛ. Тема эта была совершенно секретная, и получить чертежи и описания установки просто так мы не могли.
Тогда Анатолий Петрович нашёл очень интересный ход. Рядом с первым отделом была выделена комната. Из неё вынесли всю мебель, оставив только два стола без ящиков. В стене прорубили окно в первый отдел. Ключей от помещения было только два - один у Александрова, а другой - у начальника режимной службы.
Так мы и работали. Анатолий Петрович нас запирал снаружи, через окно нам передавали документы, а перед выходом из комнаты её осматривал начальник первого отдела. Инструкция получилась хорошая и заслужила у Александрова высокую оценку.
Следующий этап в моей биографии - участие в проекте транспортабельной атомной станции ТЭС-3. Как представитель научного руководителя, я провёл немало времени на Кировском заводе.

Аркадий Филиппов: я - автоматчик
Собрался академический синклит на физический пуск. В центральном зале сидят академики во главе с Александровым, начинается подготовка к пуску.
Мне приносят акт о том, что система СУЗ отвечает требованиям проведения физпуска. А я его не подписываю. В чём дело? При пуске начнётся разогрев установки. Мои привода, электромоторы и другие электротехнические узлы стоят на крышке реактора, и они не термостойкие. Не было тогда термостойких двигателей. Короче говоря, моя техника повышенной температуры не выдержит.
Меня спрашивают - что полагаете делать?. Отвечаю - поступайте, как по проекту, используйте теплоизоляцию. Возьмите стекломаты и обложите крышку, и можно будет нормально эксплуатировать.
На меня кричат - слушай, ты задерживаешь пуск! Смотрю, на меня уже в буквальном смысле слова пальцем показывают. И тут в центральный зал входит Ефим Павлович Славский.

Геннадий Пшакин: мы решаем проблему 2013 года
Да, и по некоторым позициям очень сильно. От Советского Союза в наследство нам достались основные постулаты УКФЗ.
Так, на уровне объектов у нас всегда был мощный периметр. Бетон, солдат, автомат, если надо, то БТР или танк. Мы защищались от внешнего нарушителя. У американцев периметр исторически был лёгким - проволока и т.п. - а главный упор делался на оборону непосредственно ядерных материалов, причём предполагалось, что нарушитель может появиться как извне, так и внутри объекта.
Одной из форм контроля за ЯМ был бухгалтерский учёт материалов, основанный на финансовых документах.
Интересно заметить, что наше сотрудничество с американцами оказалось взаимным. Один пример - после долгого общения с нами они согласились, что бетонный периметр лучше, чем лёгкий. Переделывать всю систему физзащиты своих объектов им дорого, но основные въезды они сейчас усиливают бетонными блоками.

Александр Чистозвонов: о кадровом вопросе и не только
Интересный момент был в составленных позже объяснительных тех двух товарищей, которые это всё и устроили. Написано в них было так - уронили, увидели свечение и, когда выходили из помещения реактора, то услышали, как сработала АЗ. То есть, можете себе представить, с какой скоростью они эвакуировались.
Дальше - больше. Развитие пошло в медицинском аспекте.
Наши доблестные эксплуатационники думали минут двадцать, заявлять об аварии или не заявлять? Потом по чистоте воды поняли, что скрыть факт не удастся, оповестили кого следует и вызвали Скорую. Врачи примчались и вкололи им тот самый препарат РС, хотя по времени делать это было уже поздно.
Но нашим героям опять повезло. Как оказалось, препарат был просрочен, и поэтому его вредоносное действие свелось практически к нулю. Короче говоря, после всех этих событий один из сотрудников, участвовавших в аварии, уволился и перешёл на работу в атомный надзор.

Молибденовый кризис - Димитровград идёт на помощь
Мировая ядерная медицина переживает в эти дни очередной кризис - третий по счёту за последние два года. 15 мая 2009 года из-за протечки тяжёлой воды через корпус остановился канадский исследовательский реактор NRU. По самым оптимистичным прогнозам он сможет вернуться в строй не раньше осени. Пессимисты - или реалисты? - считают, что NRU умолк навсегда.
Но самое худшее ожидает западных медиков впереди. 18 июля на месячный ППР уйдёт нидерландский реактор HFR, с помощью которого больницы пытаются справиться с возникшим дефицитом радиоизотопов. По оценке канадского общества ядерной медицины, госпитали этой страны будут обеспечены в конце июля всего лишь на 25-35% от своих потребностей в генераторах технеция.
Коснётся ли мировой изотопный кризис российских больниц? Способны ли исследовательские реакторы России производить молибден-99 в коммерческих масштабах?

Олег Годун: комментарии по исследованиям Украины в рамках проекта ИНПРО
Перед тем, как ответить на поставленные вопросы, необходимо ещё раз остановиться на тех задачах, реализовать которые предполагалось в рамках украинских национальных исследований под эгидой международной деятельности проекта INPRO.
Украина присоединилась к проекту INPRO исходя из возможности получения информационной и методологической поддержки для последующей оценки развития собственного ядерно-энергетического комплекса.
Основной задачей национальных исследований являлось освоение методологии INPRO. Разработка вариантов конфигураций ядерно-энергетических систем Украины выполнялась на основании Энергетической стратегии развития ТЭК на период до 2030 года, которая по мнению специалистов имеет существенные недостатки в части прогнозов производства/потребления электроэнергии и роста ВВП.

Лев Кочетков: история жизни Первой АЭС в подробностях
В июле 1954 года, после первого месяца эксплуатации, состоялась выездная сессия НТС, которую проводил Курчатов. На ней были сделаны сообщения - А.К. Красин рассказал о физическом пуске, директор станции Николаев об опыте эксплуатации, а Д.И. Блохинцев о возникшей на реакторе тревожной ситуации.
Было много комментариев и предложений. Академик Алиханов встревожено предупредил о возможности образования взрывоопасной смеси. Нужно непрерывно анализировать состав газа, продувать его и всеми возможными мерами бороться с накоплением гремучки, повторял он.
Анатолий Петрович Александров предложил отказаться от водного теплоносителя и перейти на другой теплоноситель... Он предложил перейти на натрий. Всё можно было бы оставить как есть, но по тракту вместо воды пустить жидкий натрий. Если бы такая идея прошла, то Первая АЭС могла бы стать первым натриевым реактором в СССР за пять лет до пуска БР-5.

Виктор Мохов: конференция в ОКБ Гидропресс становится клубом ВВЭР
Мы получили положительные ответы, и у нас есть уверенность в том, что такое оборудование вполне по силам производить на российских заводах.
Вы имеете в виду вопрос о требовании транспортабельности по железным дорогам?
Да, верно. Мы видим, что практически все лидирующие компании давно ушли от этого требования. Нам тоже пора изменять свои подходы. Крупные блоки можно размещать вблизи морских водоёмов, озёр, рек - тем более, что на практике так чаще всего и происходит.
У новых проектов ВВЭР мы видим основной выигрыш с точки зрения эксплуатационных характеристик, причём без снижения безопасности. Это очень важно, особенно если учесть, что мы говорим сейчас о 60-летних сроках эксплуатации энергоблоков с потенциальным продлением их эксплуатации. Причём сроки службы основного оборудования могут быть и ещё больше продлены, как только завершатся работы по созданию новых корпусных сталей.

Триединый атомно-рыночный НОЦ
Мы не связаны напрямую с образованием, тем более с наукой. Та наука, которая существует в нашей компании, имеет сугубо прикладное значение. Но вспомните, пожалуйста, об интеграции! Как неоднократно доказывала жизнь, способность что-то придумать и произвести, неравнозначна способности это что-то реализовать на рынке.
Таких примеров мы видели немало. Очень часто мы, россияне, не умеем продавать свою продукцию. И вот здесь нужен маркетинг. Это глубокое понятие, давайте обойдёмся без многостраничных определений, и просто скажем, что маркетинг - это способность реализовывать свою продукцию на рынке.
Если мы соединим способности: придумать, произвести и продать, то тогда мы не проиграем. Вот и всё. А то ведь сегодня дело идёт к тому, что нас пытаются вытеснить наши конкуренты, отстающие от нас в технологиях обогащения урана на десятилетия, но не уступающие, а то и опережающие нас в технологиях сбыта продукции.

Ладислав Ланг: место для всех есть
Хочу сказать, что от Чехии здесь сейчас присутствует не только Шкода-JS, но и другие организации, в том числе, Институт ядерных исследований из города Ржеж и Энергопроект Прага.
Что для нас означает подольская конференция? Во-первых, это место, где мы можем узнать новые и полезные для нашей работы вещи. Уже в первый день на самом первом заседании прозвучали очень интересные доклады. Со своей стороны, я бы отметил обстоятельный доклад о состоянии и перспективах топлива для ВВЭР-440 и ВВЭР-1000, который сделал заместитель исполнительного директора ОАО ТВЭЛ Владимир Молчанов.
Во-вторых, на этой конференции, я бы сказал, сконцентрированы атомщики из различных фирм. Если бы мы захотели встречаться с ними по отдельности, то это отняло бы у нас слишком много времени. Но здесь они присутствуют все сразу, и это делает конференцию отличной площадкой для обмена опытом между специалистами.
Лично для меня это чрезвычайно полезно.

Игорь Пиоро: в погоне за к.п.д.
Кажется, впервые в истории подольских конференций организована целая секция, на которой будут обсуждаться установки с СКД.
Да, наверное, это новое направление для конференций по ВВЭР. Мы видим, что в России тематика реакторов со сверхкритическими параметрами неплохо развивается, и мы очень рады этому.
В Канаде установки с СКД - это единственный тип реакторов четвёртого поколения, рассматриваемый в качестве альтернативы технологиям сегодняшнего дня. Мы довольны тем, что можем теперь находить области для кооперации с нашими российскими коллегами.
Чем, по-Вашему, должны отличаться реакторы четвёртого поколения?
По моему мнению, их самая главная отличительная особенность - существенно более высокий термический к.п.д. В современных АЭС, как вы знаете, этот показатель варьируется в пределах 30-36%, если, конечно, не брать в расчёт газовые реакторы в Англии - они имеют к.п.д. до 40%, но, к сожалению, вскоре должны быть выведены из эксплуатации, и строить их больше не будут.

Александр Чистозвонов: история Атомнадзора, романтический период
Зачем - понятно. Армию интересовал вопрос - если атомная бомба рванёт рядом со складом боеприпасов, то можно ли их будет потом использовать, или придётся подвозить вместо них новые запасы? Вот военные и заказали эксперимент.
Реактор мы закрыли, написали об этом соответствующий акт. На следующее утро нас посадили на поезд и отправили в Москву. По прибытию прямо на перроне нас встречали Николай Иванович Козлов, женщина из министерства, которая курировала реактор, и компетентный товарищ.
Доставили нас сразу в МСМ, к кому-то из руководства. Мы показали ему акт. Он его вслух зачитал, вздохнул и только и смог сказать - спасибо, ребята, за службу!
Самое интересное, что мы на объекте не нашли никакого формального повода запретить облучать динамит. Такой ситуации не было прописано в ПБЯ. Поэтому нам пришлось выискивать массу других причин, которые позволили бы нам выдать отрицательный отзыв.

Юрий Стужнев: экскурсанты к нам ходили по вторникам и четвергам
На этот вопрос мне сложно ответить. Действительно, станция находится едва ли не посередине промплощадки, и я не знаю, будет ли возможно обеспечить к этому месту полностью свободный проход.
С другой стороны, как вы прекрасно помните, на Первую АЭС регулярно приезжали делегации и экскурсии. Была разработана определённая процедура доступа, не нарушающая режимных нормативов. Мы знали - если сегодня вторник или четверг, то к нам могут прийти экскурсанты. Для них были разработаны маршруты, мы знали, куда их водить и что показывать, и всё обходилось без инцидентов.
Можно было посмотреть блочный щит управления, центральный зал, спуститься вниз, где размещены в боксах парогенераторы. Сразу скажу, что один из парогенераторов практически не был в эксплуатации, и его воочию можно было посмотреть в любое время работы реакторной установки. И дальше можно было пройти ещё ниже в насосный узел, откуда осуществлялась подпитка водой первого контура.

Сергей Вакуловский - Гидрометеослужба для атома, мирного, военного и разгневанного
В начале 80-ых годов на польских верфях были построены несколько судов для советской Гидрометеослужбы. Их перегнали в Питер, а потом решили переправить в Одессу. Во время перегонов нам было поручено провести обследование морей, омывающих Европу.
Я был на одном из этих судов. Попросил капитана подойти как можно ближе к трубе. Чтобы не вызывать подозрений, мы держались на границе 12-мильной зоны, не заходя в её пределы. Взяли пробы воды и после обследования увидели следующее.
Вы знаете, что есть продукты деления и есть продукты активации. В реакторах образуются два относительно долгоживущих изотопа цезия - осколок 137Cs с периодом полураспада 30,07 года и наведённый 134Cs с периодом полураспада 2,065 года. В пробах воды в Ирландском море я нашёл оба изотопа!
Откуда они взялись, в принципе, понятно. Британцы резали облучённое топливо, извлекали плутоний, а жидкие отходы, не глядя, сливали в море. Так попадали в воду и оба цезия. Естественно, они переносились водными потоками.

Николай Корнеев: да будет свет, сказали в Обнинске
Вы знаете, я должен честно признаться - и я не стал скрывать этого от президента - что я не отношусь к поклонникам нынешней политики российского государства. Более того, я принадлежу к той категории, которая критически оценивает дела нашего правительства. По убеждению я был и остался коммунистом.
Но, внимательно выслушав послание президента, я увидел, что в его словах критика выражена сильнее, чем в моём сознании, и это дало мне право обратиться к Дмитрию Анатольевичу с письмом о судьбе Первой АЭС.
Перед встречей мне сразу сказали, что излагать существо дела надо в течение трёх, максимум, четырёх минут. Президент в курсе дела, с моим предложением согласен и всячески поддерживает его. Так и вышло. После первых моих слов Медведев сразу обратился к Кириенко и отдал ему соответствующие распоряжения. Добро? - спросил его президент. - Договорились? Исполнение проверю в октябре месяце.

Юрий Мардынский: вперёд сочетанными методами
Мы убедились, что нейтронная терапия не вызывает серьёзных повреждений, и в последующем стали использовать сочетанную гамма-нейтронную терапию. Примерно по такому же пути пошли в Великобритании, где сочетали нейтронную терапию с обычной фотонной.
Позволю себе сделать небольшое отступление. В мире интерес к нейтронной терапии носил цикличный характер. Сначала к ней был огромный интерес. Многие говорили, что это нужное и важное направление, и собирались его развивать. Но после первых результатов стало ясно, что больные излечиваются, однако получают при этом серьёзные повреждения. Тогда от нейтронной терапии отказались, и новую жизнь она получила за счёт работ английских исследователей и наших методик, адаптированных на БР-10.
Итак, возвращаясь назад, мы пришли к выводу, что нужно использовать сочетанную лучевую терапию. Но теперь предстояло понять, как именно это делать.

Вячеслав Шершаков: о мониторинге и не только о нём
Сейчас нужно иметь в виду, что в атомной отрасли многое изменилось. Вместо АЭПов создаются инжиниринговые центры, которые будут вести всё строительство от начала до конца - от выбора площадки и проведения всех изысканий до разработки проекта и организации строительства.
Как это будет сделано на практике, до конца не ясно. Но та система изысканий, которая была в Советском Союзе, в 90-ые годы умерла по естественным причинам. Работ по изысканию практически не было. Внутренних заказов было крайне мало, немного выручали зарубежные.
Я понимаю тогдашний Минатом - при том минимальном финансировании, которое было, очень трудно делиться зарубежными заказами. Тем не менее, они нас иногда привлекали, когда не могли справиться самостоятельно. Например, мы работали по Бушерской АЭС. Но той головной роли, которая раньше была закреплена за Росгидрометом, всё делавшим на площадке в части гидрометеорологических и экологических изысканий, теперь нет.

Игорь Головнин: я - инженер-физик
Создание реактора БР-5 с натриевым теплоносителем и ядерного топлива для него стало следующим этапом развития этого вида техники. По данной установке было много споров. Александр Ильич очень хотел иметь в твэлах БР-5 металлическое плутониевое топливо, но Андрей Анатольевич считал иначе. Он видел опасность в использовании недостаточно технически и экологически обоснованного металлического топлива в реакторах с большим объёмным энерговыделением, так и в недостаточности изученности безопасности таких реакторных систем.
После долгих обсуждений Лейпунский с нашими доводами согласился. Было оговорено первоочередное использование в энергетических быстрых реакторах диоксидного топлива, а конкретно в БР-5 - диоксида плутония.
По имевшимся у нас в то время данным, зарубежные разработчики в их проектах применили для снаряжения твэлов энергетических ядерных реакторов урановое диоксидное топливо с сердечниками в виде столба спечённых таблеток.

Михаил Кормилицын: ОЯТ - это рынок в 300 миллиардов евро
Сухие методы переработки развиваются в НИИАР для быстрого топлива. Базовой технологией является переработка и производство топлива с использованием расплавленных солей.
Это среды, которые высокоустойчивы к облучению, к температуре исходного топлива, с ними можно работать с концентрированными системами. С этой точки зрения, не целесообразно перерабатывать тепловое топливо в солях. Понимаете, тепловое топливо, по сравнению с быстрым, очень разбавлено, и балластный уран в нём составляет до 97%. А в топливо быстрых реакторов загружается 20% плутония, выгорание в них большое, и топливо является сильно концентрированным.
Если остановиться на нашей технологии переработки поподробнее, то мы используем в качестве растворителя не воду, а хлоридные расплавленные соли. Выбираем мы для этого довольно простые вещества - например, хлористый натрий (он же поваренная соль) и хлориды некоторых других щелочных металлов.

Игорь Жемков: а зоны здесь пёстрые
Разделить сложно. Давайте не будем забывать о таких вещах, как отработка технологий и получение топлива… А так, да - спектр работ весьма широк.
Мы же пытаемся себя окупать. Конечно, это нереально, чтобы исследовательский реактор себя окупал полностью - но, тем не менее, мы производим тепло, даём электроэнергию, получаем большой объём радиоизотопов. Зона у нас загружена очень сильно.
Я приводил конкретный пример в своём докладе на обнинской конференции. Во время физпуска на БОР-60 было 75 ТВС. Далее штатно работали с 85-90 ТВС, а сейчас у нас их - 120. Это произошло потому, что у нас стоит более десятка нетопливных сборок в зоне. К сожалению, и поток нейтронов из-за этого немного упал.
Фактически, в зоне уже нет свободного места. Поступают заказы с требованием, например, обеспечить облучение при условии отсутствия рядом нетопливной сборки - а нам удовлетворить такое пожелание трудно, зона стала очень пёстрая.

Олег Сараев: техника давно себя оправдала
Мы услышим сегодня о тех людях, которые зарождали атомную энергетику на быстрых нейтронах. В те годы они были молоды и, может быть, более воодушевлены, чем мы сейчас. Надеюсь, что их воодушевление передастся присутствующим здесь молодым специалистам.
Удивительно, что на протяжении более 50 лет мы всё ещё спорим - важно оно или не важно? Быстрое направление в здравом смысле важно. Обидно, причём не за технику, которая сама себя прекрасно оправдала, а за тех людей, которые до сих пор сомневаются в быстрых реакторах.
Сомнения свидетельствуют о том, что мы, к сожалению, потеряли многих людей, которые были носителями критических знаний в отношении быстрых реакторов. Может быть, поэтому мы до сих пор называем эту тему инновационной и каждый раз доказываем друг другу то, что было давным-давно доказано и показано на практике, в том числе, и на БР-5. Показано трудами учёных, трудами специалистов ФЭИ, трудами Александра Ильича Лейпунского.

Юрий Багдасаров: взяли и сделали
Что надо было сделать? Первое - разгрузить активную зону. Мы разгрузили все 120 ТВС и заменили их на стальные имитаторы. Второе - слить теплоноситель из первого контура. Потом, естественно, помыть контур от остатков натрия, дезактивировать соответствующим раствором, окончательно помыть его водой и высушить.
Конечно, я рассказываю сейчас очень укрупнено. Если вдаваться в детали, то у нас проводилась вакуумная отгонка натрия и ряд других важных операций. Всё это подробно будет изложено в докладах на конференции в ГНЦ РФ - ФЭИ, которая пройдёт в конце января этого года.
Далее мы стали думать, как подобраться к корпусу, как его разрезать и удалить? Ситуация была такая - корпус стоял в кожухе, причём и корпус, и кожух соединялись с выходными трубами и их кожухом. И всё это было в защите. Помимо такой, я бы сказал, геометрической сложности операции, дело усугублялось имевшейся наведенной активностью.

Александр Бычков: проектирование МБИР идёт по плану
Можно ли говорить сейчас о конкретных параметрах реактора?
Это будет натриевый реактор мощностью 150 МВт(тепловых). Другие параметры называть пока рано. После того, как реактор будет полностью прорисован в виде технического задания, мы обязательно опубликуем эти данные.
Вопрос по виброуплотнённому топливу. Какие новости по этому направлению работ?
Наконец-то, финансирование началось. На сегодняшний день, все объекты в НИИАРе, связанные с этим направлением, работают в буквальном смысле слова без выходных. Мы стараемся всеми силами наверстать то время, которое было упущено в период подготовки договоров.
Могу добавить, что создана управляющая структура, которая будет координировать все необходимые действия по производству виброуплотнённого топлива.

Андрей Косилов: от Триеста до Каунаса
Это зависит, прежде всего, от России. У МАГАТЭ какой-либо информации на этот счёт пока нет.
Я напомню, что мы проводим семинары в рамках своих проектов. Например, семинар в Литве был организован под эгидой регионального восточноевропейского проекта. Каунас предложил свою кандидатуру, она была принята, согласована, и мероприятие состоялось.
Что это дало Литве?
Один пример. Если из других государств в Каунас прибыло по 1-2 человека, то от Литвы было порядка 10 участников.
Для Литвы проблема ядерного английского стоит остро. Они собираются строить АЭС, где английский будет рабочим языком в силу международности проекта. Конечно же, литовцев интересовала возможность повысить квалификацию для как можно большего числа своих преподавателей, и они такую возможность получили, благодаря семинару.

Что рассказал инспектор
Если бы международные инспектора пробыли в Ираке ещё пару месяцев, то этого хватило, чтобы доказать всем - вероятность того, что у Саддама Хуссейна есть ОМП, близка к нулю. Так считает Ханс Бликс, бывший глава МАГАТЭ.
Насколько часто политика вмешивается в дела инспекторов? Что такое международные инспекции, и как они проводятся? На эти и другие вопросы корреспондентам AtomInfo.Ru отвечает профессиональный специалист, к которому полностью применим журналистский штамп хорошо разбирающийся в предмете.
В виду чувствительности темы и по взаимному согласию мы не приводим имя нашего собеседника и назовём его просто - Инспектор.
Да, как видите, Ирак стал чётким доказательством того, что вопросы нераспространения решаются в нашем мире как чисто техническими методами, так и сугубо политическими.

Михаил Хорошев: ИНПРО набрал обороты
Начнём с того, что малые и средние реакторы - это регулярная деятельность агентства, которая ведётся давно. Наработано большое количество материалов, выпущено множество отчётов, где собраны все концепции на разной стадии проработки. Но есть вещи, которые мы до сегодняшнего дня не затрагивали. В их число входит новое направление - передвижные атомные станции.
В 2009 году мы готовимся к выпуску документа, в котором будут обрисованы законодательные и институциональные вопросы внедрения передвижных атомных станций. Чтобы дать зелёный свет этой технологии, предстоит провести огромную работу.
В частности, потребуется внимательнейшим образом изучить все нюансы международного законодательства, рассмотреть законодательства отдельных государств и дать рекомендации, каким образом их следует адаптировать.

Владимир Гмырко: к.п.д. поднимется в полтора раза
Я представил доклад о проработках уран-графитового канального реактора четвёртого поколения со сверхкритическим давлением теплоносителя (ВГЭРС). На выходе из активной зоны этой реакторной установки пар имеет температуру примерно 550°C при давлении более 240 атмосфер.
Цель наших исследований состоит в получении конкурентоспособного аппарата с высоким к.п.д., что позволит существенно снизить капитальные затраты при строительстве энергоблока и себестоимость отпускаемой электроэнергии.
Существенным являются также и конструкторские особенности, характерные для аппаратов с СКД. В них отсутствует крупногабаритное оборудование, которое необходимо применять на ВВЭР и РБМК.
По реакторному отделению можно обеспечить существенное сокращение объёмов оборудования, а это снизит затраты не только на его изготовление, но и на монтаж, упростит эксплуатацию реактора.

Владимир Ефименко: общие встречи необходимы для выработки единого подхода
Физико-энергетический институт сейчас отвечает за организацию ведомственных проверок на объектах Росатома по линии учёта и контроля ядерных материалов. Общее руководство, естественно, осуществляет госкорпорация, финансирование этой деятельности частично осуществляется через Тихоокеанскую национальную лабораторию (PNNL). Мы взяли на себя организационную составляющую работ.
В год мы проводим шесть ведомственных проверок. Наша задача заключается в том, чтобы собрать команду инспекторов. Мы привлекаем людей с объектов Росатома, являющихся специалистами в тех областях, которые близки по профилю к проверяемым объектам.
В состав инспекторской команды входит, как правило, от 6 до 8 человек в зависимости от сложности контролируемого объекта. Помимо представителей отдельных предприятий, обязательно присутствуют сотрудники центрального аппарата Росатома.

Анатолий Петров: будущее покажет
Мы представили несколько вариантов канальных СКД-реакторов. Так, докладывался вариант реактора со сверхкритическими параметрами на тяжёлой воде…
Да, это проект в вертикальном исполнении, можно сказать, будущий CANDU. Были обозначены основные технические решения и указаны имеющиеся проблемы.
Внутри НИКИЭТ родилась и вторая концепция с более привычным для нашего института замедлителем - уран-графитовый реактор со сверхкритическими параметрами. У него есть преимущества перед первым вариантом, которые в основном заключаются в том, что с данным замедлителем мы работаем многие годы.
На реакторах с перегревом пара первого и второго блоков Белоярской АЭС графитовый замедлитель показал себя как с хорошей, так и с не очень хорошей стороны. Тем не менее, нам удалось набрать большой опыт работы таких энергетических реакторов.

Паскаль Дауре: нераспространение - первая линия защиты против распространения
Мы высоко оцениваем качество работ, выполняемых в России, и уровень российских специалистов. У нас есть возможность заслушать много интересных докладов и повстречаться с интересными людьми.
Мы все знаем, что проблема распространения по-прежнему является важным вызовом для всего мира. Места, привлекающие особое внимание международного сообщества, известны - это Иран, Северная Корея и ряд других государств.
Нераспространение есть и останется первой линией защиты от распространения ОМП. Поэтому особенно важны такие встречи, как семинар в Обнинске, и все другие международные инициативы, в чью задачу входит гарантировать, что нигде нет сбоев на первом этапе нераспространения - в системе УКФЗ. Если такие сбои где-либо произойдут, то последствия для дела нераспространения будут самыми серьёзными.

Юрий Мардынский: нам нужна стратегия
Эти ускорители стали не только закупать, но и производить в Санкт-Петербурге. Был налажен их серийный выпуск, и тогда неожиданно выяснилось, что ставить их негде. Почему? Потому что в это время появились новые санитарные нормы, которые усилили требования к радиационной защите, и все каньоны, которые были построены под гамма-терапевтические установки, оказались не соответствующими требованиям нормативов.
Нужно помнить, что каньон - очень сложное и дорогостоящее строение. В результате, ускорители, полученные некоторыми онкологическими учреждениями, не могут быть задействованными до сих пор.
Наше отставание наблюдается не только в терапевтической аппаратуре. Оно есть и в аппаратуре для диагностики в ядерной медицине, радионуклидной терапии и других направлениях. Страна громадная, а существует, например, только одно нормально функционирующее отделение по радионуклидной терапии!

Борис Рязанов: Обнинск стал ключевой точкой в инфраструктуре системы УКФЗ
Наш учебно-методический центр с 1998 года имеет ключевую роль в системе государственного учёта и контроля в России, занимаясь не только подготовкой персонала, но и методическим содействием предприятиям в совершенствовании систем учёта и контроля.
Здесь же у нас в Обнинске периодически проходят большие конференции по учёту, контролю и физзащите ядерных материалов. ГНЦ РФ-ФЭИ и учебно-методический центр также принимают активное участие в их организации и проведении.
Обнинск стал ключевой точкой в инфраструктуре системы обеспечения сохранности ядерных материалов, поскольку здесь находятся и наш учебно-методический центр, и межотраслевой специальный учебный центр по физзащите.
Мы затрагиваем вопросы, связанные со всеми ядерными установками и организациями, которые так или иначе обращаются или имеют дело с ядерными материалами.

Виктор Мурогов: МАГАТЭ на пути перемен
Я как директор департамента ядерной энергии МАГАТЭ, отвечающего за проект, и как первый руководитель ИНПРО вместе с коллегами по проекту понимал, что такая предлагаемая программа приведёт ИНПРО к гибели в виду отсутствия интереса основных сторонников ИНПРО к этой, с их точки зрения, узкой и не актуальной тематике.
После острых споров мне удалось убедить руководство Минатома, что на первом этапе роль ИНПРО должна быть шире, чем простой технологический проект. Создание ИНПРО позволило в рамках МАГАТЭ организовать постоянный форум экспертов и руководителей стран-членов МАГАТЭ по принципиально важным на тот момент вопросам.
Для агентства подобный подход был чрезвычайно важен. Дело в том, что в МАГАТЭ уже длительное время господствовала контрольная тематика с разговором о полицейских функциях агентства, а научно-технологические вопросы развития ядерной энергетики, как считалось, должны решаться естественным образом промышленностью на коммерческой основе.

Игорь Пиоро: нет смысла изобретать велосипед
Я остановился на вопросе, который до настоящего времени рассматривался не слишком часто - соединение реактора с турбиной. На данном этапе реактора ещё нет, а турбина уже есть. Нет смысла изобретать велосипед, тратить большие средства и разрабатывать новую турбину. Желательно было бы сначала посмотреть, что уже создано в мире. Кстати, как я обратил внимание, подобный тезис звучал во многих докладах на московской конференции.
Определённая проблема связана со следующим обстоятельством - мы нередко ориентируемся на данные вчерашнего дня. Если мы берём турбины СКД на 550°C, то это не слишком отличается от того, что было 50 лет назад. Сегодня нам нужно выходить на 600-625°C.
Единственная компания в Канаде, занимающаяся подобными исследованиями - это государственная корпорация AECL. Они рассматривают реакторы на сверхкритической воде как альтернативу нынешним технологиям.

Елена Поплавская: национальные особенности переходного периода
То, насколько КВ должно быть большим единицы, определяется масштабами развития атомной энергетики в каждой конкретной стране. И Франция, и Япония не предполагают серьёзного увеличения своего парка. Они выходят на асимптотику и намерены просто поддерживать достигнутый уровень. Поэтому они не видят смысла в больших КВ. Они рассматривают быстрые реакторы, работающие в режиме самообеспечения, когда КВ близок к единице.
Возьмём для примера Японию. Во второй половине XXI века - то есть, в момент перехода от тепловых реакторов к быстрым - японские бридеры будут работать с КВ=1,1. А японский бридер XXII века будет характеризоваться КВ=1,03.
И я хотела бы немного уточнить по американцам. Да, сейчас они говорят только о выжигателях. Но в частных разговорах они признаются - если ситуация изменится, то никаких проблем создать реактор-наработчик у них не возникнет.

Александр Сорокин: теплогидравлика важнейшего элемента
Очень интересная и принципиальная работа связана с исследованием аварийной ситуации с кипением натрия в активной зоне. Это запроектная авария, но её исследование очень важно для обоснования свойств самобезопасности и самозащищённости реакторов на быстрых нейтронах с натриевым теплоносителем.
В последние годы мы провели ряд уникальных экспериментов на эту тему. Исследования продолжаются, и мы готовимся сейчас к очередной серии испытаний.
Хочу подчеркнуть, что получаемые экспериментальные результаты, конечно, важны сами по себе. Но одновременно они являются материалом для верификации и отработки расчётных кодов для обоснования безопасности.
У нас работает отдельная секция, касающаяся теплогидравлического анализа легководных реакторов с водой при сверхкритических параметрах - реакторов СУПЕРВВЭР. Работы по теплогидравлике этих инновационных реакторов проводятся, в частности, в ГНЦ РФ-ФЭИ.

Йоахим Кнебель: безопасность всегда является важнейшим делом
Я - координатор одного из крупнейших проектов Евратома, связанного с трансмутацией высокоактивных отходов. Мы изучаем тяжёлометаллические подкритические системы, управляющиеся ускорителями. Результатом нашей работы, запланированной на 5 лет, станет концептуальный проект такой системы.
Мы концентрируем усилия на технологической стороне вопроса - подбору и изучению материалов, проблеме коррозии… Мы проводим теплогидравлические исследования. Мы смотрим на различные аспекты безопасности таких установок. Мы собираемся сделать свинцово-висмутовый аппарат как можно более безопасным.
Ещё один важный момент связан с изучением трансмутационного потенциала нашей установки - как мы можем использовать её, чтобы избавиться от ядерных отходов? Мы полагаем, что это нужно делать разумным образом, в замкнутом топливном цикле. И это ещё один повод для нас участвовать в обнинской конференции.

Профессор Иль Сун Хван: у тяжёлых металлов есть большие преимущества
Для того, чтобы справиться с возникшей ситуацией, наш университет ведёт работы по поиску технических решений проблемы ОЯТ.
Это будет означать, что мы сможем продолжать нашу ядерную программу, не встречая оппозиции в обществе. Можно утверждать, что трансмутационная технология будет способствовать достижению приемлемости АЭС в южнокорейском обществе. Такая технология не только экологична, но и безопасна и устойчива к распространению.
Мы видим, что тяжёлометаллические теплоносители имеют большие преимущества перед любыми другими существующими технологиями с точки зрения трансмутации, благодаря их химической инертности, высокой температуре кипения и хорошими возможностями организовать естественную циркуляцию.
Поэтому мы собираемся воспользоваться плодами российских инноваций в сфере теплоносителей для ядерных реакторов для создания безопасной и устойчивой к распространению технологии трансмутации.

Виктор Леонов: давайте использовать уран эффективно
Как ни прискорбно говорить, но в 2008 году, впервые за последние 10 лет, госкорпорация Росатом и входящие в неё структуры не выделили ни копейки на поддержание хотя бы того задела, который существует по свинцовому направлению.
К сожалению, не были приняты во внимание наши объяснения, что ведутся работы, связанные с реакторными испытаниями твэлов, которые не могут быть прерваны. Я говорю об экспериментах с нитридным топливом. Остановка этих испытаний приведёт к тому, что мы себя отбросим на 4-5 лет назад.
Другая работа, которую мы выполняем - это длительные испытания конструкционных материалов, в частности, получение характеристик длительной прочности и ползучести. Мы просили выделить средства для оплаты, но, несмотря на все наши усилия и понимание со стороны руководства ГК, денег нам не дали.

Юрий Драгунов: наша задача - не допустить исчезновения направления
Наши достижения по свинцу-висмуту, без преувеличения, можно назвать огромными. Наши учёные, конструктора, технологи и машиностроители обогнали время на 50 лет. Свинцово-висмутовые установки показали свою жизненность. Я очень рад тому, что сегодня к ним проявляется большой интерес и в мире, и в России.
Потенциал у нас ещё есть. Но, как правильно говорилось на конференции, очень важно сегодня сохранить накопленный опыт и знания, и очень важно передать их молодёжи.
В ОКБ Гидропресс молодёжь готова работать и давно ждёт импульса.
Наша главная задача - не допустить исчезновения свинцово-висмутового направления. Поэтому очень важно, что к нему поворачивается наша промышленность, есть понимание, что дефицит энергетики неизбежен, и что атомные блоки мощностью 300-400 МВт(эл.) наиболее безопасно можно построить именно на основе технологии свинца-висмута.

Владимир Кузнецов: я искренне рад за перспективное направление
В Корее и Индии строятся полномасштабные модели для теплогидравлических исследований (без топлива).
А кто-нибудь уже задумывается, помимо России, о строительстве демонстрационного реактора с тяжёлым теплоносителем?
Очень хотят это сделать Соединённые Штаты. Аргоннская национальная лаборатория сообщила нам, что они переориентировали семейство своих малых реакторов семейства STAR и перевели их из состава Generation-IV в программу AFCI с расчётом на GNEP.
Американцы собираются создать прототипный аппарат мощностью 100 МВт(тепловых) со свинцовым теплоносителем. У этого реактора будет умеренный диапазон температур, не превышающий 500°C. Они убеждены, что в мире проблема коррозии для свинца при низких температурах решена. Изучается возможность сотрудничества с европейским проектом свинцового реактора ELSX.

Леонард Никитин: справедливо, что свинцу-висмуту стали уделять внимание
Во-первых, он, безусловно, менее потенциально опасный. Давление в первом контуре у него намного меньше, чем в водо-водяном. Он имеет меньшие габариты, что предопределяет его применение там, где необходимо сэкономить место и где требуется удобное размещение.
Свинцово-висмутовые реакторы устойчивы в управлении, имеют хорошие устойчивые поля - тепловое, нейтронное и так далее. У них нет никаких серьёзных затруднений в эксплуатации. Я считаю, что за этими реакторами, безусловно, большое будущее.
В прошлом их применение сталкивалось с определённым сопротивлением. Иногда открытым, иногда тайным - но я хочу сказать, что такое сопротивление было. На мой взгляд, справедливо, что сейчас свинцово-висмутовым реакторам начали уделять внимание.
Я должен сказать, что прошедшая под руководством академика Саркисова экспертная комиссия в целом порекомендовала военно-морскому флоту использовать эти реакторы.

Милослав Рансдорф: энергетика должна быть приоритетом председательствования Чехии в ЕС
В первую очередь, это устойчивая тенденция к преобладанию импорта электроэнергии и росту зависимости от внешних источников. Германия, к примеру, уже сегодня является чистым импортёром электроэнергии, Австрия балансирует на пике потребления за счёт собственного производства. Венгры также импортируют электроэнергию, поляки, после закрытия в этом году нескольких тепловых электростанций, также будут вынуждены ввозить электроэнергию. В рамках переговоров о присоединении к ЕС Словакия была вынуждена закрыть АЭС в Ясловских Богуницах. Чехия осталась единственной в Центральной Европе страной - экспортёром электроэнергии. И так будет до 2015 года.
А что произойдёт в 2015 г.?
В 2015 г., исходя из нынешних темпов роста промышленного производства, спрос на электроэнергию в Чехии превысит предложение. И мы буквально за ночь из экспортёра электричества превратимся в его импортёра.

Сергей Воробьёв: нас курирует Росатом
Если на первых порах мы сотрудничали, в основном, с институтами ядерной отрасли, то со временем, к финансирующим сторонам пришло понимание того, что, с точки зрения нераспространения и противодействия терроризму (имеется ввиду техническое обеспечение антитеррористических мероприятий), значимыми являются также и другие области науки, такие, как биология и химия. После этого, тематика проектной деятельности и число участников работ по проектам существенно расширились.
Тем не менее, наши принципы остаются неизменными. Мы финансируем проекты, которые, как правило, направляются нам институтами (иногда - конкретными учеными, как, например, в случае написания монографий).
Проекты к нам поступают самые разные. Их средняя стоимость составляет 200-300 тысяч долларов, а среднее время выполнения - 2-3 года. Всего с 1994 года мы профинансировали более 2000 проектов. На данный момент, у нас в работе находятся порядка 500 проектов.

Николай Трунов: вперёд по горизонтали
Надо сказать, что вокруг вертикальных ПГ сформировался целый ряд мифов. Причём формируются они у нас, в западной печати я их не встречал. К примеру, утверждают, что вертикальные ПГ более эффективны по теплопередаче, то есть, имеют меньшую удельную поверхность. Между тем, для специалистов по теплообмену очевидно, что при условиях ПГ эффективность определяется прежде всего кипением на поверхности труб. Повлиять на этот процесс практически невозможно, можете располагать трубки вертикально, горизонтально, под углом…
Если сделать трубки значительно длиннее (как в вертикальных U-образных ПГ), можно увеличить скорость по первому контуру, это даст несколько процентов поверхности. Однако за это вам придётся заплатить живучестью, поскольку один дефект выводит из работы тем большую поверхность, чем длиннее трубка. Стало быть, нужен больший запас поверхности.
Ещё несколько процентов можно выдавить за счет утонения трубок. Это тоже не бесплатно, да и небезопасно.

Виктор Мурогов: ядерное образование станет основой возрождения отрасли
Теперь уже не научная общественность, а президент РФ огласил установку на интеграцию науки и образования, создание федеральных университетов, научно-образовательных центров и т.п. как решение проблемы не только образования, но и спасения научных организаций, не востребованных до сих пор в полной мере.
Указания даны. Теперь, как у нас в России заведено, пойдут инициативы по образованию, преобразованию, созданию центров и т.п.
Но я хотел бы подчеркнуть вторую часть - если можно так выразиться - позиции президента Российского Федерации. Нужна не просто интеграция науки и образования, а интеграция, проходящая в русле международного процесса развития, международной кооперации. Требуется интеграция, не замыкающаяся в домашних рамках. Это даст всем инициативам второе дыхание. Помочь в этом призваны такие структуры как МЦЯО.
Как говорится, цели поставлены, задачи ясны - за работу, товарищи!

Юрий Ашурко: сохранение знаний - сохранение лидерства
Да, и, вы знаете, в Индии очень внимательно относятся к проблеме сохранения знаний в этой области. Там принята соответствующая программа, которая систематически и последовательно реализуется.
Например, в Индии предусмотрено, что каждый специалист перед уходом на пенсию обязан выпустить отчёт, где суммировался бы его опыт, указывались бы основные особенности, преимущества и недостатки тех или иных решений, разбирались бы реальные события, в которых он принимал участие по долгу службы.
Это очень полезная практика. К сожалению, у нас такого пока нет. В ФЭИ предпринимались определённые попытки привлечь наших известных специалистов для подготовки обобщающих материалов, но единой системы как в Индии у нас пока создать не удалось.
У нас выполняется самое первое условие, нужное для сохранения знаний - мы продолжаем развивать это направление.

Владимир Сметанников: вера есть, но нет уверенности
Конечно, напланетная АЭС по своей конструкции будет несколько отличаться от земных атомных станций. За пределами Земли нельзя рассчитывать на большие объёмы воды. Следовательно, реактор напланетной АЭС будет или газовым (гелий с ксеноном), или жидкометаллическим (например, натрий-калий). Хотя сам я всю жизнь работал над газовыми реакторами, не исключаю, что всё-таки будут выбраны варианты на жидких металлах.
Второе отличие напланетной АЭС связано с отсутствием атмосферы и необходимостью внесения изменений в схему отвода тепла. Если на Марсе принципиально возможно использовать конвекцию, так как там всё-таки присутствует разреженная атмосфера, то на Луне нам придётся полностью полагаться на съём тепла излучением.
Эти и многие другие аспекты дальних космических полётов хорошо описаны в вышедшей в прошлом году книге под названием Пилотируемая экспедиция на Марс.

Георгий Тошинский: свинец-висмут готов к демонстрации
Прежде всего, нужно отметить, что свинцово-висмутовая технология изначально создавалась и была применена в условиях эксплуатации реакторов АПЛ Советского Союза - имеется в виду проект 705 (или серия Альфа).
На первых порах у нас отсутствовали необходимые знания и опыт. Естественно, что на этом этапе мы столкнулись с рядом трудностей и неудач. Они были преодолены в результате настойчивой работы многих организаций, прежде всего, ФЭИ и ОКБ Гидропресс. На серийных лодках реакторы работали успешно, хотя, конечно, опыт работы лодочных реакторов не является представительным для условий эксплуатации на АЭС.
В то же время, научно-техническим советом Росатома эта технология была признана подготовленной к демонстрации и включена в ФЦП для реализации на опытно-промышленном энергоблоке с реактором СВБР-100.

Дмитрий Ермаков: блок работает, и этим всё сказано
Ходят разговоры о том, что строительство первой очереди закончилось для нас убытками, а не прибылью.
Действительно, есть такие разговоры. Подтвердить или опровергнуть я их не могу, это вопрос к Атомстройэкспорту.
Но даже если так, даже если мы действительно сработали в минус… Зато, если бы не было Китая, то не было бы сейчас ни Ижоры, ни Гидропресса - по крайней мере, в том виде, в каком мы сейчас существуем. Не было бы АЭП, не было бы многих заводов, которые выжили только благодаря китайскому проекту.
Если посчитать с точностью до копейки, то, может быть, выяснится, что мы что-то потеряли на китайских заказах. Но зато мы сохранили наши заводы, институты и КБ. Без китайского контракта мы совершенно точно не смогли бы выиграть тендер в Белене, взяться за достройку Калинина-4.
По сути дела, китайский заказ позволил России сохранить атомную отрасль. Ну а теперь мы можем начинать думать и о прибылях.

Иван Васильченко и Сергей Кобелев: о кассетах откровенно
Американские реакторы менее напряжённые с точки зрения гидродинамических свойств. И когда они поставили свои кассеты в наш реактор, то у них получилось то, что получилось.
Мы, кстати, совершенно честно предупреждали и чехов, и Вестингауз, что так действовать нельзя. Но они предпочли к нашим советам не прислушиваться. Зато теперь Вестингауз осознал, что 8 решёток - мало, и для Украины нужно ставить 15 решёток.
Самое интересное, что мы-то в своей конструкции от 15 решёток уже отказались. На ТВС-2 мы перешли от 15 решёток к 12, а на ТВС-2М - к 13 решёткам. Почему мы так сделали? Да потому что там реализуется сложная термомеханика. Мы свою решётку усилили, а они (Вестингауз) оставили то, что у нас было раньше. Как видите, американцы сейчас копируют наши прошлые решения, от которых мы сейчас отказываемся. Всё бы хорошо, но в новых условиях использование старых подходов может привести к неприятностям.

Владимир Денисов: мы со своей задачей справились
Что касается БН-1800, то мы находимся пока на этапе концептуального проекта. Я немного поясню, над какими проблемами мы сейчас работаем.
Натриевые установки в том виде, в каком они существуют сегодня, очень дороги. Это трёхконтурные установки, то есть, у них есть лишний контур по сравнению с ВВЭР. Секционно-модульный подход требует большого количества трубопроводов обвязки, арматуры. Она довольно сложна, и для неё нужны большие помещения. Стоимость за счёт этого получается высокой.
Мы (ОКБМ, ФЭИ, СПбАЭП и ОКБ ГП) попытались сделать проект трёхконтурной установки БН-1800. На наш взгляд, если мы применим корпусные парогенераторы и интегральный реактор, то трубопроводы станут короткими, объём помещений уменьшится, и для установки такого типа стоимость установленного киловатта сравняется с такой же величиной для ВВЭР.

Александр Бычков: производство для вибротоплива у нас есть
Если сравнивать два подхода, то я считаю, что научных исследований для МОКС-вибротоплива в России было больше, чем для таблеточного топлива. Виброуплотнённое топливо было новым и достаточно сложным. Не только НИИАРу, но многим другим участникам работы пришлось решать проблемы коррозии, создания твэла с высокой плотностью, добиться стабильности при производстве и многое другое. В конце концов с этим проблемами удалось справиться.
Одно из наших ноу-хау - это геттер, тонкодисперсный, но не пирофорный урановый порошок. Такой геттер никто в мире, кроме России, сделать не может. Ещё одно ноу-хау относится к системе обработки гранулята, которая позволяет создавать достаточно высокую плотность в твэле.
Для сравнения, у нас стандартная средняя плотность составляет 9 г/cм3, в то время как у таблеточного топлива она равняется 8,8 г/cм3. Если быть более точным, то наш стандарт по плотности МОКС-вибротоплива составляет 8,8-9,2 г/cм3.

Сергей Павлов: испытания нитридного топлива проходят удачно
В НИИАРе, в реакторе БОР-60 испытывается несколько сборок. Закончен первый этап испытаний, на котором исследовался один твэл. Его глубина выгорания пока, к сожалению, достаточно малая - порядка 0,5%.
Материаловеды провели неразрушающие и разрушающие исследования этого твэла, а также аварийный эксперимент по выходу газа из матрицы. По неразрушающим/разрушающим методам мы видим, что состояние твэла хорошее - но это и немудрено, так как выгорание небольшое. Аварийные испытания также показали малый выход газа.
Иначе говоря, мы увидели то, чего и ожидали. Как и предполагалось, никаких свидетельств деградации топлива обнаружено не было.
Сейчас в БОР-60 закончился следующий этап - дооблучение до выгорания 2,5%. Во втором квартале 2008 года начнутся исследования этого топлива. Далее многое будет зависеть от того, в каком состоянии оно окажется. А пока что, по нитридным сборкам НИИАР находится в самом начале пути.

Владимир Сувалко: по контейнерам для ОЯТ у нас хороший задел
Начиная с 1995 года, наше КБ занимается по заказу концерна Росэнергоатом и других ведомств - в том числе, военно-морского флота и ледокольного флота - разработкой контейнеров и оборудования для обращения с ОЯТ.
За этот период был создан типовой ряд контейнеров и упаковочных комплектов для обращения с отработавшим топливом АЭС с реакторами РБМК-1000, а также ОЯТ судовых энергетических установок. В частности, для реакторов РБМК мы предлагаем контейнеры ТУК-109.
Сейчас на Ленинградской и Курской станциях проектируются и строятся временные площадки, которые будут выступать в качестве буферного хранилища. На них будут использоваться наши контейнеры ТУК-109.
Одновременно мы сделали упаковочные комплекты для Казахстана, предназначенные для хранения ОЯТ быстрого натриевого реактора БН-350. К нам обращаются и другие иностранные заказчики. Как видите, у нас хороший задел.

Игорь Третьяков: исследовательские реакторы помогут укрепить имидж России
Я бы не стал называть новый реактор вторым БОР-60. Это будет принципиально новый реактор. Конечно, при его проектировании будет учтён опыт, накопленный в ходе эксплуатации и БОР-60, и других быстрых реакторов.
Мощность нового реактора будет выше, чем мощность БОР-60, и это позволит достигать в нём более высоких нейтронных потоков, а экспериментальные возможности существенно шире.
В новом реакторе будут заранее предусмотрены возможности по его оптимальному использованию. Конечно, сделать исследовательский реактор самоокупаемым очень трудно или практически невозможно, но движение в этом направлении будет. Так, предполагается утилизация тепловой энергии, введение изотопных и медицинских программ и ряд других мероприятий. Поэтому для новой установки используется условное название Многоцелевой исследовательский реактор.

Виктор Мурогов: проблема не в студентах, а в профессорах
Но нам нужны не только реакторы, но и преподаватели! Раньше считалось, что главная проблема сохранения ядерных знаний - это наличие студентов. Но теперь поняли, что студенты появятся, как только им будут предложены хорошие финансовые условия (стипендия и т.п.).
Настоящая проблема заключается в профессорах. В Чехии осталось полтора профессора на десяток студентов! В Германии, Швеции профессоров в области ядерной энергетики не осталось вообще. Что касается России, то назову лишь один статистический факт - средний возраст наших атомных профессоров уже превысил среднюю продолжительность жизни в России.
В этих условиях можно говорить только об одном - об инвентаризации научных школ и профессоров, а также об инвентаризации экспериментальной базы для вузов. С подобным предложением на семинаре выступили делегации России и США.

Владимир Кузнецов: мощность блока или мощность АЭС?
Есть ещё одно соображение, о котором не стоит забывать. Мощность блока, вообще говоря, это не та характеристика, которая должна интересовать потребителя - ведь, как правило, на площадке строится не одна, а насколько АЭС.
Существует такое понятие, как кривая обучения. Когда вы строите первый блок, то вы всегда попадаете в непредсказуемые ситуации. Где-то что-то не получилось, обнаружились ошибки в проектной документации, поставщик не выдержал заданных спецификаций, работы были неправильно организованы - как говорится, первый блин комом.
Но если вы строите несколько одинаковых реакторов - естественно, через разумные промежутки времени - то вы сможете продвинуться вперёд по кривой обучения. С каждым новым блоком ваши капзатраты будут снижаться. В нашем условном примере с АЭС на 3000 МВт(эл.), на пятом-шестом среднем реакторе реально ожидать уменьшения стоимости строительства на 25-30% по сравнению с первым блоком.

Олег Казачковский - герой войны и мирного атома
В уважении к нам со стороны мирового атомного сообщества я убедился на личном примере, когда мне довелось побывать на одной из Женевских конференций. К нам относились с явным почтением - частично из-за Первой в мире, но во многом и из-за быстрых реакторов. Я помню, как французы устроили в мою честь приём и пытались выпытать хоть какие-то неизвестные подробности по быстрой программе.
Могу рассказать ещё один забавный эпизод, связанный с контактами с иностранцами. За границей была распространена информация о том, что в СССР произошёл взрыв на быстром реакторе, который находится в Сибири (!). Американцы сделали фотографии со спутника, на которых обнаружился некий разрушенный объект, а вокруг него лежали продолговатые предметы, похожие на трупы людей. Вскоре после этого я приехал на научную конференцию в Германию, и на меня там все накинулись с объятиями - они считали, что я остался в далёкой Сибири в числе тех самых продолговатых предметов. Пришлось успокаивать зарубежных коллег.

Михаил Хорошев: ИНПРО сломает стереотипы
Упор на исключительно технологические методы можно отнести к родимым пятнам времён становления проекта. Да, действительно, был такой период, когда методологию пытались выстраивать под какую-то одну концепцию. Это на первых этапах отпугнуло от проекта большое количество потенциальных участников.
Однако ИНПРО достаточно быстро сменил курс. Мы начали разрабатывать методологию с учётом всех противоречивых факторов. Мы принимаем во внимание требования экономики, экологии, ресурсообеспечения, безопасности реакторов и топливного цикла, обращения с отходами, нераспространения и инфраструктуры.
Страны поняли, что в ИНПРО идёт серьёзная работа над методологией, и стали проявлять к проекту повышенное внимание. Как я уже сказал, сейчас в проекте участвует 30 государств. В наших стенах собираются и владельцы технологий, и их будущие потребители. Это позволяет лучше понимать нужды развивающихся стран.

Ёрг Темме: АЭС малой мощности с реакторами ВТГР четвёртого поколения могут прекрасно дополнить сети ветряных станций
При интеграции АЭС в имеющуюся структуру ветряных электрогенераторов, мы будем ориентироваться на среднегодовую загруженность ветряков. Рассмотрим в качестве примера очень высокий уровень загруженности - 33%. Это означает, что у ветряного парка общей мощностью 30 МВт не используется, в среднем, 20 МВт. В этом случае, мы можем добавить к сети ветряных электрогенераторов два наших модуля CC.
При эксплуатации смешанных ветро-атомных систем, у нас появляются возможности реагировать на потребности региона без потери эффективности. Пусть в данный конкретный момент загрузка ветряных генераторов возрастает, и свободные мощности сети сокращаются. В этом случае, на модулях CC мы можем перейти на выработку тепла.
Разумеется, далеко не везде есть гибкий потребитель теплоты. Поэтому нам нужно работать над созданием стратегии интегрированного использования сетей. Один из простых вариантов - это наличие производства по опреснению.

Янко Янев: знания - это ресурс
Термин управление знаниями некоторых пугает. Они понимают, как управлять людьми и деньгами, но они не знают, как можно управлять знаниями.
Как мне кажется, в этом и состоит суть проблемы. Знания - это ресурс, точно такой же, как и финансы, и материальные ресурсы. О знаниях также надо заботиться, следить, чтобы они не обесценивались.
Если знания не поддерживать, то они могут устареть. Если вы не наращиваете свои знания, не инвестируете в них, то вы можете их потерять. Застывшее в своём развитии знание становится непригодным для использования. Возьмите, например, человека XVIII века и предложите ему перейти улицу в Москве - он элементарно не сможет сделать этого!
В этом плане управление знаниями относится к числу важнейших управленческих подходов. И экономика, и жизнь, и сохранение окружающей среды, и вообще все виды деятельности человека основываются на знаниях.

Анатолий Петров: мы готовы помочь
При поддержке Ленинградской АЭС, РНЦ КИ и генпроектировщиков в 1989-2002 гг. мы провели конструкторские, проектные и расчетные проработки мощностного ряда РУ 3-го поколения: МКЭР-860, МКЭР-1000, МКЭР-1500. Первые две РУ - с естественной циркуляцией теплоносителя, интенсифицированной струйными насосами, третья РУ - с принудительной циркуляцией теплоносителя.
В этих разработках мы постарались реализовать в наибольшей степени полезные свойства и преимущества канальной реакторной концепции. Однако дальше проектных материалов дело не продвинулось, более того, в планы развития инновационных технологий канальное направление не вошло.
В принципе, если для намеченного бурного развития отечественной атомной энергетики потребуется быстро реализуемая вторая реакторная технология, как это было в начале 70-х годов, мы готовы помочь. Пока еще есть заводы, способные выпускать основное оборудование для канальных РУ, есть опыт и специалисты, чтобы эту задачу оперативно выполнить.

Андрей Косилов: МАГАТЭ - идеолог и брокер
Могу добавить, что вопросы знаний подпирают практически все 19 элементов. Если вы посмотрите документ, то увидите, что в нём часто употребляется термин knowledgeable. Иными словами, для того, чтобы выполнить конкретное требование, страна должна располагать необходимыми ресурсами знаний.
Каким образом будет создаваться инфраструктура и как будут приобретаться знания - это уже другой вопрос. Кто-то надеется всё сделать сам, а кто-то будет в большей степени полагаться на иностранных консультантов. Мы живём, как известно, в интегрированном мире, и части государств будет удобнее не растить собственных специалистов в течение 10 с лишним лет, а покупать услуги экспертов из-за рубежа. Но в любом случае, знания у страны должны быть, и это прежде всего относится к знаниям, которые критичны для обеспечения безопасности АЭС. Ведь в конечном счёте ответственность за эксплуатацию АЭС лежит на национальных плечах, а не на приглашённых консультантах.

Юрий Соколов: агентство поможет безопасному развитию
В первую очередь, мы можем оказывать методологическую поддержку. На основе международного опыта мы разрабатываем руководства по управлению знаниями, готовим рекомендации для атомной отрасли о том, что нужно сохранять, как это следует делать, на какие темы обращать особое внимание.
Перспективным представляется ведущийся сейчас проект по сохранению знаний в области быстрых реакторов. Представьте себе дерево технологий по быстрым реакторам в виде ёлочки, где каждая ветвь соответствует тому или иному технологическому вопросу, а висящая на ней игрушка - конкретному знанию и условиям их получения, например, продажи.
Агентство сформировало структуру такой ёлочки, а наполнение ветвей знаниями (игрушками) остаётся прерогативой отдельных государств. При этом МАГАТЭ разрабатывает подход, учитывающий возрастающую товарную стоимость знаний, и выступает в качестве посредника между владельцами знаний и их покупателями.

В Обнинске эксперты из России и США обсудили проблемы нераспространения
Наши встречи с российскими экспертами продолжатся. Через три недели состоится очередная встреча рабочей группы, на сей раз в Санкт-Петербурге, где мы сможем вновь вернуться к обсуждению проблемы устойчивости ядерной энергетики к распространению.
В результате нашей совместной работы мы получили очень интересный результат. Я заметила, что есть немало совпадений в наших концепциях. Честно говоря, для меня это оказалось удивительным - я ожидала столкнуться с большими различиями в подходах у экспертов двух стран.
Конечно, в рамках инициативы ИНПРО под эгидой МАГАТЭ и программы Generation-IV уже не раз затрагивалась тема устойчивости к распространению. А сегодня в Обнинске мы рассматривали её с точки зрения системного анализа. На встрече присутствовали эксперты в этой области как от обнинского ФЭИ, так и от Аргоннской лаборатории, и я увидела в их позициях много общего.

Юрий Баранаев: будущее всё-таки есть
В результате этих работ выяснилось, что для масштабного внедрения АСММ необходимо продвигать установки небольшой мощности. Для реактора АБВ-6 тепловой мощностью 38 МВт, который обеспечивает производство 6 МВт электроэнергии и 12 Гкал/ч теплоты, количество потенциальных площадок для строительства исчислялось десятками. Строящаяся плавучая атомная станция с двумя реакторами КЛТ-40С даёт до 70 МВт(э.) и до 120 Гкал/час теплоты. Находить места, где потребности локальных потребителей в энергии столь значительны, оказалось не очень просто.
Вот и возникает такая коллизия. Чем меньше мощность, тем дороже обходится производство электроэнергии и теплоты. А с другой стороны, чем меньше мощность, тем больше рынок. И где находится оптимум, определить нелегко.
История создания плавучей АЭС с реакторами АБВ-6 получила обнадеживающее продолжение в 2007 году.

Сергей Куликов: инжиниринг определяет уровень самостоятельности предприятия
Какова примерная доля инжиниринга в общей стоимости атомных станций?
Это не совсем ко мне вопрос, и я не могу сказать точно. Более того, всё зависит от конкретных проектов. Но, как мне представляется, сейчас эта величина варьируется на уровне 20-30%.
Здесь возникает определённое противоречие. С сиюминутной точки зрения, нам как инжиниринговой компании выгодно, чтобы каждый новый блок строился по уникальному проекту. Но если подходить к делу по-государственному, то, конечно же, блоки следует делать серийными. Именно так собираются поступать в большинстве государств, в частности, в Китае и США.
Я считаю, что блоки всё-таки должны быть серийными и одинаковыми. Это тоже потребует инжиниринга, но на более высоком уровне.

Виктор Мурогов: развитие ядерной энергетики возможно только в случае решения проблемы нераспространения
В ещё одном европейском докладе была изложена любопытная идея. Центр по обогащению остаётся в Иране, однако внутри каждой из центрифуг должна быть заложена взрывчатка. В случае несоблюдения Ираном условий ядерных договоров, заряды будут взорваны, и разделительное оборудование полностью уничтожено.
Собравшимся были даже продемонстрированы концептуальные чертежи центрифуг со встроенной взрывчаткой. Нельзя не отметить, что у присутствовавшей в зале иранской делегации доклад вызвал, я бы сказал, бурное оживление. Иранцы согласились рассматривать это предложение только в качестве анекдота, но, тем не менее, оно действительно отражает уровень европейских подходов к проблеме нераспространения.
Последний пример наглядно показывает - пора задуматься о смене парадигм. Пока что большинство инициатив выглядят следующим образом - вот это вы имеете право делать, а вот это не имеете.

Маргарита Машина: выращивать кадры для отрасли нужно с шестого класса
Конечно, в 90-ые годы сделать это было достаточно сложно. Исчезло привычное продвижение, ранее существовавшее в отрасли в связи с пуском новых блоков в стране и за рубежом. В результате, мы в течение десяти лет наблюдали застойные процессы, которые, безусловно, негативно отражались на людях.
Человек развивается, если его деятельность стимулирует его и даёт ему новые задачи. Когда же работа становится монотонной, рутинной и однообразной, человеку приходится искать другое применение для своих способностей. Если человек не реализует свой потенциал, он приходит к сильным личностным кризисам, и, по большому счёту, личностной смерти.
В 90-ые годы в отрасли было немало людей, пребывавших в депрессивном состоянии и стоявших на границе безысходности. Мы пытались каким-то образом двигать карьеру людей… Но получалось это не всегда.

Виктор Северьянов: исповедь эксплуатационника
На азоте нам удалось освоить уровень 50%, потом поднялись до 75%, потом вышли на номинал, но проработали на нём всего два часа. Но, тем не менее, поработали, доложились и встретили правительственную делегацию. Честно говоря, когда она приехала, то мы работали на 50%.
В тот день случилась и ещё одна вещь, о которой сегодня можно вспоминать с улыбкой, а вот тогда нам было не до смеха. Делегация въезжает на объект, нам звонят - Едут! - а у нас срабатывает аварийная защита. Какие там регламенты! Главный инженер кричит оператору за пультом - давай, поднимай мощность срочно! И ведь успели поднять, пока делегация переодевалась и добиралась до нас. Вот так мы и докладывали об успешном пуске.
А потом начались тяжёлые будни эксплуатационных проблем. Лопнул корпус реактора...

Лев Кочетков: от ртути до натрия, от БР-1 до БН-600
Вы спросите - почему так получилось, что и мы, и американцы для своих первых установок в качестве теплоносителя выбрали ртуть? Знаете, о ртути я слышал ещё в то время, когда учился в институте. Тогда было показано, что с точки зрения термодинамики на ртутных парах можно организовать энергоисточник с хорошим к.п.д. при относительно низких температурах. Да, вы правильно поняли - пары ртути предлагалось направлять прямо в турбину. Так нам в своё время об этом рассказывали. Конечно, это были только теоретические выкладки, которые не были в теплоэнергетике реализованы.
Чем же оказалась интересной ртуть для быстрых реакторов? Дело в том, что в быстром реакторе нужно выбирать такие материалы, которые не только мало поглощают нейтроны, но и плохо замедляют их. Ртуть - тяжёлый металл, который почти не замедляет нейтроны и мало их поглощает.

Чешский инжиниринг для российского атома
За период с 1980 г. по 1992 г. SKODA JS изготовила 21 комплект атомных реакторов типа ВВЭР мощностью 440 МВт, и три так называемых миллионника - реактора ВВЭР мощностью 1000 МВт. Фактически, мы выпускали по два блока в год.
С точки зрения мощности мы способны предложить изготовление реактора типа ВВЭР либо более нового образца. Но многое зависит от того, сможем ли мы получить технические знания об этих новых типах реакторов, которые создаются или находятся в разработке в российских проектных бюро.
Это очень сложная миссия - договориться и скоординировать друг с другом деятельность и возможности использования тех ресурсов, которыми мы располагаем в области технологии ВВЭР на сегодняшний день. Но мы готовы к тому, чтобы протянуть руку, которая на сегодняшний день является носителем технологий ВВЭР, по направлению к Центральной Европе и на Запад.

Рудольф Баклушин: атомные стандарты на все случаи жизни
Поскольку документы для станций разрабатывались в течение продолжительного времени (с 1977 по 1994 годы) и разными людьми, в них имелись несоответствия. В ряде случаев одни и те же вопросы излагались в разных документах и освещались с различных, иногда существенно различающихся точек зрения, для одного и того же явления в разных документах использовались неодинаковые термины, ряд вопросов не оговаривался нигде и т.д. Наконец, стандарты для АЭС не всегда согласовывались со стандартами в других областях использования энергии атома.
В конце 80-х годов был начат пересмотр ранее выпущенных документов, но к середине 90-х годов эта работа была далека от завершения. Кроме того, более детальный анализ пересмотренных стандартов выявил те же недостатки.

Александр Чистозвонов: Я - атомный полицейский
Понимаете, людей можно привлекать, повысив зарплату. Но сразу встанет вопрос - те ли люди придут? Претендент на работу в органах надзора должен быть, с одной стороны, крупным специалистом, а с другой, обладать необходимыми человеческими качествами.
Служба надзора относится к чиновническому аппарату, и у её сотрудников, наряду с хорошей зарплатой, должны быть и крепкие моральные устои, чтобы не поддаваться никаким соблазнам.
В одном из недавних комментариев, опубликованных на сайте AtomInfo.Ru, регулирующие органы сравнивались с милицией атомного мира. Вы согласны с таким определением?
Трудно сказать… Мы, скорее, полиция, чем милиция. Атомная полиция, если можно так выразиться.
Давайте вернёмся к вопросу о кадрах. Не так давно была опубликована статья доктора Абеля Хулио Гонзалеса, представителя службы атомнадзора Аргентины. Он поставил очень острые вопросы о кадровой политике во всём мире.

Рудольф Баклушин: чешское пиво для города Средмаша
В тот момент, Шевченко был городом при горно-промышленном комбинате, который добывал урановую руду и перерабатывал её в металл. Были там и другие предприятия. В частности, химия там активно разрабатывалась на основе добывавшихся параллельно с рудой продуктов, налаживался выпуск азотно-туковых удобрений. А в задачу нашей станции входило обеспечить город и его промышленность теплом, светом и горячей водой.
Помимо АЭС, в Шевченко была ТЭЦ, причём построенная ещё до нашего реактора. Стояли там обычные для того периода турбины с промышленными отборами пара. И на этой же ТЭЦ, в общем машинном зале с теми турбинами стояли и турбины БН-350.
Такое совмещение имело свои плюсы и минусы. Минус, в частности, состоял в том, что у нас был единый водный цикл. Поэтому если на ТЭЦ что-нибудь случалось с водой, то к нам в парогенераторы поступала плохая вода, что нас далеко не всегда устраивало.

Юрий Стужнев: я не верю канадцам
Этого просто не может быть! В предписаниях контролирующих органов всё описано до последней буквы. Более того, везде ставятся недвусмысленные ссылки на пункты правил. Служба надзора - это милиция атомного мира, и её предписаниями пренебрегать нельзя.
Так вот. Договора по поставкам короткоживущих изотопов в медучреждения обычно подписываются в начале года. И как так можно было подписывать контракты, имея на руках невыполненное предписание контролирующих органов, я просто не понимаю. Это авантюра.
Обычно от проблемы нехватки изотопов на время непредвиденной остановки реактора уходят путём подстраховки. У нас, например, на подстраховке стоял БР-10, потом договорились с ещё одним реактором. Может быть, потоки у них были хуже наших, но процесс не прерывался, и необходимые количества изотопов выдавались.

Виктор Мурогов: работа по сохранению ядерных знаний продолжается
Последнее по времени совещание в МАГАТЭ, в котором я принимал участие, прошло в ноябре и было посвящено тематике сохранения ядерных знаний для инновационного развития, для научно-исследовательских организаций. В ближайшие дни начинается новое совещание, где будут рассматриваться различные аспекты сохранения знаний в области быстрых реакторов и для образовательной сферы.
Специфика ядерных знаний обуславливается, в первую очередь, их дороговизной, сложностью, долговременностью и возникновением серьёзных отрицательных последствий при их утере.
Я хотел бы напомнить о двух известных примерах. Лунная программа Соединённых Штатов стоила 180 млрд долларов, из которых к настоящему моменту утрачено опыта и знаний на 160-170 млрд долларов. Судьба оставшихся 10-20 млрд долларов также находится под большим вопросом.

Валерий Ярыгин: Апофиз может изменить приоритеты
Масштаб электрической мощности термоэлектрических генераторов с радионуклидным нагревом - 150 Вт. И даёт эту мощность достаточно большой цилиндр размером с двухмесячного поросёнка, в котором лежит примерно 13 кг 238Pu! Вы можете себе представить такую картину? Это примерно столько же по массе, сколько диоксида урана было нужно реактору ТОПАЗ, но высокотоксичного Pu… Более того, они ставят на КА типа Кассини по два таких термоэлектрических генератора.
А ведь 238Pu - не просто очень дорогой изотоп, он ещё и очень опасен. Если, не дай Бог, произойдёт несчастный случай на старте, то нужно помнить, что поражающие факторы 238Pu на многие порядки превышают поражающие факторы тех изотопов, что нарабатываются в реакторе с урановым топливом. Но американцы запустили уже под тридцать аппаратов с плутониевыми генераторами, собираются продолжать эту программу у себя и даже продают такие спутники Европе. Образно выражаясь, как фаст-фуды испортили американцам фигуру, так и такие радионуклидные генераторы испортили им космическую ядерную энергетику.

Георгий Тошинский: мы не сидели сложа руки
Говоря о применениях, следует сказать, что для СВБР рассматривались самые разнообразные варианты его использования. Например, уже упоминавшаяся реновация блоков, у которых реакторная установка ВВЭР выработала свой срок службы, и дальнейшее его продление опасно. Ведь, начиная с 2015-2018 годов, количество остановленных блоков в России начнёт лавинообразно возрастать. Блоки будут выпадать с темпом почти 1 ГВт/год, т.е. с тем же темпом, с каким они в своё время вводились. С точки зрения инвестиционных потребностей, для атомной энергетики наступят непростые дни. Пока нам требуются средства только на развитие, но после 2018 года нам придётся тратить дополнительные деньги на замещение закрываемых мощностей. Использование СВБР для реновации может существенно сократить наши будущие затраты, но говорить об этом серьёзно получится только после того, как будет введен в строй опытный образец свинцово-висмутового реактора.

Анатолий Зродников: в идеологии всё начинается с понятий
Что может дать замыкание топливного цикла? Если перевести энергетику на использование 238U и 232Th в качестве первичного сырьевого ресурса, то можно получить очень интересный в философском плане результат: первичный сырьевой ресурс окажется практически неисчерпаемым - его хватит на длительный, исторически значимый срок, скажем, более 1000 лет. При этом вторичного топлива можно наработать ровно столько, сколько потребуется. Иными словами, мощности энергетики будут определяться не ограниченным сырьевым ресурсом, а технологическим и интеллектуальным ресурсами, которые являются воспроизводимыми. А это, в свою очередь, будет означать свершившийся переход ядерной энергетики в разряд возобновляемых (renewable) источников энергии.

Масако Саито: денатурация плутония - способ обеспечить нераспространение
Идея заключается в увеличении доли 238Pu за счёт трансмутации младших актинидов или увеличения обогащения по 235U в урановом топливе.
Почему 238Pu важен для целей денатурации плутония? В первую очередь, из-за своего высокого энерговыделения за счёт распада. Кроме того, спонтанное деление в 238Pu даёт источник нейтронов большой интенсивности.
Мы провели эксперимент с облучением образцов на исследовательском реакторе ATR в Айдахо (США). Мы закончили его в этом месяце и сейчас готовимся к вскрытию образцов.

Массимо Сальваторес: нужно сохранить ресурсы для быстрых реакторов
Действительно, у нас накоплен значительный опыт успешного использования MOX-топлива как в тепловых, так и в быстрых реакторах. За последние 20-30 лет у нас по этому направлению есть очень большие достижения.
Конечно, задача по созданию топлива для будущих быстрых реакторов окажется ещё более сложной, потому что мы хотим тем или иным способом использовать в нём все трансурановые элементы, включая младшие актиниды. Ещё раз отмечу, что это очень сложная задача. Нам потребуется совершенствовать технологии переработки ОЯТ, кроме того, усложнится и фабрикация топлива.
Я считаю, что рециклирование MOX-топлива в легководных реакторах - это работа, которая была успешно реализована на практике. Но это направление не будет расширяться, если мы хотим строить быстрые реакторы, так как для них необходимо сохранить требуемые топливные ресурсы.

Хусейн Халил: сотрудничество США с Россией по быстрым реакторам будет приветствоваться
Окончательных решений пока не принято. Министерство энергетики США контактирует с отраслевыми командами из различных государств. Мы обратились ко многим командам с просьбой дать свои предложения. Если строительство реактора ABR произойдёт в период с 2020 по 2025 годы, то нам придётся использовать наиболее продвинутые технологии. В этом случае, ABR должен стать быстрым реактором с натриевым теплоносителем.
Конечно, у нас имеются интересы и на более отдалённое будущее. Например, в программе Generation IV мы рассматриваем и другие реакторные технологии - такие, как свинцовые реакторы - потому что они располагают определённым потенциалом. Однако, те сроки, что отпущены на исполнение GNEP, подталкивают нас к использованию апробированных технологий. Это касается натриевых реакторов и, возможно, топлива, которое в ABR будет или оксидным, или металлическим, так как по этим видам топлива у нас накоплен наибольший опыт.

Петр Безукладников: Группа Е4 станет одним из основных игроков
Пожалуй, начну с того, что 25% акций ОАО Фирма ЦЕНТРОЭНЕРГОМОНТАЖ находится в федеральной собственности, и этот пакет может войти в уставной капитал Атомэнергопрома. Мы, как национальная компания, видим свою роль в предоставлении высококвалифицированных и конкурентоспособных услуг на стыке атомной и тепловой энергетики, а также промышленного инжиниринга. Программа по развитию атомной отрасли очень масштабная, поэтому потребуются значительные ресурсы. Очень важно, чтобы развивались российские компании и отечественные технологии, причем это в большей степени осуществимо с приходом частного капитала, в том числе и в отрасль атомного инжиниринга.

Владимир Каграманян: КВ должен быть дешёвым
Мы полагаем, и наши оценки подтверждают это, что на первых порах и нам и американцам не стоит заботиться о достижении неких конкретно заданных значений КВ. Строить первые быстрые реакторы - например, малую серию БН - можно с теми значениями КВ, которые достигнуты на данный момент. И уже в дальнейшем можно будет вносить соответствующие модификации в проекты и выводить шаг за шагом на значения КВ, требующиеся для успешного функционирования ядерной энергетики как долговечной системы. Если бы американцы согласились строить установки с дешёвым КВ на основе уже имеющихся технологий, то это позволило бы им также приступить к практической реализации собственной цели - переработке накопленного ОЯТ тепловых реакторов уже сегодня. При таком подходе первые 20-30 лет развития быстрых реакторов Россия и США могли бы пройти одинаковым освоенным и относительно дешёвым путём. Стартовать оба государства могли бы с существующих быстрых натриевых технологий.

Владимир Каграманян: мне жалко французов
Мне жалко французов, попавших в настоящую ловушку.
Во Франции развивались быстрые реакторные технологии и технологии переработки ОЯТ. Был построен завод по химпереработке ОЯТ тепловых реакторов и быстрый реактор Суперфеникс. Намечалось строительство новых АЭС с быстрыми реакторами для утилизации плутония выделяемого из ОЯТ тепловых реакторов. Всё шло в этом направлении, но в 80-ых годах в Европе начали стабилизироваться потребности в электричестве за счёт повышения эффективности энергопотребления. Отпала необходимость в дальнейшем наращивании мощностей. В результате, перед французами встала задача, что делать с выделяемым плутонием?

Янко Янев: с точки зрения знаний, не существует больших и малых стран
Конечно! В каком-то плане мы можем вам помочь, в том числе, и с точки зрения эксплуатационных знаний. На АЭС Козлодуй накоплен большой опыт. Это - ядерные знания. Например, мы можем вспомнить те данные, которые есть у Болгарии по охрупчиванию корпусов. Мы накопили огромные знания по исследованию корпусов, металла и так далее. И конечно, эти знания пошли обратной дорогой к генеральному конструктору - ОКБ Гидропресс - который может теперь использовать их при проектировании новых корпусов. Знания появляются там, где их необходимо генерировать при поиске решения конкретных проблем. С точки зрения знаний, не существует больших и маленьких стран, особенно, когда мы говорим о критичных областях знаний, связанных с обеспечением безопасности.

Владимир Степанов: свинец-висмут будет работать на гражданские нужды
Наш реактор готовится к использованию в замкнутом топливном цикле, что соответствует новой технологической платформе, разрабатываемой в Росатоме. СВБР - это быстрый реактор, который может быть переведён на топливное самообеспечение по мере готовности замкнутого ЯТЦ. На мой взгляд, оптимальным выбором для СВБР должно стать смешанное нитридное уран-плутониевое топливо. В этом случае, мы сможем добиться расширенного воспроизводства топлива внутри активной зоны, без бланкета, с коэффициентом воспроизводства выше единицы, что обеспечит топливное самообеспечение реактора после первой загрузки.

Владимир Поплавский: и свинец-висмут, и натрий займут свои ниши в атомной энергетике будущего
На сегодняшний день мы считаем, что должна реализовываться следующая концепция. Реакторы БН с натриевым теплоносителем - это реакторы для большой атомной энергетики. Это, например, реакторы БН-800 и большей мощности - 1600 МВт(эл.), 1800 МВт(эл.). Видно, что эти технологии имеют хорошие перспективы и обладают неплохими экономическими показателями. Сейчас мы пытаемся продемонстрировать это на проектах реакторов большой мощности - как мы называем их, БН-Коммерческий. Что касается реакторов со свинцово-висмутовым теплоносителем, то в настоящее время это категория региональной энергетики, способной работать в автономных регионах, не имеющих связи с Единой энергосистемой России. Это энергетика средних мощностей, до 75-100 МВт(эл.), которая будет занимать свою нишу в деле энергоснабжения небольших регионов.

Виктор Мурогов: все наши проблемы возникают от некомпетентности руководства
Я помню, что когда я был директором ФЭИ в 90-ые годы, мы подчинялись и заключали контракт с ведомством Чубайса, имущественным комитетом. И я как директор отвечал за имущество. А интеллект, знания, уникальный опыт? Отсюда появляются стратегические просчёты, в том числе, по проблемам отходов и безопасности. Последствия от таких ошибок страшнее любого имущественного кризиса.

Наталья Айрапетова: у ЦИПК есть большой потенциал для развития
Я думаю, что не буду оригинальна, если повторю известный в нашей стране лозунг Кадры решают всё. За 50 лет, прошедшие с момента появления этого лозунга, ничего не изменилось. Действительно, на сегодняшний день наиболее острой для нас проблемой является проблема кадров.



Эдуард Волков: психология появляется вслед за персоналом
Попробуйте сделать благое дело - поставить каждому из членов экипажа в каюту по телевизору. Люди после смены будут просто запираться у себя и смотреть фильмы, и пропадёт такой важный элемент, как общение. Это может привести к конфликтам, особенно ближе к концу плавания. Немаловажный момент - адаптация персонала после плавания. При возвращении на Большую землю у человека возникают научно обоснованные проблемы психологической адаптации к другим условиям.

Юрий Казанский: реактор БН-800 - это вопрос лидерства России
Но при этом, мы будем отставать и упускать свои позиции лидеров. Раньше мы их делили с французами… Точнее говоря, сначала были американцы, потом мы стали делить лидерство с французами, а сейчас в направлении быстрых реакторах осталась только наша Россия. Единственный энергетический реактор, реально работающий на протяжении 26 лет - это БН-600 в России.

Евгений Матусевич: в России пока ещё не знают, что такое ядерная медицина
Наверное, это связано с тем, что сама ядерная медицина в России развита очень слабо. Для примера, у нас обеспеченность сложными системами и установками - томографы, магнитно-резонансные томографы, PET-томографы, гамма-камеры - на порядок ниже, чем в западных странах.




Юрий Стужнев: ходить надо ногами по земле
Боялись одного. В присутствии членов комиссии станция должна была быть на номинале, 5 мегаватт, а она на самом деле могла остановиться в любой момент. Утром АЗ всё равно сработала - комиссия уже едет, а станция стоит. Но реактор успели вывести на мощность. Технологии отлаженной тогда не было. Нет, конечно, с промышленными аппаратами мы много возились, а вот с этим хвостом, с турбиной не работали. Но всё же, при всех мелких неполадках станцию удалось подключить к сети Мосэнерго. Но то, что инцидент или ядерная авария могут случиться - нет, такого страха не было. В реакторе все были уверены.

Герой дня

Уильям Мэгвуд: сделаем инновации доступными

Уильям Мэгвуд: сделаем инновации доступными

Мы надеемся на заключение глобального соглашения, в котором было бы определено, какие приоритеты должны быть расставлены и какие барьеры мешают выходу технологий на рынки.



ИНТЕРВЬЮ

Юрий Набойщиков

Юрий Набойщиков
Общее число уникальных физических зон в ней составляет порядка 7000. Основной упор, конечно, сделан на активную зону и боковой экран. Восстановление данных по эксперименту 26-летней давности на уровне, необходимом для создания такой расчётной модели - это большая и кропотливая работа.


МНЕНИЕ

AtomInfo.Ru

AtomInfo.Ru
Частная компания, разрабатывающая реакторные технологии и планирующая их строительство, должна привлекать "очень большие" финансовые средства для достижения своих целей. Этим реакторный стартап сильно отличается от других видов стартапов.


Поиск по сайту:


Rambler's Top100